Я из команды №12 - Александра Завалина

глаз задумчиво сверкнул. Потом он обратился к пиратам. – Ну, чего гляделки вылупили?! Будто никогда такого не видали! Эй, малявка!

Я вздрогнула от такого неожиданного перехода и вскинула на него глаза. Фенхель ткнул пальцем в сундук:

– Ну, есть желание взять себе камешек?

Я помотала головой. Как-то не хотелось оказаться под влиянием сокровищ – и еще больше не хотелось, чтобы Лиза и мне влепила пощечину или – что хуже – Фенхель выстрелил в ногу.

– Как хочешь, – Фенхель вновь повысил голос. – Ну все, ребятки! Мою долю оставьте, остальное – вам!

От тяжелых башмаков пиратов палуба заходила ходуном – все кинулись к сундуку. Рик виновато застыл столбом посреди всего этого хаоса, Лиза что-то успокаивающе ему говорила. Оливер пропустил мимо себя мелкого пирата и подошел к нам с Фенхелем.

– Кажется, ты хотел ответить на наши вопросы.

– Не на ваши, Олли, – криво улыбнулся Фенхель и ткнул в меня пальцем. – На ее вопросы.

– Все в порядке, у нас нет друг от друга секретов, – сказала я. У меня так уж точно никаких секретов не осталось.

– Нет, малявка, только ты и я. Таков был договор.

Оливер долгим взглядом посмотрел на меня, потом – на Фенхеля и отошел к Рику и Лизе. Фенхель провел меня в свою каюту и закрыл дверь. Я огляделась. Все стены были увешаны сетями и оружием разного калибра: от пистолетов до винтовок. Среди прочего висели даже лук и стрелы – древнее оружие против нагов. Посреди каюты располагался стол – тот самый, который выносили, чтобы расстелить карту и потыкать в него кинжалами. Фенхель уселся, положил локти на стол, переплел пальцы. Сказал:

– Ну, слушаю тебя, малявка. Что ты хочешь знать?

Я огляделась в поисках стула для меня, но ничего подобного не нашла. Поэтому неуклюже застыла посреди каюты.

– Ну… первым делом, почему я тебе понадобилась? Почему именно я?

Фенхель потер щетину на подбородке, качнулся на своем стуле. И вдруг спросил:

– Известно ли тебе, малявка, кто такой Змеиный Бог?

Я растерялась, пробормотала:

– Ну да, в школе проходили по мифологии… – и осеклась, осознав, как по-детски это прозвучало. Но Фенхелю было все равно – едва ли ему вообще был нужен мой ответ.

– Бог войны и смерти. Он покровительствует людям, умершим насильственной смертью или тем, кто страдает физически. – Фенхель поднял на меня глаза. – Знаешь ли ты, что есть люди, которые взаправду верят в его существование? И бывшие храмы находят, и молятся ему каждый день…

– Да, полагаю, есть такие люди. Но если честно, не понимаю, что ты хочешь мне сказать, – осмелилась отозваться я.

– Идиотка, я пытаюсь сказать тебе, откуда я узнал о таких, как ты, – фыркнул Фенхель. – У змеистов. В основном, это уродливые калеки, которые везде, где только можно, бьют татухи с изображением змей. Я видел много таких калек во время своих странствий, и от всех них жутко воняло, ты не поверишь! Чертовы попрошайки! За небольшую жемчужину со дна моря они готовы друг другу глотки перегрызть, но и также готовы делиться инфой. Так вот, эти красавцы сказали мне о людях: мол, они выглядят так же, как ты, но внутри у них течет змеиная кровь. Эта кровь позволяет им дышать под водой и защищает от нагов. И то, и другое я увидел на твоем примере.

Я машинально кивнула. Я слышала о змеистах, но никогда не сталкивалась с ними вживую, и уж тем более не знала, что они в курсе о нагоподобных (или как это называется?).

– Откуда я узнал о тебе? Ну, тут просто повезло, никаких пафосных откровений. Приплыл на этот остров, пошел себе гулять по берегу, и тут подваливает ко мне какой-то хлыщ, требует, чтобы я убирался. – Он ненадолго отвлекся от своего рассказа и добавил. – Этот хлыщ – Генри, если ты тупишь, малявка. Я, понятное дело, послал его куда подальше… то есть, гм, поговорил. Он понял, что я пират, и завел разговор по-другому. Я спросил, не знает ли он, есть ли на этом острове люди, у которых течет кровь нагов. Он остолбенел – видно, знал. А я не садист, надо человеку время дать, тем более, парень вроде не промах. Сказал, где меня нужно найти, и свалил.

– И Генри пришел? – спросила я.

– Да, пришел, как миленький. Сказал, знает одну девчонку. Но взамен просит кое-что сделать. Ну, я и сделал. А он выдал мне твое имя. Еще забавнее оказалось, что ты в команде бывшего моего сотрудника Олли. Двух зайцев, как говорится… забавно получилось, разрази меня гром.

– И ты решил проверить, не врет ли тебе Генри, верно? – произнесла я. Будь я чуть менее уставшей, чем после погружения на стометровую глубину, я бы ощутила внутри холодную ярость.

– Конечно, малявка. Кому можно верить в наше время?

– А если бы я не выплыла? – спросила я устало. – Если бы утонула?

– Перестань, – поморщился Фенхель. – Твой воздыхатель Генри головой клялся, что ты, как он говорил, нагоподобная. Но не парься: мои ребята не позволили бы тебе утонуть. А если бы позволили, я бы их самих утопил.

Вот как. Значит, Генри знает о нагоподобных. Ну да, конечно, доктор Син же к нему домой приходит, дает какие-то задания, да и сам Генри, я видела, тоже ходит в Общество Изучения Нагов. Вот только откуда он узнал, что я – нагоподобная?

– А он был… уверен? Генри, я имею в виду? – спросила я.

– На все сто процентов. Я его еле уговорил, чтобы тебя похитить и проверить.

Я покачала головой. Мне казалось, я должна задавать и задавать вопросы без конца, но я слишком сильно устала. Поэтому я спросила другое:

– Слушай, а ты знаешь, что Генри делает в своем доме?

Густые брови Фенхеля взлетели вверх, и он спросил:

– Ты чокнулась, малявка? С чего бы мне знать об этом?

Я кивнула: и правда. Вряд ли Генри рассказал бы о своих планах первому встречному – особенно, пирату.

– Все? Вопросы закончились?

– Нет, подожди, – я потерла лоб. В голове все еще ощущалась тяжесть, мне казалось, я не узнала ответ на что-то важное. – На счет Ласа. Ты подставил его, и его ждет увольнение. Он не сможет больше быть лидером, а он прекрасный лидер.

– Прекрати, малявка, – голос Фенхеля тоже звучал устало. Ну да, хоть он здоровый и сильный, после морской прогулки каждый захочет отдохнуть. – Я не буду признаваться в этом. Если твой дружок попался на развод, это его проблемы.

– Он – хороший и честный человек, – гнула я свою