Хроники Птицелова - Марина Клейн

прогулках. Просто позволяла выйти на улицу. А еще научила меня контролировать себя.

– Ты ведь знаешь, что это ключи от квартиры, – сказала она и показала мне связку.

– Знаю, – подтвердила я.

– Среди них есть ключ, который тебе нужен?

– Нет, я уже говорила!

– Тогда держи их при себе и не суй в свой ящик. Носи с собой. Чтобы ты в любое время могла вернуться домой.

Я не доставала до замка, но По, который жил с нами, сколотил скамейку и поставил ее в коридоре. Он во всем всегда слушался То. Я стала уходить, когда захочу. Уходила далеко от дома. Приходила, когда хотела. Меня всегда ждала горячая еда. Меня мыли и одевали. Меня это устраивало. Я наполнялась сил и могла отправляться на поиски ключа.

Я люблю То. Она помогла мне справиться с одержимостью, так она это называет. Я не порывалась хватать все ключи, которые вижу. Я научилась себя контролировать. Это помогло избежать многих проблем.

Но мои поиски не прекращались. Я наблюдала за людьми. Смотрела на ключи, которые они держат в руках. И без необходимости не пыталась достать их.

Иногда мне перепадали и настоящие клады. Однажды весной я нашла целое кладбище ключей.

Эта история кажется мне забавной. Дети во дворе нашего дома постоянно шептались о том, что в овраге неподалеку, в Снежных Лабиринтах, гниют трупы пропавших детей. Я пошла туда из любопытства.

Снежным Лабиринтам очень подходило их название. Спуск в овраг был крутой и весь в снегу. Туда, наверное, спускались собаки или кто-то сбрасывал мусор. В общем, в сугробах протоптали узкие и очень глубокие дорожки. Соваться туда явно было опасно. Но я все равно пошла. Если я правильно поняла, у других людей такого нет. У них нет чутья, которое гонит их к своей цели. Но у меня было. Когда я ощущала его, то не могла остановиться. Мне нужно было идти. Где-то там могло оказаться то, что я ищу. Может, в снегу действительно гнили трупы детей. И у них в карманах вполне могли остаться ключи. И один из этих ключей мог быть тем, что я ищу.

Я стала спускаться в овраг. Ноги проваливались в снег, иногда очень глубоко. Мне еще не приходилось плавать, но я думаю, что спуск был похож на плавание. Я изо всех сил двигала ногами, руками разгребала сугробы впереди. Так я прошла, наверное, довольно много. Точно не знаю, потому что по обе стороны высились снежные стены, они были выше меня, как соседский мальчишка, у которого я когда-то стянула ключ, и он побил меня за это. Потом все резко пошло под уклон, и я покатилась вниз. Снег набился за шиворот куртки, я насквозь промокла и совсем замерзла. Но не забывала о цели. Нужно было пройти еще дальше, только передо мной был тупик. Я копнула снег и наткнулась на что-то скользкое.

Пакет.

Я принялась разрывать снег, а потом и землю. И вскоре вытянула большую картонную коробку, обернутую полиэтиленом. В коробке что-то гремело. Я сорвала пакет, оторвала картонную крышку. В коробке лежала шапка, свернутая куртка и небольшой рюкзачок. Я с трудом открыла проржавевшую «молнию» и радостно вскрикнула. Рюкзак был полон ключей!

Если бы это случилось раньше, я бы прямо там стала разбирать их, пытаясь найти тот самый, единственный. Но уроки То даром не прошли. Я должна трезво оценивать ситуацию. Ключи у меня, никто не сможет их забрать. Я ослабла и замерзла, у меня осталось мало сил. Ключи можно разобрать дома, главное – выбраться из оврага.

Я вытащила рюкзак из коробки, снова засыпала ее землей и снегом. Потом начала громко кричать. Вскоре услышали взрослые и вытащили меня оттуда, отвели домой. Им и в голову не пришло, что рюкзак не мой. Они только сказали, что он слишком тяжелый для меня и сильно испачкался, но я ответила, что То постирает.

Дома То искупала меня в горячей ванне, дала молока с медом. Я взяла кружку, села на пол и принялась за разбор ключей. Их было много. Среди них не оказалось моего ключа, но, я думаю, они мне все-таки помогли в моих поисках. Не знаю, кто собирал эти ключи, но в них было нечто общее. Я долго смотрела на них, и в голове постепенно выстраивался образ того ключа, который я должна найти. Это трудно объяснить словами. Я и раньше сразу узнала бы ключ, если бы увидела его. Но то было бы только ощущение. А теперь – и видение тоже.

Эти ключи подсказали мне, какой именно ключ я ищу. Сначала я хотела нарисовать его и показать То, попросить помощи. И я даже начала рисовать! Но не закончила рисунок и наполовину. Я устала. После купания в снегу у меня заболело горло, а потом стала кружиться голова. Я решила передохнуть немного и легла прямо на пол.

Мне приснился сон. В нем я видела противного человека, который предложил мне посмотреть далекую страну. Он мне ужасно не понравился, но взглянуть на эту страну очень хотелось, и я согласилась. Я оказалась там немедленно. Вокруг было пустынно, на огромном поле огромные птицы рвали друг друга на части. В их клювах виднелись острые зубы. Одна птица вырвала кусок мяса из другой, посмотрела на меня и заорала, как пожарная сирена. Я закричала от страха и проснулась.

То держала меня на руках и несла, наверное, в кровать. Я плакала и кричала, что не хочу больше в Страну Моа, что никогда туда не пойду. То успокаивающе говорила, что я заболела и мне просто снятся кошмары.

Я действительно заболела и долго лежала в постели. Когда мне стало лучше, я упросила По взять меня с собой в магазин. Конечно, никакой магазин мне был не нужен. Но мне казалось, что я так долго лежала в постели, что мир за окном успел измениться и я теперь в нем ничего не найду. Нужно было разузнать, что к чему.

Мы вышли из дома. С виду все вроде бы так же, как всегда. Разве что снег немного подтаял. Но когда мы возвращались домой…

Я увидела его. Человека из моего сна. Он смотрел прямо на меня и улыбался. Не так, как улыбались То или По. Его улыбка заставляла думать о страшных вещах.

Едва По привел меня домой, я бросилась к себе в комнату и изорвала незаконченный рисунок с ключом. Я должна была хранить все в голове. Так же, как я знала, что должна найти ключ и что