Из-за нас - Мери Ли

Звуки, что сопровождали действия Киллера, были отвратительными, я почти физически ощущала, как лезвие рассекало лицо мора. Даже мне стало больно, но тот не сдавался. Его лицо уже напоминало ленточные шторы, что же с ним будет через несколько минут?

– Нет, – сказал мор, и из его рта потекла кровь.

– Я – побочный сын Лорел из ветви Тобиаса. – Глаза мора расширились. Теперь он понял, кто стоит перед ним. А я и не думала, что Адам знаменит среди моров. – Ты должен знать, что я работаю на Бенджамина Аллена. И уж наверняка ты слышал о моих деяниях. Так вот, послушай меня, если ты сейчас не сядешь в чертову вертушку, я пойду к твоей семье и медленно убью всех. Они будут мучиться и страдать. И будут знать, что это ты повинен в их смерти.

Мор словно пришел в себя ото сна.

– Я понял. Ты – Адам, – сказал он. – Я знаю, кто ты такой.

– И?

– Полетели.

Адам кивнул.

– Только когда я скажу, – не сводя взгляда с мора, повторил Адам.

– Только когда ты скажешь, – согласился блондин, кивая как болванчик. Полосы, которые недавно были его щеками, тряслись, и меня снова затошнило.

Адам выгнул бровь, и мор тут же поправился:

– Только когда вы скажете.

– Так-то лучше. – Адам отпустил его, быстрым движение руки вынул лезвия и бросил их на ровную поверхность полигона. – И приведи себя в порядок, а то рубашку замараешь.

Мор еще раз кивнул и полез в вертолет. Именно в этот момент произошел взрыв. Слишком рано! Что-то пошло не так. Крики сотен моров донеслись до нас, как раскат грома. В небо взмыли птицы, а у меня сердце ушло в пятки.

– Забирайся! – крикнул мне Адам. – Я сейчас вернусь. – Он бросил взгляд на вертолет, туда, где находился пилот, и сказал: – Напомни ублюдку, что его семья пострадает, если он что-то сделает не так.

– Ты куда? – в панике спросила я.

Но Адам не ответил и уже через минуту скрылся за первыми деревьями. Я забралась внутрь вертолета, мор-пилот обернулся в мою сторону. Его лицо уже практически зажило, только на левой щеке осталась небольшая царапина. Вот это регенерация.

– Вас всех казнят, – сообщил он и снова отвернулся.

Мой взгляд зацепился за снимок, который он держал в руке. На нем была изображена женщина-мор и трое детей, кажется, одного возраста. Они выглядели счастливыми, по крайней мере на этом фото. Я собралась и сказала то, что должна была:

– Делай, как сказал Адам, и они не пострадают.

Тут в вертолет ввалился Бенджамин, он держался рукой за живот, его кровь стекала по пальцам на пол. Не помню как, но я оказалась рядом с ним и помогла пройти дальше. Следом появился Тони, он нес Серену – ее руки и ноги свисали словно кукольные. Белоснежное платье вымазано в крови, очки потерялись.

– Что произошло? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросила я.

Последним в вертолет забрался Адам, закрыл дверь и приказал пилоту:

– Взлетай!

Я услышала, как по металлу застучали пули. На автомате прикрыла голову руками и наклонилась еще ниже. По нам стреляли! В голове вспыхнула картинка из боевика, когда пуля попадает в бак, и вертолет взрывается. Но этого не произошло, и мы улетели. От адреналина, бежавшего по венам, дрожали руки. Я бросила взгляд на остров. Замок лежал в руинах, окруженный кольцом поваленных деревьев, что-то до сих пор полыхало, в воздухе висела завеса дыма и пыли. Я опустилась на пол рядом с Сереной, бросила взгляд на Тони, который сидел возле девушки и поддерживал ее голову.

– Что случилось? – прокричала я сквозь шум вертолета.

– Все шло по плану, – Тони тоже кричал. – Но она запаниковала и стала отказываться. Я отнял у нее телефон и нажал на кнопку раньше времени. Мы уже ушли на достаточное расстояние, но нас все равно зацепило взрывной волной. Потом сбежалась охрана, началась стрельба, они просто палили по всем. Попали в отца и Серену.

– Куда? – спросила я с замиранием сердца, осматривая девушку на наличие видимых ран.

– В ногу, – сказал Тони и, словно придя в себя, стал отрывать кусок ткани от подола платья девушки. Быстрым движением перевязал ногу в районе бедра и сказал: – Сразу, как только прилетим, отвезем ее в больницу.

Он говорил так, будто искренне переживал. Но я не поведусь на его спектакль. Возможно, он сейчас играл перед отцом или просто пытался втереться в доверие. К черту его.

– Это ты виноват. Нужно было действовать по плану, – сказала я, и Тони зло на меня зыркнул.

– Он спас ее, – вмешался Бенджамин. – Вернулся за девчонкой. Так что будь благодарна.

Тем временем Адам перестал отдавать указания пилоту и подсел к Бенджамину, который полулежал в центре вертолета.

– Дай посмотрю, – сказал Адам.

– Нет! – вскрикнул Бенджамин. – У тебя руки порезаны, если моя кровь попадет на рану, то ты можешь не дождаться помощи и умереть. Кто знает, когда мы попадем домой, – с хрипом говорил Бенджамин, а я тем временем смотрела на правую ладонь Адама. Из разреза на перчатке тонкой струйкой вытекала кровь.

– Как будто тебе не плевать, – бросил Адам.

Он явно злился, но я не понимала, на что именно.

Бенджамин не ответил. А вот я сказала то, о чем моментально пожалела:

– Я могу помочь. – Вот только чем? В медицине я полный ноль.

– Отлично, – тут же отозвался старший Аллен, и из его рта побежала струйка крови. – Пуля в животе, достань ее.

Я думала его перебинтовать надо или температуру измерить, но уж точно не в кишках ковыряться.

– Что? Чем? – спросила я.

– Руками, – сказал Бенджамин. Он видел, что я не могу решиться. – Поверь, это будет куда менее болезненно, чем свинец, который не дает мне регенерировать.

Мне понадобилось около минуты, и я практически насильно заставила себя действовать.

– Хорошо. – Я подползла к Бенджамину и расстегнула на нем рубашку. Отлично. Что дальше? Немного выше пупка я видела отверстие, которое после себя оставила пуля, и оно уже начинало затягиваться.

– Если ты не поспешишь, то придется разрезать меня, – проговорил Бенджамин, его веки опускались и поднимались все медленнее и медленнее.

У меня в голове стоял какой-то гул, я не могла сконцентрироваться. Рейчел! Давай же! Приди в себя! Девочка, ты сможешь!

– Мне нужно продезинфицировать руки. Наверное.

– Не нужно! – Бенджамин схватил мою руку, прижал к животу и, глядя мне в глаза, приказал: – Давай!

Это было мерзко, но я протолкнула два пальца в тело мора, он начал хрипеть. Тошнота подступила к горлу. Я почувствовала на плече