Мёртвые души. Книга 1 и 2 - Евгений Аверьянов

гору снаряжения.

— Всё, — кивнул я. — Расплачусь сейчас.

Деньги ушли почти до последнего рубля. Но теперь у меня было всё, что нужно для выживания.

Оставался один вопрос — как добраться до пустоши?

Пешком? Глупо. Я не был уверен, что за мной не следят, и не хотел оставлять за собой след в несколько километров. Автобусы и поезда ходили только в центральные районы, а на границу уже не пускали без пропусков.

Выходя из магазина, я остановился. На доске объявлений, рядом с дверью, висел свежий листок:

"ПРОДАЮ. Туристический мотоцикл. Электродвигатель нового поколения, запас хода — 500 км. Аккумуляторы усиленные. Встроенные солнечные панели. Идеален для автономных поездок. Цена — договорная."

Я не верил в совпадения. Возможно, кто-то сверху хотел, чтобы я успел.

Связался по номеру — ответил пожилой мужик, голос доброжелательный, но цепкий. Мотоцикл стоял в десяти минутах ходьбы. Я проверил последние наличные — едва хватало, но хватало. Без торга.

Когда я увидел байк, сомнений не осталось: он создан для пустошей. Увеличенные колёса, мягкая подвеска, обвесы, защищающие от пыли и песка. Корпус будто обтянут бронёй, а на багажнике — крепления под канистры, инструменты и даже оружие.

Я уехал через пятнадцать минут. Рюкзак надёжно закреплён, шлем сидит плотно.

Мотор шуршал почти неслышно, набирая скорость.

Солнце скользило по панели на корпусе, заряжая меня, как и мотоцикл.

Я был готов.

Оставалось одно — найти портал.

И шагнуть дальше.

Путь в несколько тысяч километров.

На скорости, от которой у обычного человека сносило бы разум.

Я мчался по дорогам, что ещё недавно были заполнены машинами, а теперь — пустынные, покрытые пылью и первым сорняком, пробившимся сквозь трещины асфальта.

Мотоцикл слушался, как продолжение тела. Я ощущал каждую вибрацию через руль, предугадывал повороты ещё до того, как они появлялись в поле зрения. Мир вокруг был в движении, но мой разум оставался предельно ясным. С каждой сотней километров я всё больше осознавал — я не тот человек, что был раньше.

В какой-то момент на горизонте возникли огни — граница. Новый фронт, отделяющий государство от беспокойного мира за периметром.

Высокие турели, дроны, заборы, датчики движения. Пахло железом, страхом и приказами.

Я сбавил ход, но не слишком. Объехал основную дорогу по старому просёлку, который, похоже, давно никто не обслуживал. Справа мелькнул силуэт патруля — пара броневиков, один дрон завис над ними.

Они смотрели на меня, но не двинулись.

«Значит, приказ только на вход. На выход плевать. Интересно… чего они боятся больше — того, что снаружи, или того, что может родиться внутри?»

Я не стал проверять, сколько у них там лазеров и снарядов. Просто продолжил ехать.

Скоро началась зона, которую официально называли «периметром изоляции». А по факту — пустошь.

Те самые земли, где искажённая реальность живёт своей жизнью. Где появляются порталы, прорываются твари и куда мечтают попасть те, кто не хочет больше жить по чьим-то правилам.

Здесь всё было иначе:

— дорога исчезла;

— вместо неё — твёрдая, потрескавшаяся земля, местами черная, как уголь;

— ветер свистел, будто предупреждая: «Возвращайся!»

Я только улыбнулся.

В груди под татуировкой-амулетом пульсировала тихая уверенность.

«Назад дороги нет. И слава богу.»

Дальше — только вперёд.

К первому порталу.

К настоящему испытанию.

Я остановился.

Монотонный гул двигателя стих, и пустошь окутала меня тишиной — напряжённой, вязкой. Где-то впереди, среди покорёженных остатков строений и выгоревшей земли, я заметил движение. Низкий силуэт, хвост волочится по земле, кожа, покрытая грубыми чешуйками…

Ящер.

Небольшой, но подвижный. Животное, скорее всего, не первый день бродит по этим местам. Судя по острым когтям — хищник. Судя по реакции на меня — не слишком умный.

Я скинул рюкзак и неторопливо двинулся вперёд.

Пусть это и не настоящее испытание, но руки чесались. Надо было понять, как теперь ощущается бой.

Он бросился на меня — предсказуемо, грубо, без плана.

Я сместился в сторону, обрушил кулак на хребет, и услышал характерный треск. Монстр взвизгнул, но попытался ударить хвостом. Зря.

Я поймал движение, уклонился, перехватил хвост и с силой швырнул тварь об землю. Один рывок — и всё закончилось. Глаза ящера потускнели.

На экране — ничего. Ни вспышки, ни надписи, ни награды.

«Пусто. Даже Абсолют молчит. Ясно… мелочь пузатая. Слишком слаб, чтобы быть хоть чем-то полезным.»

Я вытер ладони о траву и медленно подошёл к мотоциклу. Пока поднимал рюкзак, отметил — даже после боя пульс ровный. Ни усталости, ни учащённого дыхания. Организм перестроился.

Теперь я был машиной, на которую они ставили, даже не зная.

«Значит, ориентир такой: если после боя нет вызова — значит, я теряю время. И энергию.»

Я завёл двигатель и двинулся дальше, внутрь пустошей.

Где-то впереди, среди искорёженного мира, меня ждали настоящие монстры. Те, чьи кости могли укрепить моё тело, чьи души — наполнить моё средоточие.

А может, и те, кто просто покажет мне, кто я на самом деле.

Я устроился в тени каменного обелиска, на котором почти стёрлись руны. На первый взгляд — просто кусок скалы, но геометрия слишком правильная. Возможно, древний ориентир. В любом случае, пусть будет моей отметкой — если что, вернусь сюда.

Солнце выжигало небо. Воздух стоял, как в микроволновке. Я включил всё, что могла выдать моя перестроенная чувствительность. Зрение, слух, даже едва уловимое напряжение магического фона — всё работало на поиск и анализ.

Долго ждать не пришлось.

Южный горизонт дрожал. Тени двигались по песку, оставляя борозды. Поначалу я подумал, что это просто ветер играет с песком, но потом различил движение — чёткое, организованное, настойчивое.

Первые «гости».

Внизу, ближе к бархану, ползли червеподобные твари — шесть, нет, семь. Когтистые отростки, как у крабов, подпирали длинные тела над землёй. Ни глаз, ни ушей. Почувствовали вибрации от моего мотоцикла? Или просто патрулируют территорию?

Двигаются быстро, но хаотично. В бою будут резкими, скорее всего, полагаются на внезапность и число. Такие явно подойдут для разминки. Я уже чувствовал, как тело требовало разрядки.

Но это были не единственные.

На соседнем бархане — гуманоидное существо, закутанное в чёрные полосы, как в тлеющие ленты. Он стоял абсолютно неподвижно, но моё внимание соскальзывало с него, словно разум отказывался фокусироваться. Пришлось усилием воли пробиться сквозь туман в голове — и