Безымяныш - Андрей Олегович Рымин

Тут он прав. Лес здесь — совсем не тот бор, что остался у стен. Буреломы, кусты, разнодревье. Над головой кроны смыкаются в сплошную зелёную крышу. Настоящая чаща. Прямой видимости от силы на тридцать шагов. Мрачное, неприятное место.

Но у таких потаённых мест есть и хорошая сторона. Не прошли мы и двух сотен шагов, как справа, с самого края загонного невода, прилетел радостный крик Кузьмы.

— Нашёл! Нашёл! — орал Чудик, позабыв, что мы на охоте и должны себя вести малость тише. — Я первый! Вон она! Вон!

Командир, а за ним и все мы, припустили к трактирщику. Окружённый соседями по цепи Кузя радостно приплясывал на месте, победно потрясая копьём. В десяти шагах от него большим жёлтым глазом из-за толстого ствола дерева выглядывала нора в Бездну.

— Муха-сруха! Чудик нору нашёл, — завистливо прицокнул языком Сёпа.

Вот везунчик! Не красная, конечно, нора, но и за жёлтую две изумрудные марки дают. Проставляться Кузьме.

— И толку сейчас с той норы? — скривился Глист. — До лоскута двое суток пути. Если бегом бежать, глотая бобы, всё равно день уйдёт. Не успеть потом лордам сюда и обратно. Забудь про награду.

И ведь не поспоришь — всё правильно говорит. Слишком поздно нора отыскалась. Слова Глиста и Матвей подтвердил. Рано Кузя обрадовался.

— Если лордам уже не успеть, может, кто-то из нас закрыть сможет?

Лим наивный. Была бы лазейка в запрете, Матвей бы о том рассказал.

— Нельзя, — покачал головой командир. — Только белые наши. Забыли? Как докажешь потом, что нора отыскалась, когда не успеть к ней?

— Непрактично, — скривился Сепан. — Лорды собственную выгоду не видят. С одарённого безымянного больше проку, чем с бездаря.

— А с живого больше, чем с мёртвого, — подал голос один из сопровождающих нас глядунов. — Сколько из вас в Бездне сгинет, прежде чем кто-то пройдёт испытание? Лорды знают, что делают. Говорят, в старину, когда Вечный правитель Хо ещё не ввёл закон, запрещающий в норы кому не попадя лезть, народ целыми отрядами пропадал. Ладно вы, предзы, с долями за три сотни, а что нашим архейцам ловить в той норе при их троеросте? Не неси чушь, Метла.

— Нет, так нет, — отмахнулся Сепан. — Я-то в Бездну так и так не полез бы. Мне одного раза хватило. И дара одного пока тоже хватает. Просто обидно, что совсем без добычи.

Обидно — то да. Одно радует — другие отряды тоже не все с добычей вернутся. Что Вступившие Ефима, что Шальные Фибрата из Указательного пальца почти наверняка точно так же попали в пустые окрестности логова поверженного хозяина леса. Одни идут справа от нас, другие слева. Разойтись-то мы в стороны за эти дни разошлись, но не так, чтобы сильно. Пара вёрст до соседей всего.

Интересно, идут ещё дальше, или назад повернули, тишины испугавшись? Они-то, в отличие от нас, труп медведя-великана не видели. Наверняка, думают, что во владения хозяина леса попали. Живого, не мёртвого. Впрочем, тем командирам лорд Мехмед не велел осторожничать. Взять такую добычу отряду по силам. Небось, страха с азартом в штанах под завязку. Готовятся к бою. Ну-ну.

Мы же топаем вперёд без особой надежды. Лица у соседей по цепи, кого могу взглядом достать, хмурые. Наградных не видать нам. Зря лишь время потратили. Ближе к полису хоть был шанс нору в Бездну найти, за какую заплатят, да и зверь там какой-никакой попадался. Час, озвученный Матвеем, еле тянется. Тишина вокруг мёртвая. Даже ветер стих.

— Стой!

Ага. И мне показалось, что кто-то кричит вдалеке.

— Слышите?

Вот теперь нет сомнений. Орут. Что орут — не понять. Далеко. Зато, кто орёт сразу ясно. По левую руку от нас Указательный палец. Стало быть, у Шальных бой идёт.

— Это, что у них там? — прогремел в тишине вопрос Лима.

— Добыча у них, — пробурчал Молчун с завистью. — Хоть кому-то повезло.

— И добыча хорошая, — кивнул Чудик. — Загоняют, похоже. Вон, орут как.

— Слишком сильно орут.

Судя по мрачному взгляду, Матвей не разделял чувств обсуждавших ор предзов.

— Всё ко мне! Возвращаемся!

Да, расстроился командир. Небось, один трофейный зверь на весь лес, а и тот мимо нас. Что трофейный, то всякому ясно. Только старый и сильный зверь рискнул бы зайти во владения хозяина леса, найдя его труп. У других бы ума не хватило понять, что метки, страшный запах которых гонит их прочь, оставлены именно этой дохлятиной. Да и не орали бы безымянные так, будь там мелочь какая.

Кстати, ор прекратился. Видать, взяли зверя.

— Командир, может, нам пробежаться?

Вопрос, как и тон вопрошающего, мне совершенно не нравится. Задавший его предз по кличке Охотник в два прыжка поравнялся с Матвеем, возглавляющим отряд.

— А давай, — неожиданно легко согласился старшина. — Все за мной!

Выкрикнув приказ, Матвей рванул вперёд со всех ног. Вот же йок! Не охотники зверя убили, а зверь их! Или звери! Или дело в другом?

— Что случилось⁈ — дёрнул я на бегу Сёпу за руку.

— Что-что⁈ Ошибся Матвей! Жопа нам!

Разъяснил, куний хвост. Только ещё больше страха нагнал.

— Смертик!

Обернувшись, Матвей подзывает к себе. Нагоняю. Само собой Шапка рядом. Хотя, рывок вольному дался с трудом. Долей ловкости у меня явно побольше.

— Держись рядом! Готовься нестись во всю прыть! Если появится, бить не пытайся! Твой дар не поможет! Только бежать! Только выйти за грань! За границу!

Вот он какой — страх Матвея. Впервые вижу командира испуганным. Глаза здоровенные, голос дрожит, дышит часто, как будто запыхался.

— Кто появится⁈

Но ответ даёт Шапка.

— Царь! — произносит мой охранник то слово, что застряло во рту командира.

Ох, ёженьки…

— Быстрее! Быстрее! — торопит народ тоже понявший, в насколько глубокую задницу мы угодили, Медведушка.

Сам торопит и сам отстаёт. Ужас гонит нас прочь из владений чудовища с такой силой, что каждый против воли начинает выжимать из себя всё, на что он способен. Предзы сразу отрываются от архейцев. Но не все. Кузьма-Чудик по понятным причинам пыхтит самым последним, стремительно отставая от группы. Я жду Шапку, которого просто-напросто глупо бросать — его дар может мне пригодиться. Матвей здесь же, в серёдке, что странно. Сёпа с Лимом оглядываются на меня, но уже оторвались прилично.

— Он далеко.