Плененная - Сильвия Мерседес

глаз, столь ярких, что у меня захватывает дух.

Я спешно выпрямляюсь. Щеки заливает жар.

С трудом сглотнув, мягко говорю:

– Вы поправитесь, принц. Вам пришлось нелегко, но я привела к вам моего друга. Он сделал вам кровопускание, убрал часть проклятой крови из вашего тела. Сейчас в вас больше крови фейри, она борется с проклятием. Не уверена, но, возможно, вы полностью оправитесь.

Он скользит взглядом по моему лицу. Приоткрывает губы и вновь их закрывает. Его веки тяжелеют, ресницы трепещут и опускаются темными веерами на бледные щеки.

Я сажусь на пятки и начинаю подниматься. Принц внезапно хватает меня за руку. Вздрогнув, я перевожу взгляд на его лицо. Его глаза открыты и опять смотрят на меня. Он подносит мою ладонь к своим губам и целует.

Я замираю. Время словно останавливается, и я сижу на коленях рядом с принцем, пойманная его взглядом, ощущая тепло его губ на своей коже.

Принц тихо стонет, его глаза закатываются, и веки опускаются. Расслабленная рука выпускает мою ладонь. Я испуганно наклоняюсь вперед и снова прижимаюсь ухом к его груди. Сердце бьется мерно и громко. И жар наконец спал.

Я выпрямляюсь и кладу руки на колени. Большим пальцем потираю место, которого коснулись губы принца.

– О боги! – шепчу, склонив голову и закрыв глаза.

Моя молитва не особо красноречива, но искренна. Надеюсь, боги, которые ее услышат, поймут, что она шла из глубины души.

Глава 33

– Мисс Дарлингтон?

Я резко просыпаюсь, подавившись воздухом, и хлопаю ресницами, не понимая, где нахожусь. Мир кренится, мое собственное тело качается и выравнивается. Лишь секунду спустя я вспоминаю, что сижу в мамином кресле-качалке. Прояснившимся взглядом вижу перед собой лицо Лоуренса. Он слабо улыбается мне.

– Тут почти нет еды и воды. Я выйду ненадолго, чтобы купить нам чай, хорошо?

Я непонимающе смотрю на него. Затем устремляю взгляд на принца, лежащего на полу у очага. Пытаюсь заговорить, но сил хватает только на невнятное мычание.

– Не волнуйтесь, мисс Дарлингтон, – успокаивает меня Лоуренс, поняв, что я хочу узнать. – Принц сейчас просто отдыхает. Смею заметить, что кожа у него уже здорового оттенка! Ваш доктор Гейл сотворил чудо. Он заходил, пока вы спали, и сказал, что кризис миновал. Он обещал вернуться вечером.

Я киваю. Лицо заливается румянцем – Дэнни видел меня спящей. Я сопела во сне? Я со стоном прикрываю лицо ладонью.

– Так я схожу за чаем? – спрашивает Лоуренс.

– Конечно. – Не голос, а хриплое карканье. – Да, благодарю вас, мистер Лоуренс.

Еще раз устало улыбнувшись, мой собрат по Обязательствам выходит за дверь и тихо прикрывает ее за собой. Без него становится очень тихо и холодно.

Я сажусь в кресле прямо. Потягиваюсь и повожу плечами и шеей, разминая ноющую спину. Стоит закрыть глаза, и перед внутренним взором начинают мелькать образы: приближающийся медленным шагом призрачный рейф, окутывающий меня красный туман, сыплющиеся удары, всеобъемлющий страх.

Содрогнувшись, я поднимаюсь из кресла-качалки и иду через гостиную на кухню. Сейчас не время зацикливаться на ужасах.

Как и сказал Лоуренс, буфет пуст – в его ящиках я ничего не нахожу. Я вздыхаю. Как Оскар выживает в одиночку? И где он вообще? Я взбираюсь по узкой лестнице наверх, в его комнату. Может, он проскользнул туда, пока я спала?

В его комнате по-прежнему никого нет. Я застываю на мгновение в лучах падающего из окна солнечного света. В этом месте давящая атмосфера. Слишком много воспоминаний, по большей части болезненных, таятся в каждом уголке нашего дома. Каково брату жить здесь одному? В окружении всех этих воспоминаний, без того, кто мог бы его отвлечь и защитить.

Встряхнув головой, покидаю комнату и спускаюсь на первый этаж. Пригнувшись, чтобы не удариться о низкий проем, захожу в гостиную.

И останавливаюсь.

Принц сидит спиной ко мне. Начав кровопускание, Дэнни снял с него верхние одежды и рубашку. Изъеденное молью одеяло упало, обнажив его мускулистые плечи и спину. Принц озадаченно хмурится, склонив голову набок. Я, не в силах пошевелиться, рассматриваю его профиль.

Он вдруг резко разворачивается, полыхая взглядом. Увидев меня, заметно расслабляется.

– Дорогая, – говорит он, – мы в мире людей? Или мне это снится?

– Вы не спите. – Я приближаюсь к нему и, уповая на то, что он воспримет мои действия как заботу и деловитость, набрасываю на его плечи одеяло. – Будьте любезны, не простыньте.

Принц сводит брови, но послушно сжимает одеяло у горла. Принюхивается, раздувая ноздри. Кривится.

– Это твой дом? – смотрит он на меня.

– Был моим, – киваю я.

– Могу я спросить, что мы здесь делаем?

Я сажусь в кресло-качалку, чинно складываю руки на коленях и пускаюсь в объяснения: как убедила Лоуренса поддержать мой план и как он, с гораздо большим трудом, убедил капитана Кхас; как потом мы втроем втолковывали Илюзин, что единственная возможность исцелить принца – отвезти его к человеческому доктору. Илюзин сопротивлялась дольше всех, не удостаивая меня даже взглядом. В конце концов беспокойство за принца взяло верх, и она согласилась его отпустить.

Кхас сопровождала нас в карете, запряженной морлетами, до самых берегов Ноксара. Она отнесла принца на руках до Междуворотья, но отказалась идти с нами дальше. Ее осязаемый страх перед миром людей возобладал даже над преданностью своему господину. Она крайне неохотно передала принца нам с Лоуренсом, и мы пронесли его через врата.

– В конечном счете я оказалась права, – заканчиваю я. – Вас успешно исцелил человеческий доктор, поскольку проклятие завязано на человеческой крови.

– Кто этот человеческий доктор? – спрашивает принц.

– Доктор Дэниэль Гейл. Превосходный доктор. Я знаю его всю свою жизнь.

Принц смотрит на меня, сузив глаза. Представляет себе седовласого доктора, или меня с головой выдает румянец на щеках? Я спешно нацепляю улыбку и невинно хлопаю ресницами.

– Этот доктор… он хотел меня лечить?

Я растерянно хмурюсь.

– Ну…

Принц впивается в меня взглядом.

– Ответь мне, дорогая. Ты просила его помочь мне, и он добровольно это сделал, или ты заставила его?

Я молчу, не зная, что ответить, и принц закрывает лицо ладонью.

– О боги! – выдыхает он.

– Что? – Вскочив, я кидаюсь к нему. Опускаюсь на колени и тянусь рукой к его плечу, но вовремя прихожу в себя. – Что случилось? – требовательно спрашиваю я. – Вам плохо? Вы потеряли много крови. Вам нужно прилечь. Может, воды принести?

Принц убирает от лица руку и смотрит мне в глаза.

– Неужели ты не понимаешь? Ты спасла мне жизнь. Я перед тобой в долгу.

– Ах