Океан и Архитектор - Габриэль Коста

Они шли в абсолютной тишине, и Азель понимал почему. Он уже с третьего материка готовился к тому, что рано или поздно Гилем раскроет пожар, и тогда не останется тайн, недоступных его силам. Перед ним невозможно будет даже мысли утаить. Его пожар – огромная ответственность и сила, ему необходимо это понять, и как можно скорее. Азель хотел развернуться к Гилему и поговорить, но замер в шоке, не доходя двухсот метров до деревни. Навстречу им бежала маленькая девочка, а два ближайших к частоколу дома полыхали. Дипломат пригнулся и показал Гилему рукой повторить за ним.

– Помогите, пожалуйста, помогите! – девочка плакала и бежала, не глядя на дорогу, поэтому упала в грязь.

Парни кинулись к ней.

– Что случилось? Почему пожар? – начал быстро задавать вопросы Азель.

– Воины Грома пришли требовать налоги с деревни, но у жителей не хватило руды. В наказание, по законам Повелителя Грома, им необходимо сжечь два дома и…

Продолжил уже Гилем, бледнея на глазах:

– И заставить забить палками пять человек в деревне и камнями старосту, что не справился со сбором налогов. Дома они сожгли…

– Дяденька, пожалуйста, спасите папу, – сразу стало понятно, что девочка – дочь старосты. – Эти злодеи приходят и каждый раз избивают братьев и отца, забирают девушек. Помогите, пожалуйста. Мы исправно платим! Я слышала! Папа никогда не врет!

– Спрячься за тем деревом, мы сейчас разберемся и вернемся за тобой, хорошо? – Азель потрепал ее по волосам, чтобы отвлечь, и выпрямился. – Гилем, пошли. Не отставай.

И понесся с такой скоростью, что книгописец еле поспевал за ним. Рядом со входом в деревню лежали выбитые ворота, от двух горящих домов огонь перепрыгнул на крыши соседних. Дождь не мог справиться с пламенем. Азель забегал глазами вокруг и увидел впереди скопление людей. Он быстрым шагом, поглядывая на запыхавшегося Гилема, направился к ним.

В центре деревни горел костер, тянущийся к небесам. Дипломат насчитал тринадцать воинов в доспехах. Он надеялся увидеть здесь разбойников, но точно не подчиненных Повелителя Грома. Они стояли неплотным кольцом, что позволяло рассмотреть их злодеяния. Воины Грома схватили, вероятно, избитого старосту за руки и ноги и, громко смеясь, раскачивали его из стороны в сторону. Гилем открыл рот и сделал шаг вперед, но Азель преградил ему путь.

– Не ходи. Я все сделаю сам, – сказал Азель не своим голосом.

– Ты, жалкое насекомое, мы тебе лунный путь назад сказали, что все долги удвоятся! Вы живете около пещер, почему не собрали достаточного количества руды для оплаты долга?! – Полный мужчина, вероятно, предводитель воинов Грома, пнул старосту и расхохотался. – Висишь как сосиска. Может, нам тебя поджарить?

– Клод, мы же вернули долг! Отпусти моего Рене! – женщина выбежала из толпы. – Если вы убьете и сожжете всех жителей деревни, больше не заработаете. У нас нет абсолютно ничего: еды, припасов, руды, оружия. Нам нечего продать, и даже Богиня пламени не знает, как мы дотянем до конца лунного цикла. Прошу тебя, забери все, что есть, и отнеси Повелителю Грома. Не убивай и не калечь Рене!

– С оплатой Повелителю Грома вы справились, но что насчет моих личных налогов? Согласно закону четвертого материка, любой военачальник первого ранга может собирать собственный налог для содержания личного войска, – голос мерзавца был похож на лай собаки. – Так что выносите последнее.

– Но ты всего лишь третьего ранга! Это не по закону! – не смолчала женщина и сразу поплатилась за это.

– Ах ты, дрянь, – Клод схватил женщину за шею и поднял над землей, пока она пыталась вырваться. – Как ты смеешь указывать мне? Будь я из первого ранга, уже давно бы сжег вас и пригнал нормальных рабочих. Радуйся своей жалкой жизни. Она будет короткой, – он отпустил ее, женщина упала на колени и закашлялась. Клод достал меч. – Именем Повелителя Грома я приговариваю предателя к казни через отрубание головы, – он кровожадно улыбнулся.

– Значит, такой мир ты собрался построить, Зак? – ровным голосом спросил Азель и сделал шаг по направлению к воинам Грома. Ему хватило доказательств их злодеяний.

– Ты еще кто? – с вызовом спросил его Клод, отвлекаясь от убийства. – Какой еще Зак? Проваливай, пока и тебе не отрезали голову.

– Ты настолько неуважителен к своему господину, что не признал его настоящее имя? Повелитель Грома – Закариас Дирс. Но для тех, кому он подчиняется или кто его не уважает, – Зак, – сказал с рычащими нотами Азель. – Поэтому я зову его Зак. Отпусти женщину, отпусти мужчину, и твоя смерть будет быстрой.

– Как ты посмел назвать имя нашего великого предводителя?! Оно священно! – взревел Клод, и его приспешники бросили старосту, обращая все свое внимание на Азеля.

– Для меня оно всегда было головной болью, его имя. Прошло больше полутора тысячи лун, и ничего не изменилось. Собирает вокруг себя все таких же ублюдков, – Азель не стеснялся в выражениях.

Гилем начал переживать, так как никто из команды вовремя не подоспеет в случае драки, а сам он не лучший боец.

– Ты приговариваешься к немедленной казни согласно третьему правилу Повелителя Грома! Парни, давайте прирежем этого наглеца и спалим эту никчемную деревню. От нее толка немного. А Повелителю Грома скажем, что их разорвали звери. Ему все равно плевать, – выдал омерзительную речь Клод.

– За столько лун я научился состраданию, старался понимать каждое живое существо, – говорил Азель, будто не ему угрожали тринадцать воинов. – И все же в любые времена у всего в мире есть предел. В особенности у моего терпения. Сначала я убью тебя, а потом Зака. Саргон был прав, и оставлять его в живых – глупость.

– Безумец! – завопил Клод и бросился с воинами вперед.

– Реальность.

Гилем распахнул глаза, понимая, что услышал не что иное, как имя искры Азеля. Даже достижение пожара не позволило Гилему догадаться о настоящих силах дипломата, лишь о статусе. После того как его поглотили сила и фиолетовый огонь, Гилем чуть не завопил от воспоминаний с участием Азеля. Тогда в пустыне Дэвлин удивился его боевой стойке, Меладея позвала ненароком на личную аудиенцию с Айоном и… Когда он соврал Рисе про головную боль перед ночным разговором с Саргоном, Азель вышел из его покоев. И, конечно же, главный аргумент в пользу сложившейся в голове Гилема картины – слова Меладеи о силе, когда она открыла пожар. Азель – один из стражей и, судя по его силе, – предводитель.

Шпага Азеля еле заметно блеснула желтым. Воины Грома предполагали справиться с одним врагом без использования даже своих искр. И поплатились за это