По ком плачет рябина - Лисса Рин

– О тебе, – не моргнув и глазом, оправдал его подозрения Риден. – И о твоем пушистом заде, который постоянно мелькает у меня перед носом. А у меня, между прочим, аллергия.

У меня отлегло от сердца, и я осмелилась снова взглянуть на Стража. Его потемневшие волосы и лукавый блеск в глазах подарили робкую надежду на то, что со мной, как с собеседником, еще не все потеряно.

– У тебя аллергия на котов? – удивленно переспросила я, подхватив его игру.

– На излишнее любопытство, – отрезал Морт, и мы с Сеймуром обиженно засопели.

Этот несносный Страж, лярва его задери!

– Вокруг все спокойно? – поинтересовалась я у Сеймура, чтобы отвлечь фамильяра от кровожадных мыслей, тень которых мелькнула в его заострившихся зрачках.

Парень еще раз фыркнул в сторону Стража, но все же отвлекся.

– Вполне, – тут же ответил он и развел руками. – Вообще ни души, ни сущи. Очень странно.

– Как раз наоборот: очень даже предсказуемо, – снова вмешался в беседу Страж, заставив нас с Сеймуром напрячься – мы синхронно уставились на мужчину. Тот устало покачал головой, а затем кивнул в сторону. – Да вы присмотритесь внимательнее.

Я оглянулась и удивленно охнула. Как выяснилось, пока я безвольно таращилась на брошь ведуна, а потом и на него самого, многое из нашего побега упустила. А посмотреть было на что! Вокруг нас, то ближе, то в самой дали, вовсю шелестя зелеными ветвями с багровыми вкраплениями спелых ягод, раскинулись самые настоящие рябины! И всюду, куда падали вызревшие ягодки, тут же начинала зеленеть и стремиться ввысь зеленая сочная трава.

– Только не говори мне, что…

– Твоих рук дело, – невозмутимо припечатал Страж и, повинуясь моему сиюминутному порыву, позволил мне встать на ноги.

Влекомая любопытством, я оглянулась назад, едва удержавшись на все еще слабых ногах, благо Риден успел подхватить. Позади картина была еще более впечатляющей: рябины, словно пребывая в объятиях глубокой осени, спешно покрывались октябрьской позолотой и тут же сбрасывали желто-бурые резные листья, которые, едва долетев до земли, тут же вспыхивали многочисленными кострами. Не такими впечатляющими, как ревущее пламя, которое мы оставили позади, но вполне ощутимыми и крайне привлекательными для Закраинских обитателей.

– Твоя магия… как далеко она распространилась? – прошептал Сеймур, восхищенно крутясь по сторонам.

– Достаточно далеко, чтобы помочь нам пройти основной путь без риска, – кивнул Риден.

Во мне довольно заурчал апломб.

– Вот видите! А неплохой у меня был план, оказывается, – горделиво выпятила я грудь и махнула рукой на рябиновые деревья. – А вы мне что тогда говорили? Что все мои идеи…

В этот момент с ближайшего к нам дерева сорвалась целая рябиновая гроздь и, угодив прямо на макушку едва различимого в темноте Заблудшего, разразилась шипением и тут же охватила несчастного ярким пламенем. Слабо простонав, Заблудший согнулся, скукожился, будто ему и правда было невыносимо больно, а потом бессильно упал на высокую траву.

– Фатальны? – подсказал Риден, не сводя с полыхающего костра взгляда.

– Убийственны, – поморщился Сеймур, зачем-то закрыв горло ладонью.

Я недовольно засопела и, понурившись, поспешила за изумрудной нитью.

– Рябина? Подожди меня, – тут же нагнал меня Сеймур и взял за руку. – Зато он долго не мучился, – стремясь меня подбодрить, фамильяр привел довольно сомнительный аргумент, от которого стало только хуже.

– Он вообще не мучился, – прозвучал над моим плечом спокойный голос Ридена. Я вздрогнула от неожиданности, так тихо он подошел. – А теперь он свободен. На самом деле, – тут я ощутила на своем плече его крепкую ладонь и, не удержавшись, взглянула вверх – и тут же встретилась с его теплым взглядом, – ему можно только позавидовать. Не всем обитателям Закраины так везет.

Ни прежней надменности, ни снисходительности. Впервые я видела, чтобы Страж смотрел на кого-то так приветливо. Не в силах отвести взгляд, я вдруг неожиданно для себя самой улыбнулась.

– Почему же не всем везет? – недовольно встрял Сеймур и с присущей его хозяйке изощренной жестокостью добавил: – Полно еще деревьев, – фамильяр неопределенно махнул рукой на рябины, мол, никого в этом мире не держим, в добрый путь благословлять изволим. Венчик в зубы и катись себе почками по кочкам.

Я шикнула не неугомонного кошака и с опаской покосилась на Морта. На какое-то мгновение мне даже стало жаль несчастного Стража, угораздившего связаться со злокозненной ведьмой и ее не менее зловредным фамильяром. Но Страж смотрел прямо перед собой, будто на самом деле размышляя над щедрым предложением. На его лице застыла непроницаемая маска.

– Асурам такая роскошь не доступна, – тихо ответил он тьме и убрал с моего плеча свою ладонь.

Проклятье, Сеймур! Да ты еще хуже меня в поддержании непринужденной беседы!

Я нервно закусила губу, усиленно размышляя, как бы это побезопаснее сменить тему. А учитывая тот факт, что тема о смысле смерти так и осталась нераскрытой, предложить мне было абсолютно нечего.

Ну, или почти нечего.

– И все-таки странно, – сделала я равнодушный вид, неуклюже пожав одеревеневшими плечами. – Когда меня, – я сжала кулаки, отчего справа раздалось болезненное шипение фамильяра. – Когда я снова оказалась в Закраине, я думала, что меня… – о, Лафия, как же тяжело! Неимоверно тяжело даже просто думать об этом, не то, что говорить. – Разве я уже не… – я упрямо мотнула головой, стараясь сбросить наваждение. – Если я мертва, – рука Сеймура судорожно дернулась, – то откуда вся эта живая магия? – я махнула рукой на рябины, а потом выжидающе уставилась на Стража.

– Ты не мертва, – спокойно сказал Риден, все так же прямо глядя перед собой, отчего у меня возникло неприятное ощущение, будто сие «недоразумение» лишь временное и поправимое.

– Но я думала, – начала я и запнулась, запутавшись в собственных воспоминаниях.

А что я думала?

Моя левая ладонь непроизвольно сжала покоящийся в кармане жертвенный нож. С тех пор, как я увидела на его рукояти наш родовой герб, я ни на секунду не переставала прокручивать в воспоминаниях картины неудавшегося возвращения. Думала, что так смогу отыскать хоть какую-то зацепку, могущую поведать мне о том, что же за ритуал тогда проводили мои близкие. Для кого приготовили жертвенный нож. И кого на самом деле они так упорно звали из недр Закраины.

И вот сейчас, когда появилась возможность во всем разобраться, я вдруг четко осознала, что совершенно не готова к искомой правде. Да и не правду я искала