Гарри Сейрос - Тени Атлантиды

— Ты жив! Какая радость для старика!

— Как видишь. Мне тут рассказали о твоих подвигах. Молодец.

— Рад служить королю Куллу.

— Помоги мне сесть в седло.

Кулла подсадили на лошадь. Перед тем как тронуться, он снова посмотрел на небо.

Валка нанес Сатху мощный удар, вогнав секиру глубоко в голову. Змей зашипел и начал распускать кольца, тяжелое тело стало оседать на землю. Бог Огненной Жизни выдернул секиру из раны и снова замахнулся. Оружие, рассекая воздух, вот-вот должно было отсечь голову змея, но совершенно неожиданно рядом с Сатхом возникла серая фигура со щитом и прикрыла поверженного бога.

Щит разлетелся на множество осколков, и секира разрубила серое облако надвое. Но Великий Змей успел отползти, и Валка не мог достать его.

Кулл потом готов был поклясться чем угодно, что видел удивление в глазах Валки, когда он склонился над тем, кто закрыл собой Сатха.

Король Валузии тоже присмотрелся к смельчаку и мгновенно узнал его. Это был Тха-Таураг.

Черная и белая фигуры прямо на глазах превратились в клубы дыма, ветер с реки разметал их, а затем унес куда-то.

Когда пришел Великий Змей, Халег сражался в первых рядах и несказанно удивился тому, что валузийцы остановились, разинув рты. Тулиец бросился в атаку.

— Сатх! Сатх! — кричал он.

Кхешийцы подхватили клич и ринулись на врага, сминая первые ряды. Все мгновенно изменилось, теперь наступали воины Сатха, а валузийцы отходили назад.

Халег ударил с размаху, и верная секира легко разрубила подставленный щит. Тулиец тут же отпрыгнул в сторону, уклоняясь от меча, оказался лицом к лицу со вторым воином, отбил его клинок и, когда рука противника ушла в сторону, нанес удар.

Секира взлетела вверх, со свистом опустилась, пробила панцирь и кольчужную рубаху, глубоко войдя в плоть.

Валузийский воин, даже не думая ни нападать, ни защищаться, подхватил раненого и стал быстро отходить за спины товарищей.

Халег не преследовал их, да и не мог: перед ним встал еще один валузиец. Тулиец начал теснить нового противника. Воин ловко закрывался щитом и наносил ответные удары, которые Халег с трудом парировал.

И тут среди кхешийцев произошло какое-то замешательство. Справа Халег заметил конных валузийцев, среди которых особенно выделялся один, высокий и крепко сложенный. Его топор разил без промаха.

По богатым доспехам тулиец догадался: это военачальник, наверняка высокого ранга.

Тулиец сделал обманный выпад, валузиец поднял щит, ожидая удара, но Халег толкнул его ногой, и тот упал на спину. Он попытался подняться, но не смог.

В это время рослый всадник в азарте оторвался от своих. Халег бросился к нему. Лошадь под всадником пала, но уже черед пару ударов сердца он был на ногах и опять вел бой. Когда тулиец подбежал, всадник стоял к нему спиной и бился с противником. Халег, не раздумывая, опустил ему на голову секиру.

Шлем треснул, но тулиец почувствовал, как, наткнувшись на деталь орнамента, украшавшего шлем, секира повернулась в руке, и удар пришелся плашмя.

— Добей! — крикнул он кхешийцу, стоявшему рядом.

Но тот вдруг рухнул на валузийца, и они вместе упали на землю. Из спины воина торчал дротик. Однако обить оглушенного врага тулийцу не удалось: он тут же ввязался в новую драку. А поверженный противник исчез.

Кхешийцы продолжали теснить неприятеля. Армия Кулла отступала. Сатх потихоньку высасывал из людей все силы.

Брул понимал, что скоро войско побежит, и послал гонца к Рамдану, но маг ответил, что нужно ждать.

Брул уже впал в уныние, когда над валузийца-ми взвился белый дым, мгновенно принявший очертания воина.

Белое облако сразу притянуло к себе черное, и они переплелись.

Валузийцы тут же воспряли духом: исчезли тяжесть и усталость, сражаться стало намного легче.

Брул вскочил в седло и, пустив лошадь в галоп, помчался в гущу битвы. С громким криком он врезался в кхешийские ряды, за ним устремились воины. Противник, растерявшись, сдал позиции.

Сенахт передал приказ отойти и поскакал к шатру жрецов — узнать, что случилось.

Его встретил Сатхамус.

— Что происходит?

— Случилось непредвиденное. Валузийские маги вызвали своего бога.

— Ты хочешь сказать, этот белый дым и есть бог?

— Да. Это Валка. Он отвлек на себя Сатха.

— Но почему валузийцы атакуют? Они должны были обессилеть.

— Валка вернул им часть сил, отобранных Великим Змеем. Теперь, мой господин, возвращайся к войскам. Там ты нужнее.

— Да пребудет с тобой Великий Змей.

— И с тобой тоже.

Сенахт вышел из шатра, размышляя о том, где набрать воинов, чтобы сдержать новый штурм врага. Последний отряд гвардейцев он послал на помощь Измалу, который растерял почти половину людей.

Владыка сел в седло, когда к нему подбежал запыхавшийся жрец:

— Мой господин! Мой господин!

— Что тебе?

— Прибыли корабли из Ханнура с двумя тысячами чернокожих наемников. Они ждут приказа начать высадку.

— Что ты сказал? — Сенахт не поверил своим ушам. Боги услышали его молитвы!

— Они ждут приказа начать высадку.

— Это очень хорошо. Вот тебе за добрую весть. — Он отцепил золотой браслет, передал его жрецу и тут же повернулся к своему личному гонцу: — Живо скачи на пристань. Передай командирам отряда приказ: высадку отменяю. Пусть плывут на место, где были сцеплены корабли. Ты покажешь. Там причаливают и сразу вступают в бой. Выполняй. И учти, от них зависит, победим мы или проиграем.

Гонец помчался к берегу Таиса, а владыка направился к Халегу, чтобы сообщить ему радостную весть.

Вновь прибывшие галеры встали у пристани.

Гонец Сенахта громко осведомился, кто здесь командир. К нему подошел чернокожий воин, лицо которого выражало безграничную печаль:

— Я тысячник Мин.

— Приказ владыка. Высадка отменяется. Приказано грести как можно быстрее до места, которое я укажу. Там высадиться и вступить в битву. Сенахт сказал: если выполнишь приказ, тебя простят за трехдневное опоздание.

— Вот это дело, — улыбнулся Мин. — Прошу на борт.

— Поднять якорь! Весла в воду! Отчаливай! — разнеслись команды по судам.

Дружно ударили весла. Тысячник сразу задал быстрый темп, и галеры понеслись вперед.

Локтей через двести прибрежные заросли поредели, сквозь них стали видны сражавшиеся. Наемники восторженно залопотали.

Вскоре суда причалили к берегу. Первым прямо в воду прыгнул Мин и, отдав команду следовать за ним, побежал вдоль берега на звук битвы.

Легконогие воины в набедренных повязках помчались за ним.

Все их вооружение состояло из обтянутого кожей гиппопотама щита и копья с бронзовым наконечником. Гонец Сенахта, пытавшийся догнать их, сильно отстал.