Дворец - Наталья Викторовна Бутырская

сейчас. И если я напишу настоящее имя Тьянтан Инсё, расскажу про его жизнь, ошибки и страхи, то он превратится в обычного человека. Поэтому прошу вас и дальше хранить его имя в тайне.

— Клянусь Небесами, мне следовало бы назваться Белой Цаплей! — воскликнул Джин. — Тогда народ бы тоже сделал меня небесным посланником.

Жоу дернулся и пристально посмотрел на Джин Мэйху.

— Белая Цапля? Вы что-то знаете о Белой Цапле? — спросил сыскарь.

— Да так, доходили кое-какие слухи, — усмехнулся беловолосый торговец.

Госпожа Ван Мэй вмешалась в разговор:

— Мастер Ши, а вы сами видели Тьянтан Инсё? Вы же жили в столице.

— Видел. Но издалека. Видел его силуэт верхом на летуне. А вот, кстати, об этом.

«К сожалению, у меня, Ши Хэя, недостаточно знаний, чтобы поведать вам, что именно делал небесный посланник в столице. Его видели все и повсюду. Согласно слухам, он призвал к себе небесного дракона, оседлал его и взлетел повыше над городом. Там он увидел, что Киньян покрыт темной пеленой — проклятием Пропасти. Словно еще при жизни все его жители оказались на самом дне Пропасти. Это павший император Чжи Гун-ди так и не смирился со своим проигрышем и проклял перед смертью свою же столицу. А проклятие это непростое. Оно подавляет волю, навевает страхи и вселяет ужас в сердца людей. Потому в Киньяне люди плохо спали, их мучили кошмары. Потому многие солдаты едва могли держать копья. Потому плакали дети и женщины.

Тогда Тьянтан взлетел еще выше, воззвал к Небесам и сорвал пелену.

К тому времени во дворце запасы Ки подошли к концу, их едва хватало на окончание защитных массивов на городских стенах. Тогда Инсё спустился в хранилища, ударил громовым копьем, и все пустые кристаллы в тот же миг засияли голубым светом.»

— Да что ж это такое? — снова воскликнул Мэйху. — Не иначе мастер Ши подглядывал в щелочку за императором и этим Инсё!

— Я не раз убеждался, что народ видит всё, — сказал император Ли Ху, — только объясняет увиденное иначе. И как знать, какой вариант истинный.

* * *

Три дня просидел Шен в хранилище. То и дело к нему спускались то Тедань, то Мэй, то Байсо. И всякий раз они поражались тому, что огромные кристаллы на тысячи Ки постепенно наливались светом, а Шен всё никак не падал замертво.

Каждый из друзей отреагировал на новость по-своему.

— Это судьба! Небеса явно благоволили учителю Куну, — повторял Тедань. — В первый же год после открытия Академии, в один и тот же дом! Мы, как древние герои! Ты даешь Ки, Мэй создает из нее заклинания, а я разрушаю. Мы же… И зачем ты только ушел? С тобой мы бы прошли весь дворец без единой капли крови. И учитель Кун бы не погиб. Наверное.

Мэй больше рассуждала о природе дара.

— Понятно, что ты не восстанавливаешь Ки самостоятельно. Человеческое тело не способно на это. Есть люди с ускоренным восстановлением Ки, но разница не особо существенна. К тому же, им приходится чаще и больше есть. Я прожила с тобой бок о бок два года, и тот же Тедань ел в два раза больше тебя, хотя ему-то Ки вообще тратить не на что. Значит, ты получаешь Ки извне. Из Ки-сферы? А не истощится ли она из-за твоего потребления? Понятно, что две-три сотни тысяч Ки ничего не изменят. А если ты так год будешь вытягивать энергию и заполнять кристаллы? Если это будут миллионы Ки? А ты понимаешь, как это делаешь? Нельзя ли этому научиться? Может, какое-то особое лекарство? Или, может, великий маг наложил на тебя какое-то заклятье?

Байсо же всё время возмущался. Даже чувство юмора не помогало ему справиться с негодованием.

— И как давно ты знаешь, что ты идеальный донор? Еще до знакомства со мной? Так чего же ты нищенствовал? В Цай Хонг Ши полно способов заработать на Ки, причем почти безопасных. Все лучше, чем спалиться перед мэром и Мин Чинем. Ты почему мне не сказал? Нам даже не пришлось бы уходить в Черный район. Да что там! Через пару лет мы бы с тобой жили в Красном, если не в Белом, районе. А Мастер? Мастер знал? Знал… Знал и ничего мне не сказал. Поэтому он тебя взял в личные ученики. Он брал у тебя энергию? Вряд ли, ведь он ничего не поменял. Даже пару жалких троп не добавил. А потом? Во время каравана? Ты же мог бы спасти всех раненых! Я понимаю, ты опасался Джин Фу, но если бы у него было больше Ки, то мы бы отбились от разбойников быстрее. И Тедань не знал. Почему этот дар достался тебе? Почему не мне? Я бы столько всего сделал! Столько бы заработал! Да не в деньгах дело. Я и так богат. Но столько возможностей! Эх, Небеса явно несправедливы.

Когда желаемое количество Ки было влито в кристаллы, Тедань собрал малый военный совет, в который входили лишь самые доверенные чиновники. Помимо самого императора, Ван Мэй, Цянь Яна, Ци Юминг и еще нескольких синшидайцев в него входили Чжен Куан, генерал центральной армии, Ясная Мудрость, Ци Лонгвей, у которого был опыт защиты города от волн животных. Ганмо Им, мастер печатей, наотрез отказался ходить на советы и со своими учениками разрабатывал новые амулеты и массивы. А вот кого Шен не готов был увидеть на совете, так это Мастера. Того самого Мастера из Черного района.

Шен низко поклонился своему первому учителю.

— Начнем! — бодро сказал император и указал на изображение Киньяна. — У нас есть еще несколько дней до первого нападения. И появился запас Ки, который мы можем использовать для укрепления города. У кого какие предложения?

Чжен Куан вздохнул.

— Времени почти не осталось. Что мы можем успеть? Мы сделали почти всё, что планировали. Несколько линий защиты из стен, рвов, ловушек и защитных массивов. Даже если туда что-то добавить, вряд ли это сыграет хоть какую-то роль. Нет, на земле мы сделали всё возможное. Я не уверен, что хоть одна тварь сумеет добраться до стен Киньяна.

— Доберется, уж поверь, — буркнул Ци Лонгвей.

— Как я говорил уже сотню раз, Киньян уязвим с воздуха. Даже если лиса не притащит летунов, а она их притащит, то одних птиц будет достаточно для паники внутри города. Погреба есть не у всех. Много крыш из соломы, дратвы, бамбука.

Император Ли Ху несколько раздраженно сказал:

— Но мы же подготовили стрелы. Я даже чисел таких не знаю,