Фейрум - Дарья Райнер

нового фейрщика? – Он смерил Липу тяжелым взглядом и кивнул на столик за ее спиной. – Сядь.

Она послушно вернулась на место. От исхода переговоров зависела судьба Игнаса.

– Буэнос ночес, господа, – примерил деловой тон Джек, но остался сидеть в расслабленной позе, – или вернее сказать ваньшан хао?

– Мейлин говорила о тебе.

– О, не сомневаюсь, мисс Лю осталась довольна моим талантом. – Он осекся, услышав хруст костяшек. – Талантом предсказателя, конечно. Все ради прекрасной дамы. Берегите этот цветок лотоса, мистер Поджи.

– Все сказал?

За угловым столиком стало тесно: со стороны Джека сели два китайца, остальные остались у входа. Липа потеснилась к окну, чтобы избежать прикосновения: главарь Восьмерок по-хозяйски опустил локти на стол.

– Теперь потолкуем.

Шутка про двойного агента была не смешной. Андре с превеликой радостью вернулся бы во время, когда банды Фейртауна в нем не нуждались. Но, как это бывает, одна нить тянет за собой другую, и вот уже у твоих ног лежит спутанный клубок.

Мимо проносились улицы Слэк-Сити: нищета окраинных боро сменилась высотками бизнес-центров. Новый комплекс «Хай Джен» находился на пересечении Сорок восьмой улицы и Пятой авеню. Головное здание корпорации словно кричало: мы на виду и занимаемся легальными разработками, нам нечего скрывать от граждан Федерации Восточных Штатов. Черта с два!

Андре бросил взгляд на алые цифры, горящие на дисплее часов. В запасе оставалось девять минут.

Его разговор с Эйдой Голден вышел коротким и довольно скомканным. Рыжеволосая фурия держала лицо, но при Лагарде была вынуждена ответить на срочный звонок: предупреждение об атаке Восьмерок на склад в доках. Затем еще одно: взрыв на частной территории особняка.

– Мсье Лагард, – произнесла Эйда, постукивая по столешнице острыми ногтями, – мы можем перейти к главному?

– Разумеется, мадам. Партнерство подразумевает умение искать компромисс даже в сложных ситуациях. Таких, какая вышла с Джимом.

– Девятым? – Она вздернула бровь. – Он был беглым преступником, разыскиваемым корпорацией, и я поступила сообразно ситуации – передала его в руки закона.

– Сирены не полиция.

– Он убил члена Семьи. Между прочим, при вашем содействии, мсье Лагард. – Напряжение между ними росло. – Вы должны быть благодарны за то, что получили право находиться здесь.

– Потому что я тоже беглый преступник?

– Потому что вы полезны, – отрезала она. – Итак, перейдем к сути. Дела клана требуют моего участия.

– К слову, об этом. До меня дошел слух, что Восьмерки не ищут перемирия. На сей раз Поджи не ограничится парой взрывов в порту. Он намерен стать единоличным королем Фейртауна.

В смехе Эйды послышалась фальшь.

– Что ж, пускай попробует. Та разработка, о которой вы говорили… Я жду, мсье Лагард.

– Фейрум 2V. – Андре протянул ампулу с лиловой жидкостью. – Срок действия дольше, откаты слабее. Провоцирует преимущественно физические свойства. Думаю, члены Семьи останутся довольны.

– Позвольте мне решать. Он протестирован?

– Так точно, мадам. Но вы же понимаете, реакция всегда индивидуальна.

Эйда поморщилась.

– Цена. Назовите, во сколько мне обойдется партия.

– Мне необходимо сырье высокого качества. Если ваши связи с «Хай Джен» столь крепки…

Она колебалась недолго. Андре увидел за окном далекую алую вспышку – эпицентр нового взрыва. Тут бы самое время проснуться совести, но Лагард успокаивал себя мыслью, что Восьмерки громят склады Пурпурных. Мирное население Фейртауна не их цель.

– Тони и Дон вас отвезут. – Эйда Голден стремительно и вместе с тем изящно поднялась из-за стола. – Будьте осторожны, мсье Лагард, не наделайте ошибок. По прибытии на место вас встретит человек по имени Рубен. Возьмите что необходимо. Ровно столько, сколько нужно, – произнесла она с нажимом, – и возвращайтесь. Не хочу, чтобы вы попали в беду. Думаю, не стоит объяснять, что в столь неспокойное время лучше придерживаться одной стороны.

– Разумеется, мадам. – Он кивнул.

Она взглянула на него с удивлением, словно ждала чего-то еще. Не дождавшись, первой покинула комнату переговоров. Только под дулом пистолета он стал бы желать удачи той, по чьей вине они потеряли Найнса, – из практических соображений.

…Фургон затормозил. Сложная система подъездных дорог привела Пурпурных в подземный гараж комплекса. Осталось две минуты. Андре ударил ногтем по шприцу. Первым к нему обернулся Дон, опустив заградительную сетку между водительским и пассажирским сидениями.

– Карета прибыла, фейрщик!

Тонкая игла вошла в смуглую шею над воротником. Округлившиеся в первый миг глаза закатились. Пурпурный обмяк. Тони чертыхнулся, потянувшись к кобуре, но не успел. Старые добрые барбитураты не подвели: необходимая доза – и нервная система парализована на час-другой.

Андре надеялся, что этого хватит.

Парадокс времени заключался в том, что люди искусственно создали для него рамки. Меры. Ограничители. Часы существовали исключительно для удобства, чтобы не повергнуть мир в хаос. Чтобы синхронизировать все и всех – заставить жить по единой модели. Уместно ли говорить при этом о свободе? Вряд ли. Как считал Лагард, свобода – истинная, а не относительная – невозможна в принципе. Это лишь метафизический абстракт. К тому же он врач, а не философ.

Что ему действительно интересно, так это механизм временного стержня. Оказавшись в Шатком Доме, где не действовали законы времени, Андре понял, что границ не существует. Если земные законы отрицаются по щелчку пальцев, разве можно быть уверенным в завтрашнем дне? В прежних убеждениях? Хоть в чем-то? Где находилась точка невозврата между наукой и чудом? И была ли разница?

Часть ответов он получил от Морага. Ирландец был занятным собеседником: современный алхимик, теософ, бета-фейрумный. Его идеи граничили с безумием – так поначалу казалось. Андре был готов довериться теории множественных миров, но сказки про мстительные божества – это уже слишком.

Он собирался остаться в родном мире до конца. Увидеть, что будет после, каким бы разочаровывающим ни был последний кадр. Пока не идут титры, всегда есть надежда, так?

Теперь Лагард ни в чем не был уверен. Хотелось ли ему жить? Разумеется, да. Пуля в лоб от Семьи или Восьмерок – не то, на что он рассчитывал. Но она неизбежна после сегодняшнего вечера, даже если удача повернется к ним лицом и они покинут здание «Хай Джен». Войти – половина дела. Отыскать Найнса и выйти – вот здесь начнутся проблемы.

Он взглянул на часы. Пятьдесят восемь секунд. Ровно в одиннадцать часов его встретит человек Эйды, Рубен, и лучше бы Филиппине со своим дружком-янки поторопиться.

Андре распахнул дверь и вышел из электрокара, держа под мышкой мини-кейс, заполненный ампулами. За поясом – заряженный пистолет. Он оглянулся у дверей: тонированные стекла скрывали Дона и Тони. Пусть отдыхают.

Цифры на дисплее сменяли друг друга. В небе черными тенями мелькали дроны. Первый беспилотник пронесся мимо. Лагард проследил за ним взглядом: алые точки на горизонте росли. В порту Слэк-Сити пылали пожары.

Липа стояла под козырьком и глядела на лужи. В ночь, когда все началось, тоже шел дождь. На острове пахло свежестью и сиренью, а здесь – густым обволакивающим дымом.