Шторм и ярость - Дженнифер Ли Арментроут

тумбочке, взяла фотографию мамы и ее книгу в мягкой обложке. Аккуратно убрала их в сумку, положив между свитерами, которые не поместились в чемодан, – чтобы они были в безопасности. Я осматривала свою комнату в поисках чего-то еще, что могло понадобиться, когда раздался стук в открытую дверь. Я повернулась, напоровшись взглядом на Зейна.

Меня захлестнула смешанная волна эмоций. Я все еще была с ним осторожна, но также испытывала предвкушение чего-то более острого.

– Можно войти?

Я кивнула.

– Почти все собрала. Просто хотела убедиться, что ничего не забыла.

– Все в порядке. У нас есть время, – Зейн опустился на край кровати, его бледно-голубые глаза были прикованы ко мне. – Я плохо спал прошлой ночью. Уверен, ты тоже.

– Я поспала, может быть, час, – мои пальцы задержались на ремешке сумки.

Он действительно выглядел усталым: под глазами залегли слабые тени.

– Николай, Дез и я были наверху, обсуждали, как мы собираемся все провернуть, не сообщая остальным членам клана.

Я села рядом и поставила сумку на пол.

– И каков план?

– Держать то, кем ты являешься, в секрете будет слишком сложно, – ответил Зейн, проводя рукой по своим распущенным волосам. – Будет непросто объяснить твое присутствие в городе, но поскольку я… уже несколько месяцев не живу с кланом, мы решили, что будет лучше, если ты останешься со мной.

– Что? – я ахнула не из-за того, что останусь наедине с Зейном, хоть это и было обалдеть как неожиданно, а больше из-за того, что он жил один. – Ты не живешь в комплексе?

– Нет.

– Почему? Это так опасно – быть одному. Демоны могут почувствовать, кто ты, – сказала я, надевая свою шляпу Капитана Очевидность.

– Моя квартира в хорошем районе, и до сих пор там было относительно спокойно, – он улыбнулся. – Думаю, такой план отсрочит объяснение твоего появления.

– Но как мы собираемся это отсрочить? Если мы ищем Мишу и того, о ком вы, ребята, беспокоитесь, весь клан будет вовлечен, разве нет?

Он наклонился ко мне всем телом.

– Весь клан не может быть вовлечен в поиски Миши. Только не в случае, если нужно скрыть, кто ты такая. Дез поможет, но в основном это будем мы с тобой. Это лучший вариант.

Я обдумала это. У меня действительно не было выбора: предложение Зейна имело смысл.

– Ладно. Это сработает. – Когда Зейн не ответил, я взглянула на него. Он пристально смотрел на меня. – Что?

– Теперь я понимаю, почему от тебя пахло мороженым.

Я покраснела.

– Это было ненамеренно.

На его лице появилась быстрая улыбка, а затем исчезла.

– Ты должна знать, что у Рая есть запах, так ведь? Что для всех он разный, но это всегда то, что нам нравится или заставляет чувствовать себя хорошо. Больше всего я люблю мороженое.

– Серьезно?

– У тебя такой удивленный голос.

– Наверное, да. Не знаю. Думала, твое любимое блюдо – стейк с картошкой.

– Это было бы моим вторым любимым блюдом, – ответил он. – Но теперь я понимаю, почему почувствовал этот запах на тебе, когда ты была ранена.

– Это была моя кровь, – закончила я за него. – Я этого не знала. То есть знала лишь то, что демоны могут учуять ее запах.

– Но ты не знала, что у света есть запах?

Я покачала головой, думая, что никогда ничего не чувствовала за все время, когда видела свет.

– Откуда ты это знаешь?

– Всякий раз, когда Альфы приходят к нам, сначала всегда появляется густой золотистый свет. Я даже не уверен, что это свет, потому что он напоминает мне жидкость. Всякий раз, когда я был рядом с ними, я чувствовал этот запах, – он покачал головой. – Теперь так многое имеет смысл, и я почти не могу поверить, что не понял всего с самого начала.

– Но как бы ты смог? Считается, что Истиннорожденные остались в прошлом, – я положила руки на бедра. – Не хочу, чтобы ты относился ко мне иначе теперь, когда ты знаешь правду.

Зейн тихо рассмеялся себе под нос.

– Не уверен, что смогу это сделать.

– Почему?

– Потому что я знаю, кто ты, Тринити.

– И что?

– И что? – он снова рассмеялся. – Ты была снисходительна ко мне в тот день в тренировочном зале?

Довольная этим вопросом, я даже не пыталась сдержать ухмылку. Я была слишком уставшей.

– На самом деле нет. Ты действительно хорош, но я просто…

– Лучше?

Я тихонько рассмеялась себе под нос.

– Не позволяй этому слишком сильно тебя расстраивать. Даже Миша… – Я втянула воздух и попыталась снова: – Даже он не может взять надо мной верх.

Его взгляд скользнул по моему лицу.

– Не знаю, каково это – быть связанным с кем-то, кто тебе небезразличен. Но я знаю, что такое расти с кем-то, а затем практически потерять его.

– Правда?

Зейн кивнул.

– Не по тем же причинам. Ничего подобного, но это тяжело – быть рядом с кем-то почти каждый день, а потом видеть, что он не хочет быть частью твоей жизни, и… понятия не иметь, на что похожа его жизнь сейчас.

Мне хотелось узнать больше, но Зейн поднялся с кровати.

– Готова? – тихо спросил он, протягивая руку.

Отвернувшись, я бросила еще один взгляд на свою спальню: кровать, звезды, прикрепленные к потолку, стол, которым я редко пользовалась, стул в углу. Внезапное чувство неуверенности охватило меня. Я сказала Джаде и Таю, что долго не задержусь, но, оглядывая свою комнату, не могла избавиться от ощущения, что это последний раз, когда я ее вижу, – потому что ухожу и не вернусь.

Встревоженная, я вложила свою руку в руку Зейна и почувствовала, как дрожь пробежала по моим пальцам, когда они сомкнулись вокруг его ладони.

– Готова.

Глава 20

Из-за недосыпа и позднего выезда (мне пришлось убедиться, что Арахис был с нами, а Тьерри и Мэттью вели себя словно родители, ребенок которых уезжает в колледж) я отключилась спустя тридцать минут после начала поездки. Сначала я пыталась бороться с тишиной внутри салона машины, ведь мы направлялись в место, где я никогда не была, и видеть хотелось все. Но битва была проиграна.

Тринити?

Я нахмурилась, когда звуки моего имени пробились сквозь слои сна. И даже проигнорировала это, потому что моя кровать была фантастически теплой и уютной. Я снова улеглась поудобнее, и моя кровать… слегка сдвинулась подо мной. Странно.

– Тринити? – голос раздался снова, и паутина сна начала рассеиваться. – Мы на месте.

Что-то коснулось моей щеки, поймало пряди волос, лежавшие там, и заправило их за ухо. Я ударила по нему, не попав