Хозяйка ворон и железный доктор - Галина Васильевна Герасимова

доехал, заодно навещу старого друга. Поболтаем за жизнь, в город съездим, пропустим кружку-другую? Что скажешь? – не заметил его ворчливого настроения Стеф.

– Неохота.

– А ты подумай. Я ж не просто так тебя зову.

Он небрежно положил на перила записку. ««Ржавый гвоздь». Два часа пополудни. Без хвоста». Послание было коротким, а перекрещенные руки на нем – знакомой эмблемой. Спустя несколько секунд после прочтения записка вспыхнула и осыпалась в руках пеплом.

– Даже так, – хмыкнул Рейн, по-другому посмотрев на бывшего сослуживца. – Курьер у братства?

– Говорю ж, приличной работы здесь не так уж и много. В шахтах до старости не повкалываешь, а мне семью кормить надо, – честно ответил Стеф, как показалось, немного смутившись. Самую малость – нельзя работать на теневое братство и стесняться этого.

– Кто меня ждет?

– А вот этого я не знаю. И не хочу знать, – торопливо добавил Стеф. – Я простой курьер, в чужие дела не лезу. Меньше знаешь, дольше живешь.

– Подвезешь? – уточнил Рейн.

– Конечно. Докуривай и поедем.

С сигаретой Рейн не торопился, докуривал неспешно, со вкусом. Не столько из вредности, сколько чтобы показать: он вовсе не спешит встретиться с представителем братства. В лице братства легко было обрести настоящего врага, а вот союзника – куда сложнее. И верный способ потерять расположение – дать понять, насколько сильно ты от них зависишь.

– Ты только не кипятись там. У нас ребята на столицу не смотрят, на границе свои законы. Да ты и сам понимаешь, – наставлял Стеф, пока они шли к паромобилю.

Машина у бывшего сослуживца оказалась из старых моделей, рычащая не хуже горных тварей, с вечно заедающим замком, зато достаточно вместительная даже для крупного доктора.

– Нет.

– Что нет?

– Закон одинаков везде, – пояснил Рейн, занимая место пассажира.

Продавать спеллум кому бы то ни было – дурацкая затея, как ни крути. В прошлом году с его помощью чуть не прикончили наследного принца. Не хотелось бы столкнуться с новыми последствиями.

Пока ехали в город, разговор не клеился. Стеф угрюмо молчал, и Рейн не знал, чего в его молчании было больше: зависти, что доктор-инвалид поступил на службу в столичный сыск, или сожаления, что сам пошел по легкому пути. Погнавшись за шальными деньгами, немудрено было войти в ряды братства. А вот покинуть – только вперед ногами. Впрочем, Рейн не собирался его судить. В братство приводили разные причины, и Рейн знавал там людей гораздо более честных, чем иные его сослуживцы.

– Приехали, – объявил Стеф, остановившись на площади неподалеку от «Ржавого гвоздя». – Дальше ты сам. Не переживай, тебя уже ждут.

Это не утешало. Рейн чувствовал себя наивным сопляком, с пистолетом и с воинственным кличем сунувшимся в бандитское логово. Обычно таких дурачков там же и прикапывали. Доктор лично осматривал трупы бойких мальчишек, отправившихся в Пустошь из-за излишней осведомленности и желания эту осведомленность показать. И это в столице, где братство было под относительным контролем!

Как и в прошлый раз, в пабе стояла тишина, а вдобавок дверь закрыли на ключ. Какой-то пьянчуга на костылях пытался пробиться внутрь, но выглянувший официант с прискорбием уведомил, что зал забронирован до вечера, поищи другое место для выпивки. Даже посоветовал сходить в «Большую утку».

«Чтоб тебя, туда ж через весь город тащиться!» – возмутился незадачливый любитель выпить и, сунув костыли под мышку, немного заплетающимся, но уверенным шагом направился в противоположную от паба сторону.

Промелькнула мысль, не ошибся ли Стеф пабом, но стоило подойти ко входу, как тот же самый официант гостеприимно распахнул перед ним дверь.

– Тьен Гарт, вас ждут, я провожу.

Рейн не стал задавать идиотских вопросов вроде «Как вы меня узнали?» и лишь потер металлическую щеку. Зачесалась, зараза, от направленных на нее взглядов.

По залу сновала прислуга: мыла пол, соскребала со стола остатки чьего-то ужина. Единственная посетительница – видимо, его будущая собеседница – миловидная блондинка с пышными формами сидела у барной стойки. Она дымила тонкой дамской сигаретой в мундштуке и о чем-то разговаривала с протирающим стаканы барменом. Острый носок вызывающе красных туфель покачивался из стороны в сторону.

Среднее сословие, вряд ли аристократка, решил Рейн. Хотя манера держаться есть. Ничем не примечательное добротное черное платье, знакомое лицо – кажется, он где-то ее видел. Хм, в газете? Или?..

Она обернулась на тяжелые шаги и окинула его таким же изучающим взглядом.

– Тьен Гарт, а вы… интереснее, чем я думала. – Женщина кивком указала на высокий табурет напротив. – Присаживайтесь. Не переживайте, здесь все свои, можно говорить свободно.

Ну и ну! Он угодил прямо в логово братства! Рейн по-другому взглянул на паб и прислугу: приведший его официант был не худым, а поджарым, и короткие перчатки не скрывали тянущихся из-под них длинных шрамов. Бармен, хоть и выглядел расслабленным, зорко наблюдал за Рейном, и доктор готов был поспорить, что «слепой» глаз-артефакт прощупал его с ног до головы, едва он вошел в зал. Вдоль стены блеклым рисунком тянулся магический узор – отличная защита от воров и нежданных гостей. Можно было не сомневаться, что даже поломойка доставит немало хлопот, вздумай Рейн или кто-либо еще устроить здесь дебош! Хорошо, что сейчас он был гостем и вместо драки перед ним появилась чашка ароматного кофе – горького, как он и любил.

– Угощайтесь, – прогудел бармен, даже не собираясь никуда уходить.

Кем он был в братстве – одним из негласных лидеров или рядовым «бойцом», оставалось загадкой, и в чем-то Рейн был согласен со Стефом: некоторые тайны лучше не знать.

– Стеф сказал, вы предпочитаете кофе выпивке, – пояснила выбор собеседница, стряхивая пепел в предусмотрительно поставленную перед ней пепельницу. – Какие зерна вам нравятся? Я выбираю темную обжарку из провинции Ливании. Изумительный аромат! А какие плантации! Зеленое море, а не плантации!.. Не бывали там?

– Не довелось.

– Жаль. Обязательно съездите, проводить отпуск там куда интереснее, чем в наших краях. Слышала, вы сейчас в отпуске?

Рейн кивнул.

– Странный у вас отпуск, с учетом нашей встречи. – Она позволила себе усмешку, но шутливую, всем видом показывая, что настроена на конструктивный диалог. Сделала очередную затяжку, выпуская тоненькую струйку дыма между соблазнительно пухлых губ. – Так о чем вы хотите узнать?

– Спеллум.

– О, выходит, слухи уже дошли до столицы. – Женщина покачала сигаретой, раздумывая над его словами. – Это не братство. Но мы ищем организатора. Была одна рыбка на крючке, да оказалась не та.

– Луис?

– Наши слухи вы тоже не пропустили.

Собеседница глянула на него с одобрением, и Рейн вспомнил, где ее видел – на афишах театра. А если припомнить болтовню слуг