Ковен возрожденных - Айви Эшер

как Нокс усмехается, словно сочувствуя Марн. Марн смеется и вытирает глаза. Она сейчас не с нами, а в том счастливом для нее времени, когда Гриер была рядом.

– Гриер была нашим единственным ребенком, но ее было больше чем достаточно. Она постоянно тренировалась и находилась в поисках. Нас не удивило, когда она вызвалась выйти в мир. Мы рассматривали это как приключение, в котором она могла бы найти своего Избранного, а затем вернуться и повести наш народ в новую эпоху. Она была готова взять на себя роль Суверена, но ее никогда не интересовали наши местные Стражи – ей нужны были партнеры, которые помогли бы достойно продолжить ее род.

Я удивленно перевожу взгляд на Марн, и она кивает, печально подтверждая мой невысказанный вопрос.

– Гриер была первой девушкой, появившейся в нашем роду почти за семьсот лет. Нашим народом всегда руководят женщины, и было известно, что, как только в Первом Доме родится девочка, она заберет трон у Второго Дома. Когда Гриер не вернулась, мы были опустошены не только на личном уровне, но и тем, что люди, которыми она должна была руководить, остались потерянными без нее.

Марн протягивает руку и нежно гладит изображение на медальоне.

– Но она оставила нам тебя, и мне не нужно советоваться с Ткачом Связи, чтобы понять для чего.

Я открываю рот, чтобы спросить, что это значит, но Марн встает и громко хлопает в ладоши, как это обычно делает Ток. Я подпрыгиваю и чуть не роняю медальон.

– Хватит на сегодня погружений в воспоминания. У нас еще будет полно времени для этого. Сегодня мы празднуем твое возвращение домой, и еще не все потеряно. – Она широко улыбается и подходит к столу. – Давай подготовим тебя к встрече должным образом.

Марн вытаскивает из коробки что-то, похожее на бронированный корсет.

– Теперь он твой, дорогая, – говорит она, указывая на медальон.

– Нет-нет, я не могу его взять, – возражаю я и пытаюсь вернуть.

– Глупости, не хочу ничего слышать! Я твоя бабушка, и ты обязана слушаться, – шутливо отчитывает она меня, и я неловко улыбаюсь, не зная, что сказать.

– Забирай, – настаивает она, и я сдаюсь – надеваю длинную цепочку на шею.

Медальон падает глубоко в декольте, а Марн тянет меня, заставляя встать и подойти к зеркалу. Надо отдать ей должное, она чертовски сильна для своего возраста. Перед глазами всплывает лицо Гетты, и я задаюсь вопросом: становятся ли Стражи сильнее и быстрее с возрастом?

Марн и еще одна женщина надевают на меня плетеный кожаный корсет сливового цвета. Он стягивает струящуюся ткань вокруг моего живота и груди, и это придает очень эффектный вид женственному наряду. Мне это нравится. Когда они затягивают корсет потуже, ткань на груди собирается складочками, помогая скрыть соски, – спасибо, черт возьми. Фасон такой, что одно плечо прикрыто тонкой тканью сливового цвета, а другое полностью обнажено, демонстрируя руны. Я выгляжу как греческая богиня, которая никак не может решить, будет ли она веселиться или сражаться. Мне тоже это нравится. Но с другой стороны, стоит ли выставлять руны напоказ? Тем более что руны на ногах демонстрирует длинный разрез сбоку.

Одна из женщин отталкивает мою руку, когда видит, что я пытаюсь стянуть края ткани.

– Тебе нужно показывать руны, а не прятать, – говорит она, и Марн кивает.

Я ворчу, но соглашаюсь.

Мои волосы разделены на прямой пробор и заплетены в косу. Коса обернута вокруг головы, а выпавшие пряди небрежно обрамляют лицо. Все это заставляет меня выглядеть старше и утонченнее, чем я есть на самом деле. Уверена, иллюзия исчезнет, как только я надеру зад лучшими Стражам Тиерита. Моим людям, как называют их Ток и Марн.

Снова раздается стук, и на этот раз, когда дверь открывается, мое сердце радостно колотится. В комнату заходят Вален, Сабин, Торрез, Сиа и Райкер. Я встаю со стула, к которому была прикована, пока мне делали прическу, и отмахиваюсь от одной из дам, когда она пытается заставить меня сесть обратно.

Глаза моих Избранных наполняются жаром. Я улыбаюсь и быстро кручусь, чтобы образ меня в этом платье запечатлелся у них в голове.

Показываю на разрез.

– Может, он не такой раздражающий, как я думала, – заявляю я, представляя, как кто-нибудь из них отодвигает ткань в сторону, чтобы…

– Я первый! – эхом разносится по комнате, и Марн сдавленно кашляет.

Она поняла намек? Я вопросительно смотрю на нее.

– У меня семь Избранных, и чем я, по-вашему, с ними занимаюсь? – спрашиваю бабулю, и она краснеет и смущенно хихикает.

Вау, у нее был ребенок, чего тут краснеть?

– Одежда твоих Избранных лежит на кровати, – говорит она. – Пожалуйста, переоденьтесь и идите в зал. Гости уже прибывают. – С этими словами Марн кивает спутницам, и все трое выходят.

– Рад снова видеть тебя, – говорит Торрез, когда дверь захлопывается.

– Осторожно, она пугается, когда мы, такие простые, пытаемся с ней заговорить, – поддразнивает Нокс, и Вален смеется.

– Как прошел Трибунал?

Я волновалась весь день, думая о заседаниях.

– Неприятно, – отвечает Сиа.

– Отсутствие Нокса и Бастьена их напрягло. Мы объяснили, почему не собираемся оставлять тебя без защиты, и они позовут ребят в другой раз, но им это не понравилось, – объясняет Райкер.

– Они спросили, зачем тебе тогда Щиты. Мы сказали, что Щиты нужны для дополнительной защиты, но я не уверен, что они были удовлетворены таким ответом, – добавляет Вален.

Делаю глубокий вдох и провожу рукой по волосам. И вспоминаю, что пора идти.

– Завтра я поговорю с Током и Марн. Расскажу им о Сорике и Воне, обрисую положение моего отца. Будем надеяться, что они не станут болтать об этом. Мы можем перевезти Вона с Сориком сюда, тогда Щитам не придется охранять их во дворце, и никто ничего не узнает, – говорю я и надеюсь, что все пройдет так же легко, как срывается с моих губ.

Мы придумали этот план прошлой ночью. Поскольку Ток и Марн, похоже, никак не могут смириться с существованием у меня Избранных, мы решили, что будет лучше, если они немного попривыкнут к моей ситуации, прежде чем узнают, что Избранные Гриер тоже здесь.

– А теперь, мальчики, быстро переодевайтесь, – приказываю я. – Марн, вероятно, скоро вернется, чтобы посмотреть, почему мы так долго. Кстати, один мой приятель проболтался насчет взмахов волос. Давайте посмотрим, на что вы способны! – говорю я, потирая руки.

Они смотрят на меня так, словно я сошла с ума, на лицах написано крайнее замешательство. Кроме, конечно, Валена, который разражается смехом.

– У вас двоих какие-то странные шутки, – замечает