Из-за нас - Мери Ли

– Прекрати.

Мы замолчали. Адам передал мне кружку, и я аккуратно взяла ее. Подушечки пальцев были онемевшими. Я сделала глоток горячего чая и решилась спросить, несмотря на то, что не была уверена, хочу ли вообще об этом разговаривать. Но я понимала: молчание не принесет нам ничего хорошего.

– Почему ты не сказал мне о… ребенке?

Мы смотрели друг другу в глаза, и я видела, как взгляд Киллера становится другим. Прежде я такого никогда не видела. Это скорбь? Сожаление?

– В тот момент я решил, что ты не выдержишь еще одной потери. Я собирался рассказать, но только позже.

– Ты жалеешь, что не сказал мне тогда?

Адам отрицательно покачал головой и произнес всего одно слово:

– Нет.

До меня только сейчас дошло, что он не знает, что этот малыш был и его тоже. Мы провели вместе всего одну ночь, а наутро он вернул меня домой. Руки задрожали, а голос опустился до шепота:

– Это же был и твой… ребенок. – И тут я начала плакать. Тихо и практически беззвучно.

Адам наклонился ко мне, забрал кружку из моих рук, отставил ее куда-то и обнял меня. Я уткнулась лицом ему в грудь и дала волю слезам. Только сейчас до меня дошло, почему я не заплакала, когда Серена рассказала мне об этом. Мне нужен был Адам, чтобы разделить это горе с ним. Он нежно погладил меня по волосам и сказал:

– Я знаю, что он был наш. Все будет хорошо.

– А если не будет?

– Будет. Верь мне.

Глава 28

Помогите нам… выжить

Рейчел

Два дня.

Именно столько времени я провела с Адамом. Боже, как мне его не хватало, обычных разговоров, объятий, поцелуев. Мне просто до боли в сердце недоставало его. Адам был нежным и трепетным по отношению ко мне. И я ценила это, тем более после слов Лорел о том, что он испытывал уникальные для него эмоции. Каждый раз ловя его взгляд, я понимала: так он смотрит только на меня и ни на кого больше. Я начала надеяться, что все происходившее между нами – не простое физическое влечение. Возможно, это глупо, думать о чувствах, когда мир превратился в поле боя, но эмоции не спрашивают позволения, когда им появиться.

Тему ребенка мы больше не поднимали, но вот о Джоне нам пришлось поговорить. Мы решили, что без надобности я постараюсь с ним не пересекаться. По глазам Адама я понимала: даже упоминание имени Джона приносило ему дискомфорт. И дело не в неуверенности в себе. Вовсе нет. Это оказалась банальная ревность. Ревность мужчины, который не приемлет, когда на его территории появляется соперник.

Я видела Джона лишь дважды с момента их стычки с Адамом, и оба раза издалека. Он дружелюбно махал мне рукой, я лишь слегка улыбалась и кивала в знак приветствия. Я понимала, что он хороший человек, но точно не для меня. Его чувства тоже не спросили позволения и появились не в то время и совершенно не к тому человеку.

Всего два дня спокойствия – это слишком мало. Но большего времени у меня не оказалось. Бенджамин вернулся из поездки, и умиротворению пришел конец. Он поставил меня перед фактом: я должна убить Тобиаса. Как? Ножом. Это все, что мы знали, но все доверяли видению Лорел. И на данный момент это был единственный шанс на победу над Новой империей, которая словно паразит расползалась по миру.

Сейчас я находилась в кабинете Бенджамина и слушала их спор с Адамом. Старший Аллен, вернувшись в бункер, сразу же вызвал меня к себе в кабинет. Он передал через своего подручного, чтобы я пришла одна, но Адам с этим не согласился и, естественно, отправился вместе со мной. Одно его присутствие давало мне уверенность, что я смогу справиться с Тобиасом. С самым древним мором на земле: остальных он убрал нашими руками.

Сначала Бенджамин расспросил меня обо всем, что со мной случилось за тот месяц, что я провела у моров. Досконально расспросил про забег и про всевозможные мелочи. Он очень внимательно слушал и кое-что даже записывал в блокнот. Потом его лицо стало совсем серьезным, и мы перешли к разговору о Лорел. Я все так же без утайки рассказала ему о том, что она мне говорила. Больше всего его заинтересовало, что такого Лорел хотела сообщить мне, чего не собиралась рассказывать ему.

После Бенджамин в подробностях пересказал мне видения Лорел. Она говорила, что до Тобиаса можно добраться только с помощью поезда, в котором перевозят людей для ферм. Это я и так знала. Но я не знала того, что окажусь в одной комнате с правителем Новой империи и только тогда смогу подобраться к нему и вонзить нож в самое сердце. Где в это время будут остальные, мы не знали, но Адама в видении Лорел не было, а из этого следовало, что он не поедет с нами на поезде. Именно по этому поводу сейчас они и спорили.

– Я поеду, – снова сказал Адам.

– Нет, – спокойно повторил старший Аллен.

Адам оттолкнулся руками от стола и отошел назад на пару шагов. Он словно лев в клетке, я наблюдала за тем, как его распирало от негодования. Он серьезно посмотрел на оппонента и сказал:

– Бенджамин, это не обсуждается.

– Ты же понимаешь, что если ты поедешь, то что-то пойдет не так или окажется, что видение Лорел было о каком-то другом разе… У нас есть шанс убить его. Понимаешь? Мы выиграем войну таким образом. Скорее всего, другой возможности у нас не будет.

– Мне плевать. Я еду. Я не отправлю Рейчел туда одну.

– Она не будет одна, с ней поедет несколько людей. Там будет подмога.

– Ты бы не отправил туда Лорел, так почему просишь меня отпустить Рейчел? Видимо, ты не в своем уме, раз решил, что я на это соглашусь.

И они снова начали спорить. Если бы я не знала, что они не являются родственниками, то решила бы, что это отец и сын. Они оба были несгибаемы, безапелляционны, и уж если что-то созрело у них в голове, то они не сворачивали со своего пути, а танком неслись к цели. Мы сидели здесь уже слишком долго, я понимала, что этот спор никогда не прекратится, и поэтому решила вмешаться. Мне было немного страшно перед встречей с Лорел, но другого варианта я не видела. Она