Могильный Алхимик - София Никодимова

– А как? Думаешь, я не догадалась, что ты свалила в Шамадор ради моего бывшего парня? Ты давно на него засматривалась, сестрица. А теперь решила воспользоваться шансом…

Мерика смерила Эльвию брезгливым взглядом, проходя мимо, и остановилась в паре шагов от Таллики.

– Все не так, Ме́рри. Пожалуйста, не начинай, ты неправа.

– Я неправа? А кто бессовестно бросил свою сестру?

Таллика сглотнула ком в горле. Эль приблизилась, но та отрицательно покачала головой.

– Какие-то проблемы? – голос за спиной Эльвии был низким и хрипловатым, но обладал приятным спокойствием. Спустя мгновение к ним подошла широкоплечая ведьма с рыжими волосами и медово-карими глазами. Ее рваная челка едва доставала до густых бровей, а ладони скрывались в карманах свободных, прямых штанов, отличающихся от облегающего кроя формы остальных мортисиек. Эль подумала, что она больше похожа на симпатичного парня, чем на девушку.

– Нет, Де́м [12], никаких. Мы уже уходим, – сдержанно произнесла Таллика.

– Я не тебя спрашивала, выскочка, – Дем бросила на Таллику убийственный взгляд. – Мо́рец.

– Ах ты дрянь! – прорычала Таллика, и ее вены блеснули серебром. – Я не предавала семью. Следи за языком, иначе когда я вернусь…

– А ты вернешься?

Эль показалось, что Мерика спросила с надеждой, а вот Дем, напротив, словно испугалась.

– Возможно… Когда закончу с самым важным.

Мерика с хладнокровным выражением лица влепила Таллике пощечину, словно несдержанная мать ослушавшейся дочери, которая подвергла свою жизнь опасности. Эль бросилась к Таллике, а Мерика отчеканила:

– Нет ничего важнее семьи, сестра. Идем, Дем, пусть валит к Тумматам.

Эльвия с молчаливым недоумением наблюдала за тем, как Таллика по-спартански сдерживала возмущение.

– Алхимическое отребье, – Дем плюнула в ноги Таллике, и это сработало лучше пощечины. Взбешенная до одури, Таллика рванула к ней, превратив руку в стальное лезвие. Однако Дем ловко увернулась, а вены ее налились красно-оранжевым цветом. С кончиков ее широких пальцев полились потоки лавы, прожигая дыры в деревянном настиле террасы.

– Слабачка! – словно собаке, крикнула Дем, как обезумевшая.

Эль подумала, что никому не пожелала бы остаться с этой ведьмой наедине, и все же встала между Талликой и Дем. Эльвия действовала интуитивно, вопреки страху поддаваясь неукротимой жажде справедливости. В крови заиграл Те́мпурус [13], но она не создала огонь, а внезапно впитала в себя жар раскаленной магмы. Пламя вокруг погасло, и лава окаменела.

Эль возликовала от неожиданного проявления дара и мысленно поблагодарила его за помощь. Скривившееся от брезгливого недоумения лицо Дем добавило Эльвии уверенности, поэтому она смело заявила:

– Знаешь, лава – ничто без высоченной температуры!

На этот раз презрительный и угрожающий взгляд рыжей ведьмы был адресован Эль. Таллика оказалась рядом, явно готовая продолжить бой.

– Риви́н! Я сказала, идем! – приказала Мерика, стоя уже на пороге.

Дем опять сплюнула, но послушно направилась в таверну. Когда мортисийки скрылись за дверью, Эльвия со вздохом пробормотала:

– Миленькая у тебя сестра…

– Мерика мне не сестра, – раздраженно отрезала Таллика. – Она так называет всех своих приближенных.

– Но вы были близки?

– Когда погибли мои родители, дядя сослал меня в Мортис. Там иногда собирают группы для самых маленьких из таких, как я. Сирот. Так я и познакомилась с Мерикой. Она росла без отца, да и Хамини́и не было до нее дела. Мы стали почти родными.

– Почему же тогда ты не сказала правду? Мне кажется, она поняла бы…

– Издеваешься? Я не могу рисковать миссией. Да и не хочу я с тобой это обсуждать. Хватит задавать тупые вопросы!

– Ладно… Извини, – задумчиво пробурчала Эльвия.

– Прекрасно. А вот и наша «Лео́ра» плывет.

Эль проследила за взглядом Таллики и увидела корабль с кроваво-красными парусами, напоминающими рыбьи плавники. Корпус крупного судна походил на блестящую на солнце чешую рыбы, гладкую, влажную и переливающуюся серебристо-серыми оттенками. Эльвия ошарашенно вспомнила текст обгоревшей улики, который недавно переводила. «Только леора знает волну», – мысленно повторила она, лишь теперь у этой фразы появился смысл.

– А вот и твои алые паруса, Ассоль, – сама себе сказала Эльвия и последовала за проводником.

Эль с Талликой промчались по древним улочкам портового городка, постепенно наполняющегося людьми. Достигнув пристани, Эльвия бодро взбежала по длинному деревянному трапу вслед за ведьмой и с любопытством огляделась.

Корабль был небольшой, а на его палубе толпилось столько пассажиров, что судно едва всех вмещало. Однако несмотря на целый кочевой базар, с коим предстояло разделить плавание, Эль пребывала в полном восторге от грядущего приключения, и воображала скорую встречу с дедушкой.

В неугомонно галдящей толпе она заметила несколько пожилых дриад в лиственных костюмах и нимфа́ла – стройного невысокого юношу, который напомнил ей Питера Пэна. Он флиртовал с молодыми длинноволосыми кокетками с зеленоватой кожей, которые звонко смеялись. Эльвия признала в них русалок. Они непрестанно обрызгивали себя водой из сосудов, похожих на флаконы духов, а их наряды, сшитые словно из пайеток, ослепляли своим блеском. Делегация женщин с кошачьими глазами и в просторных льняных платьях, как у монахинь, двигалась грациозно, словно танцуя. Оказались на судне и двое минотавров, и представители незнакомых Эль рас. Она решила, что среди пассажиров есть даже алхимик – на его шее висело ожерелье из деревянных рун.

Пока Таллика обсуждала с горбатым старпомом размещение в каютах, Эльвия ощутила себя вдохновенно порхающей бабочкой. Она перегнулась через борт и погладила внешний корпус судна с серебристо-серой обшивкой в виде крупной рыбьей чешуи. «Мокрая, гладкая и склизкая! Действительно, как настоящая рыба!»

– Туммат дери! Смотри, куда прешь!

Эль обернулась на голос Таллики, которая продиралась сквозь тесную толпу.

Слепая анорексичная старуха со впалыми щеками схватила ведьму за запястье и прохрипела:

– Покайся! Близится Вереме́й! Кара Вер-Шителя падет на тебя!

Таллика неправдоподобно изобразила безразличие и не сразу выдернула руку из костлявых пальцев. Провожаемая пристальным взглядом белых глаз, она, наконец, подошла к Эльвии:

– Идем, тут слишком людно. Наша каюта на нижней палубе.

Эль очень хотела остаться и пообщаться с кем-нибудь, но настойчивость спутницы ее переубедила, и Эльвия решила вернуться наверх позже.

– А что за кара Вер-Шителя? – поинтересовалась она, спускаясь вслед за Талликой по узкой лестнице.

– Да ерунда. Всего лишь неминуемая мучительная гибель за содеянные грехи.

– Это пророчество? Проклятие? Мне показалось, старуха тебя напугала… – не унималась Эль, идя по тесному коридору, где могли поместиться буквально полтора человека.

– Да ну, буду я еще слушать глупые бредни чокнутой ривье́рки, – небрежно бросила Таллика, открывая перед Эльвией дверь каюты. – Все эти жители Лесного Королевства, Мило́нии и Ривье́ра перед Вереме́йской ночью ведут себя как сумасшедшие. И как ошпаренные несутся домой в родные измерения, чтобы