Дочь врага - Мелисса Поутт
Я нахожу руководство к аппарату, который делает из лекарств взвесь для ингаляции, и читаю каждое слово. Вспоминаю о двадцатидвухлетнем Романе в Ханук и о том, как ему опасно сидеть над кипящей кастрюлей с корнем каллендона и вдыхать пар. Но если бы его обожженные легкие могли вдыхать холодную травяную взвесь, это изменило бы его жизнь.
Должен быть способ принести эти плоды прогресса в кланы.
В итоге я начинаю тревожиться, что меня поймают тут. Я бы не хотела давать повод обвинить меня в краже или порче оборудования.
Бредя по коридору, я заглядываю в открытые двери в поисках Энолы, но дохожу до конца, а ее нигде нет. Мне вообще не попадается больничный персонал. Где все? Может, проверить внизу?
Но потом из комнаты, которую я еще не проверяла, появляется Фелисити и заступает мне дорогу, уставившись в пол.
– Э-э… тебя ждут в солнечной комнате.
– Ладно. – Видимо, там Энола. – А где это? – Я пытаюсь говорить дружелюбно, несмотря на ее очевидное отвращение ко мне. О небеса, я никогда так не скучала по Фрейе.
Фелисити отворачивается, прежде чем ответить:
– Первая дверь налево от тебя после лестницы.
Это комната, из которой она только что вышла.
Я подхожу к закрытой двери и стучу по полому дубу.
– Ау?
Повернув дверную ручку, я захожу внутрь. Яркий солнечный свет льется из большого окна, занимающего почти всю стену. Рядом с ним стоит Аннетт.
У меня падает сердце.
Внезапно что-то острое тычется мне в плечо, и руку простреливает болью. Я отшатываюсь.
Каро раздраженно ухмыляется, показывая Аннетт наполовину пустой шприц.
– Она слишком быстро дернулась. Но этого должно хватить.
– Что вы делаете? – настойчиво спрашиваю я, накрывая рукой пульсирующую отметину от укола. Меня охватывают возмущение и страх. – Что… что ты мне ввела?
Каро злобно смотрит на меня и с размаху захлопывает дверь.
Мой взгляд мечется по комнате, и, к моему ужасу, я замечаю в углу Энолу, лежащую лицом вниз. Я кидаюсь к ней, но Аннетт и другая медсестра, которую я видела только мельком, загораживают мне путь.
– Похоже, ты потеряла рассудок. – Лицо у Аннетт каменное, но напряженный, высокий тембр ее голоса выдает нервозность. – Ты жестокая психопатка, напавшая на единственного человека, который был к тебе добр. Как печально.
– Что? – У меня сжимается сердце, когда я замечаю лужицу крови, натекшую из головы Энолы на пол. – Нет… – шепчу я.
– Да, – говорит Аннетт. – Тебе нельзя доверять. Мы всем об этом говорили. Если бы они только слушали…
У основания моего черепа начинается легкое, воздушное жужжание. Что бы мне ни вкололи, оно действует. Я делаю неторопливый вдох в попытке успокоить колотящееся сердце.
Я должна помочь Эноле.
Мы должны выбраться отсюда.
– Ты думала, никто не видел нападение, – продолжает Аннетт, – но мы все свидетели. Ты действовала злобно. Расчетливо.
Меня загнали в угол. Даже зная, что это бесполезно, я тянусь к связи с Тристаном, но ничего не чувствую. Мы слишком далеко. Я замечаю второй пустой шприц, лежащий на столе. Энолу так сильно ударили, что она потеряла сознание? Или ей что-то вкололи после удара, чтобы она не вставала?
– Вы проверяли, она дышит?
Аннетт не обращает на меня внимания, но грудь Энолы слегка вздымается, и моя паника немного стихает.
Каро двигается, и у меня кружится голова, когда я пытаюсь следить за ней. Почти приятное ощущение. Может, меня накачали успокоительным? Маковым экстрактом, который можно колоть?
– Чего вы от меня хотите? Чтобы я ушла?
Три женщины напряженно переглядываются: я права.
– Ладно. Я уйду.
Скажу что угодно, чтобы Эноле помогли, а я выбралась из этой комнаты – желательно туда, где смогу поговорить с Тристаном. Он поможет мне все решить.
Напряжение Каро спадает. Я играю им на руку. Что именно они планируют?
– Уйду, как только вы доставите Энолу к Хэншо, – исправляюсь я.
Аннетт качает головой и достает нож из большого нижнего кармана юбки.
– Все будет совсем не так. Ты уйдешь сейчас. Я провожу тебя, и, как только ты выйдешь за приграничную ограду, мы поможем Эноле. Будешь сопротивляться или тянуть время, она умрет.
Аннетт поднимает нож к моей шее.
– История о том, как ты напала на нашу любимую представительницу семьи основателей, уже пошла в народ. И если Энола выживет, то не сможет ее опровергнуть. Она не знает, кто ее ударил.
– Иди, – гавкает на меня Каро. – Хватит уже всех убеждать, что кланы надо пощадить. И даже не думай возвращаться! Не будет солдата-пограничника, который не застрелит тебя на месте.
Так вот в чем дело – по крайней мере, для Каро. И пусть моя голова становится все более ватной, мне ясно, что время истекает. Не только для Энолы, но и для меня.
Я не потеряю сознание, окруженная этими чудовищами.
– Тогда пошли.
Поворачиваюсь на каблуках, и комната поворачивается вместе со мной. Я поспешно хватаюсь рукой за стену. Вдыхая через нос, бормочу молитву за Энолу. Пожалуйста, уцелей.
Я не вижу ни единого человека, пока Аннетт ведет меня вниз по ступенькам и мы выходим из дома. Новые семена осознания предательства пускают корни. Сколько людей участвовало в этом заговоре?
Мы доходим до лошадей. Солнце слишком приятное и дружелюбное для этого кошмара в адском пламени.
Аннетт тяжело ступает впереди меня.
– Я тебя предупреждала, что нечто подобное случится, если ты решишь остаться. Садись на лошадь.
Я медленно взбираюсь на чистокровного коня Тристана и жду, когда Аннетт отвяжет поводья от коновязи. Возможно, лекарство, текущее по венам, делает меня смелой – глупой, – но разве я не должна попытаться сбежать? Она поскачет за мной, разумеется. Но мне надо лишь добраться до Тристана. Тристан приведет к Эноле помощь быстрее всех этих женщин.
Один взгляд, и он все поймет. Он защитит меня.
Аннетт застывает, ее глаза холодеют от подозрений. Но потом она спешно обвязывает мои поводья вокруг луки своего седла.
– Обещаю, если ты этого не сделаешь, я вернусь и сама убью Энолу.
– «Любимую представительницу семьи основателей»? Не посмеешь.
Ее взгляд становится диким.
– Посмею. Ради Кингсленда и моих близких, которым ты промываешь мозги, я пойду и на худшее.
Я изучаю ее гордо вздернутый подбородок, вижу гнев, горящий в глазах. Нет. Я ей не верю. Если она готова убить, то почему не убила меня?
Потому что это черта,
