Zадача будет выполнена! Только вперед - Николай Петрович Марчук

дать возможность занять населенный пункт БТГ под командованием подполковника Рыжикова.

БТГ – это батальонная тактическая группа, которая обычно состоит из полноценного батальона, усиленного танками, подразделениями ПВО, артиллерии, инженерии и тылового обеспечения. То есть 10-й ОДШБ не просто возродили, а увеличили его и накачали мышцами. А Рыжику, значит, присвоили внеочередное звание. Ох и быстро же он растет! В его годы стать подполковником – это не просто взлет, это какой-то гиперпрыжок.

Но я Рыжику не завидую, ему ведь все эти звезды на погонах не просто так даются. По сути, наш ОДШБ – это команда смертников. Нас каждый раз бросали на самые опасные участки фронта, чтобы выполнить невыполнимую задачу: пробить оборону противника, совершить многокилометровый рейд по тылам врага с захватом и удержанием важных переправ или, наоборот, упереться пятками в землю и сдерживать, сдерживать укропов, отбивая накат за накатом без права отойти в тыл. После выполнения таких задач батальон таял, по численному составу оставшихся в строю бойцов приближаясь к неполной роте.

Мы умирали, но задачу выполняли… Всегда выполняли!

Командиру в таких случаях сложнее всего. На нем вся ответственность. Это он отдает приказы «Стоять до конца!» или «Вперед, на штурм!». Это он подписывает похоронки и звонит родным погибших, сообщая, что их отец или сын погиб в бою, защищая Родину. Это всё Рыжик, наш комбат. Так что его погоны и звезды на них тяжелее в тысячу раз моих сержантских лычек.

Но меня удивила не новость о том, что 10-й ОДШБ превратился в 10-ю БТГ, которой поручено взять Вишневку. Нет, чего-то в этом духе я и ожидал. Меня поразили дальнейшие инструкции в том сообщении. После взятия Вишневки, если позволит обстановка, надо не просто сковать силы противника в селе, а выдвинуться к населенному пункту Степное, захватить позиции на важном транспортном узле и по трассе М-18 совершить марш в сторону города Запорожье, где захватить аэропорт, обеспечив высадку воздушного десанта!

Марш-бросок длиной в сорок километров?! Для боевых машин, которые идут без всяких остановок на средней скорости, это полтора часа езды. В мирное время и того меньше. Но во время войны, чтобы пройти сорок километров, надо угробить месяцы, а то и годы, отдавая за каждый пройденный километр сотни, если не тысячи жизней своих солдат.

Новость о том, что на самом деле вся эта кутерьма затевалась не из-за Вишневки, а с прицелом на Запорожье, меня, мягко выражаясь, и привела в шок. О таком я никак не мог подумать. Вот совсем не мог подумать, хоть убейте. Я же не писатель-фантаст, который сидит за компьютером и пишет дешевенькие военные боевички, где главные герои бьют врагов направо и налево, используя один автоматный магазин на протяжении всего повествования.

– Валерчик, а как мы силами одного батальона пройдем сорок километров? – тихо спросил Бамут, отойдя от первого шока. – Это же нереально. Ну ладно еще Вишневка, ее мы точно возьмем. Удержим или нет потом, неизвестно, но возьмем точно. Если не будут тупить и подтянут все силы, выравнивая фронт и на остальных участках, чтобы не было выступа в виде кишки, то Вишневку удержим. Но как можно пройти сорок километров?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Может, пойдем под украинскими флагами?

– Думаешь? – недоверчиво скривился Семен.

Тут я с Бамутом был согласен. Совершить марш-бросок на сорок километров по вражеским тылам нереально. В нынешних условиях ведения войны, когда каждый твой шаг находится под прицелами сотен коптеров-разведчиков, десятков спутников-шпионов, да и просто встреченных по пути тысяч людей, у каждого из которых есть мобильный телефон, способный мгновенно передать кому надо информацию о прохождении вражеских сил, это нереально. Хотя…

– Ладно, скажу, – решился я и прошептал: – Только тихо и никому ни слова. Есть еще один момент, о котором ты не знаешь, да и никто не знает, кроме меня и еще десятка людей. В общем, в Токмаке есть бомбоубежище еще времен СССР, и наши, пока были в городе, в режиме строгой секретности обустроили в нем закладку взрывчатки. Потом это убежище захватили укропы. Думаю, город сдали специально, чтобы это убежище попало в руки противника. Оно заминировано, причем основательно, там взрывчатки несколько десятков тонн, и если рванет, то всем, кто будет внутри, гарантированно кранты. Наши ждут, когда туда прибудет кто-то из шишек ВСУ – Залужный, Сырский или Буданов с Зеленским. А может, они должны оказаться там все вместе. Когда этот бункер рванет, то поднимется такой вой, что не только до Запорожья, а и до Киева можно будет дойти под шумок. Понимаешь?

– Ничего себе! – удивленно округлил глаза Бамут. – А ты не гонишь?

– Нет. Но точно, сам понимаешь, ничего не знаю, просто размышляю. Если сложить все факторы вместе, то пазл складывается. Сам подумай: если вдруг неожиданно гробанется Зеленский, который до этого считался неприкасаемым, что будет? Сколько раз презик Украины был в зоне досягаемости нашей артиллерии? Десятки, но был негласный запрет на стрельбу в него. Правильно? А если сейчас этот запрет будет нарушен? Если Зеленский взлетит на воздух вместе с десятком своих людей из ближнего окружения, что тогда произойдет? А тогда вся эта шушера в Киеве вдруг поймет, что каждого из них могут убить, и они рванут с Украины наперегонки, обгоняя друг друга. Начнется хаос, потому что возникнет вакуум власти, грызня за хлебные должности. Почему Крым в две тысячи четырнадцатом году так легко отошел к России? Потому что в Киеве сменилась власть, пришло разом много новых людей, которым было интереснее делить портфели и хлебные должности, чем воевать за Крым. Под такой дымовой завесой мы вполне сможем дойти до Запорожья.

– Согласен. Тогда что, получается, точим ножи?

– Да, братан, точим ножи! Зови всех командиров групп ко мне, будем думать, как брать Вишневку. Про заминированный бункер молчок, это секрет. Понял?

– Да.

– Остальным скажем, что фронт будет двигаться целиком и наша задача – взять Вишневку и по возможности оседлать трассу М-18 с прокладкой дороги десятой БТГ на Запорожье.

Точить ножи означало готовиться к бою, и не просто к бою, а к штурму вражеских позиций, когда надо «харкнуть кровью» и сделать невозможное.

Глава 15

Ночная темнота окончательно отступила, вместо нее пришла предрассветная хмарь. Начало пятого утра. Совсем скоро рассвет. А это значит, что по Вишневке нанесут удар, моя группа и группа Бамута войдут в село, чтобы завязать бой, сковать силы противника и дать возможность 10-й ОДШБТГ без потерь продвинуться вперед, прорвать линию обороны и выйти