Комнатка - Гектор Шульц

class="p1">– Так хочется спать, – зевнул он и, врезавшись в стеллаж, поморщился. – Чертов лабиринт. Когда он закончится.

– Где Унаги? – спросил я, однако нецес снова меня проигнорировал. Бубня под нос, он скрылся за поворотом и вновь наступила тишина.

Вздрогнув, я проснулся и понял, что сильно замерз. Мышцы сводило от холода, словно рядом была Белая леди. Однако девочки мирно спали. Но сколько времени длился сон? И сон ли?

Кое-как поднявшись с пола, я принялся приседать и скакать на месте, чтобы разогнать кровь и размяться. Странно, но ни Фиалка, ни Аши, ни Сакура так и не пошевелились. Они спали слишком крепко…

– Черт! – выругался я и, подскочив к Сакура, потряс примару за плечо. – Проснитесь! Не надо спать!

Кожа примары была ледяной, а дыхание прерывистым. Словно она замерзала.

– Сакура! Аши! Фиалка! – я метался между ними, совершенно не представляя, что надо делать. Затем, закусив губу, снова подскочил к примаре и принялся растирать ей руки. Девочка тихо застонала и приоткрыла глаза.

– Молчун… так… холодно, – она задрожала и я, снова ругнувшись, обнял её, пытаясь согреть. Помогло. На щеки Сакура медленно возвращался румянец. Каким же я был дураком, что дал им заснуть здесь.

– Просыпайся. Надо идти дальше, – бубнил я, стараясь отвлечь её от сна. Примара слабо улыбнулась и спрятала лицо у меня на груди. Я чувствовал её дыхание. Еле теплое и слабое. Скрипнув зубами, я вытащил из кармана надорванный пакетик с кофе и, запрокинув голову Сакуре, всыпал горький порошок ей в рот. Помогло. Девочка дернулась и широко распахнула глаза.

– Молчун! Фу! Что это?! – фыркнула она, сплевывая коричневую слюну на пол.

– Кофе, – облегченно выдохнув, ответил я, а затем снова нахмурился, посмотрев на бледных Аши и Фиалку. – Здесь нельзя спать. Помоги разбудить их! Достань кофе из торбы и всыпь им в рот.

Примара, с трудом поднявшись, подползла к Фиалке, а я занялся Аши. Растерев её руку, я достал еще один пакетик с кофе. Аши, кашлянув, дернулась, но я заставил её пожевать. После чего улыбнулся, увидев, как румянец возвращается и на её щеки.

Сакура меж тем привела в чувство Фиалку. Я не мог сдержать улыбки, когда увидел, что две дрожащих девчонки обнимают друг друга, пытаясь согреться.

– Холодно, – буркнула Фиалка и благодарно улыбнулась, когда я бросил ей куртку нихилов на пару размеров больше. Сакура и Аши тоже получили по подарку и, закутавшись, дружно принялись стучать зубами.

– Я видела такой прекрасный сон, – тихо сказала Аши. Сакура, чуть подумав, кивнула.

– Я тоже.

– Моя теплая кроватка в Комнатке, – продолжила Аши. – С кухни тянет жареным мясом и кофе. Так тепло и хорошо.

– Замерзая, видишь такие сны, – ответил я.

– А ты? – блеснула глазом Фиалка. – Как ты проснулся?

– Я видел Колотуна, – хмыкнул я. – Он прошел мимо, будто меня и не было.

– Может тебе снилось?

– Кто знает, – пожал я плечами. – Проснувшись, я понял, что сильно замерз. Вы тоже… были бледными и холодными.

– И ты за-засыпал в нас ко-кофе, – дрожа, протянула Сакура. Девочки синхронно рассмеялись, и я тоже не смог сдержать улыбки.

– Ты говоришь, как Молчун, – улыбнулась Фиалка. Она перестала дрожать и теперь просто наслаждалась теплом.

– Наверное в этом и есть ловушка, – вздохнула Аши. – Заснув, ты засыпаешь навсегда.

– И вечность бродишь по лабиринту среди коробок, – я вздрогнул, вспомнив Колотуна, который прошел, не заметив меня.

– Одному тут не выжить, – кивнула Сакура, посмотрев на меня. Я снова покраснел от смущения и глупо улыбнулся.

Пока девочки отогревались, я проверил стеллажи неподалеку и, вернувшись, вывалил на пол находки. Консервированные фрукты, две маленькие бутылки коньяка, перчатки для сада, шесть мясных консерв, которые обычно ели примары, моток крепкой веревки и упаковку конфет-долгоиграек, которым девочки обрадовались больше всего.

Наскоро перекусив и сделав по глотку коньяка, мы продолжили путь. В этот раз Фиалка не ворчала, понимая, что если сдастся, то останется в проклятом лабиринте навсегда. Сакура шла за мной, а Аши рядом с подругой. Она улыбалась и то и дело запускала руку в карман, выуживая новую конфету. Как мало порой надо для счастья. Я тоже улыбался, оборачиваясь и смотря на девочку. Так же она улыбалась, когда я добыл малину в Саду. Как же давно это было…

– Ты вспомнила Моно Као, когда мы были в пыточной, – тихо сказал я, когда мы остановились отдохнуть и перекусить. Девочка, вздрогнув, кивнула.

– Да. Но я не помню, как… – она запнулась и, приложившись к бутылке коньяка, вздохнула. – Помню, как он впился зубами в мою руку, а через секунду у него отросла новая рука. Ну, на…

– Я понял, – перебил я Аши. – Я к тому, что я так и не вспомнил. А вы?

Сакура, задумавшись, отрицательно покачала головой, оно и понятно. Это было первое испытание примары. Только Фиалка замялась на мгновение.

– Я вспомнила, но поздно, – хмыкнула она. – Вспомнила старуху. Только в пыточной вспомнила, а не на кухне.

– Но когда… – Сакура не договорила, как Фиалка грустно улыбнулась.

– Дважды. Когда была примаром, и когда была нецесом, – потупившись, ответила девочка. – Молчун рассказывал о столе, на котором нашел Пухляша и Лучка. Я была на нем дважды.

– Родная, если не хочешь… – Аши замолчала, когда Фиалка всхлипнула.

– Я вспомнила все. Каждый порез ножом, каждое слово ямаубы, – хрипло ответила Фиалка. – Я тоже не помню, как освободилась и вернулась в Сундук. Зато помню, как пыталась сбежать со стола. Помню, как споткнулась, и старуха секанула по лицу когтями.

Фиалка прикоснулась к челке, прикрывающей невидящий глаз, и истерично засмеялась.

– Хорошо это помню. Помню, как кровь заливала лицо, пока я бежала между столами и шкафами, уворачиваясь от кипящих горшков, которыми швырялась в меня старуха. А потом удар, темнота… как и у Аши. Впервые я забралась так далеко. И мне страшно, Молчун.

– Как и всем нам, – вздохнул я.

– А ты?

– Я?

– Ты. У тебя нет дефектов, – прищурилась Фиалка. – Ты только заикаешься. Что такого ты увидел, что начал заикаться?

– Не знаю, – честно ответил я. – Пока не знаю.

– Каждый из нас узнает, – вставила Сакура. – Кроме меня.

– Значит, радуйся и мотай на ус, – буркнула Фиалка. – В следующий раз Молчуна может рядом не оказаться…

После того, как все отдохнули, мы двинулись дальше. Сон, пусть такой странный и болезненно холодный, придал всем сил. Только я чувствовал себя разбитым. Да странное поведение Колотуна не выходило из головы. Может Фиалка права и мне это просто приснилось? Ответов не было. Да и кому они нужны? Сейчас важно найти выход из этого чертового лабиринта коробок и одинаковых