Колыбельная для маленьких солдат - Ина Голдин

– А мы, по-твоему, должны быть как хефаши? Думай, что говоришь…

– Я не связной, – сказал ребенок. – Меня Джей-Би зовут… Джей-Би Терах. Мою маму зовут Мира Терах. Вы ее помните?

– Мм?

– Ну да. Она так и говорила. Но у меня от нее письмо.

Он вытащил из кармашка аккуратно сложенный листок и подал Джону. Тот развернул письмо. Красивый округлый почерк, который ровно ничего ему не говорил.

Ваше высочество! Вы вряд ли вспомните меня, но больше мне не к кому обратиться. Мы с вами познакомились, когда вы учились в офицерской школе у нас в Нофе, во время увольнительной. Я влюбилась в вас тогда с первого взгляда, но боюсь, что этой же участи не избежали тысячи девушек Гибеи. Вы с удовольствием проводили время со мной и даже ужинали как-то у нас дома (помните, мой отец все критиковал политику короля и я ужасно за него боялась, а вы только поддакивали?). Вы закончили школу и уехали на фронт, а через девять месяцев родился Джей-Би. Он – единственное, что у меня от вас осталось. Семья приняла нас, и я не собиралась требовать ничего от вашего высочества. До войны мы хорошо жили. Но теперь я больна, дома у нас не осталось (живем у соседки), а мои родители убиты. Я очень боюсь за Джея. Если мне удастся выбраться, я порву это письмо, вы никогда обо мне не услышите. Но если я все же умру, я прошу вас: присмотрите за ребенком. Я думаю, вы сами поймете, что в мальчике течет ваша кровь. Я знаю, что вам сейчас тоже нелегко и что вы вынуждены скрываться, но у Джея больше совсем никого нет, поэтому я прошу вас: присмотрите за ним…

Пацаненок глядел упрямо, надув губы, и Джон вдруг ясно понял, где видел его. На собственной детской фотографии.

– Так. – Джон резко встал. – Едем в лагерь, незачем тут сидеть на дороге.

– В лагерь?

– А куда? Дорогу он все равно уже нашел…

Джон хотел было посадить мальчика рядом с собой в машину, но Тейлор остановил его:

– Куда? К мертвецу?

Тьфу ты. Джон передал ребенка Маллори, сам сел на прежнее место.

– Командир, – осторожно позвал его Тейлор. – Это то, что я думаю? Мальчишка-то ваш портрет…

– О господи, – сказал Джон, глядя прямо перед собой. – Господи гребаный боже.

Машина с трудом карабкалась в горы. Недалеко от лагеря они остановились, вытащили беднягу Фишера; Хантер и Тейлор повели пленных вверх по узкой тропинке. Джон осторожно взял ребенка на руки. Один из часовых подошел отогнать и спрятать машину, покосился на мальчика, но ничего не сказал.

Встречал их советник Маркус.

– Ваше высочество. Чем вы нас порадуете?

С «высочеством» советник все-таки сильно переигрывал. Но поделать с этим Джон ничего не мог – а советник был ему нужен, хоть это и раздражало. Брови Маркуса поползли на лоб, когда он увидел мальчика.

– О, у нас сегодня много поводов для радости. Кроме вот его, – Джон кивнул на ребенка, – мы привезли непонятно чье оружие и труп немецкого шпиона. И Фишера…

Советник сочувственно кивнул.

Джон повысил голос:

– Пленных в яму, пусть посидят. Фишера… подготовьте к похоронам. Там в машине еще одно тело, не закапывайте пока – может, Док что найдет.

Он перевел взгляд на мальчишку.

– А мы, солдат, пойдем в медпункт.

Ребенок поднял на него странно непроницаемые глаза. Джон понятия не имел, как обращаться с детьми. Обычно его общение с младенцами заканчивалось тем, что он брал кого-то из них на руки и целовал перед камерой. Матери млели. Почему-то ему казалось, что мальчишка такого не оценит. Он немного прихрамывал, но в общем выглядел вполне здоровым.

Впрочем, от гнева Дока их обоих это не уберегло. Док сердился – Джону казалось, что это его естественное состояние.

– Ты что мне притащил? – вопросил он. – Мы что, начали младенцев в отряд набирать? Так хоть бы подгузники сперва закупили…

– Мы его сбили, – объяснил Джон. – Можешь осмотреть?

– Молодцы, – буркнул Док.

Он всегда разговаривал скандальным тоном, обращался к Джону исключительно на «ты» и от души материл раненых бойцов. Все это ему позволялось, потому что этих самых раненых он и вытаскивал с того света, цепляясь за каждую жизнь зубами и ногтями.

Он усадил мальчика на кушетку. Тот выглядел напряженным – хоть и не напуганным, – но Джон все-таки сказал:

– Не нужно бояться Дока, он злой только с виду, – и положил руку мальчишке на плечо.

Тот не отреагировал. Док стащил с него кроссовки и носки, осторожно прощупал ноги и нахмурился.

– Тут больно?

Мальчик побледнел, но только пожал плечами:

– Так…

– Так? И здесь – так?

Ребенок сжал зубы.

– Так и растак. – Док обернулся к Джону. – У мальца там, похоже, перелом, а он у тебя скачет.

Стало стыдно. Он ведь осматривал ребенка – и что, не заметил?

– Точно перелом?

– Точно скажу, когда ты мне рентген достанешь. Но похоже.

Джон в детстве сам ломал ногу и теперь вспомнил, какая адская это была боль. Он тогда тоже пытался сдерживать слезы, но выходило не очень. А уж чтоб на эту ногу ступить…

Даже сейчас от воспоминания он поморщился.

Мальчик сказал, будто оправдываясь:

– Я не ожидал, что машину занесет. Не успел сгруппироваться как следует.

– Видали супермена. Сейчас я тебе обезболивающее вколю.

– Не надо, – быстро сказал ребенок. – Мне нельзя. Правда.

Врач неверяще покачал головой:

– Да ты такой же, как вся эта братия. Ногу ломать – пожалуйста, а как задницу уколоть… Ладно, держи таблетки.

Мальчик послушно выпил лекарство и сидел на кушетке – маленький, нахохленный и отстраненный, – пока доктор накладывал ему шину. Джон обернулся в поисках Ошера или Рейна, кого-нибудь, у кого были дети; но в обозримом пространстве у медпункта никого не увидел, а выходить и оставлять мальчика одного не хотелось.

– Где ты такого взял, командир? – сквозь сигарету пробормотал Док.

Джон облизнул губы.

– Уж ты-то должен знать, откуда дети берутся.

Док замер. Посмотрел на Джона, перевел взгляд на ребенка, потом снова на Джона. Сказал меланхолично:

– Да мать же твою через забор. Ох, черт, малец, прости. Дядя больше не будет выражаться. Ну ладно, хорош, давай остальное посмотрим…

С остальным у мальчика все оказалось в порядке, если не считать ободранного локтя.

– Кстати, – сказал Джон. – Ты случайно не можешь сделать анализ ДНК?

Нелегальный анализ, по законам Гибеи, – но что у них тут легально?

– А как же, – ответил Док. – И пересадку мозга. Кое-кому здесь очень надо.

Джон покачал головой и оставил пацаненка под присмотром