Хранитель Ардена - Софи Анри (российский автор)

взгляд на спящем ребенке у нее на руках и тотчас помрачнел.

Аврора заметила и это.

– Все хорошо, а ты как? Снова проездом в Ардене или погостишь немного?

– Думаю, побуду здесь какое-то время, – уклончиво ответил он.

Рэн окончательно уснул, и Аврора рискнула задать Тристану вопрос:

– Не хочешь подержать племянника?

Тристан скрипнул зубами.

– В следующий раз, не хочу его будить.

Он отвернулся, и в комнате воцарилась напряженная тишина, нарушаемая лишь детским лепетом Райнера. Тот самостоятельно забрался к дяде на колени и пытался схватить его за серьгу в виде кинжала. Тристан каждый раз уклонялся от пухлой ручки племянника и ласково трепал его мягкие темные волосы, хотя мыслями был где-то далеко.

– Тристан. Он ведь ее сын и не виноват в том, что случилось, – прошептала Аврора. Она продолжала стоять с Рэном на руках, не решаясь положить в колыбель. Обида за ребенка захлестнула ее с головой.

Тристан дернул головой, в очередной раз уклоняясь от цепких пальцев Райнера, и беззлобно выругался, когда тот потянул его за прядь волос.

– Я знаю, Аврора, просто… Черт… – Он нахмурился и сжал челюсть. – Дай мне время. Я полажу с этим ребенком… скоро. Пока я не готов стать образцовым дядей тому, кто родился на свет ценой жизни моей любимой.

Аврора тяжело вздохнула и побрела к колыбели. Она была не согласна с ним, но не смела его осуждать. Прямолинейность Тристана всегда обезоруживала ее. Он никогда не строил из себя благородного принца в сияющих доспехах, и Аврора уважала его за отсутствие лицемерия.

Когда пришла няня, они направились в ее покои. Райнер начал капризничать, не желая слезать с рук дядюшки, но ему пора было отправляться спать, поэтому Аврора на предложения Тристана взять малыша с собой ответила строгим отказом.

– Не знала, что ты любишь детей, – не переставала удивляться Аврора тому, как Тристан поладил с ее сыном.

– Я тоже не знал, – усмехнулся тот. – Просто… его глаза так похожи… – Он не договорил и снова нахмурился.

Аврора понимающе кивнула.

Исконно корвиновские глаза, как у Рэндалла. Как у Анны.

Когда они переступили порог комнаты Авроры и сели за стол, Тристан с аппетитом накинулся на еду. Аврора же ковыряла вилкой овощное рагу, внимательно наблюдая за ним. Его лицо осунулось, под глазами залегли тени, да и сам он заметно похудел.

– Ты выглядишь утомленным.

– Я слишком много времени провел в пути. Сначала был на Малом Материке, решал кое-какие проблемы с королем Мереаса. Потом вернулся на континент и странствовал по землям Запада. – Он налил вина и залпом осушил бокал.

Он говорил, старательно избегая взгляда Авроры. Что-то в его поведении настораживало ее.

– Ты здесь по делу, я верно поняла?

Тристан наконец-то поднял голову и отложил столовые приборы. Медленно провел рукой по волосам, убирая со лба длинные пряди. Такой непохожий на Рэндалла внешне, но так сильно напоминающий его своими повадками.

– Аврора, я приехал поговорить с тобой. И, боюсь, этот разговор будет нелегким.

– Что случилось, Тристан? – Аврора выпрямилась и расправила плечи. Она перенесла столько боли, что уже ничего не могло ранить ее сильнее.

Тристан встал из-за стола, медленно подошел к Авроре и одним резким движением развернул ее стул. Она испуганно вскрикнула, но Тристан не обратил на это внимания, а в следующий миг и вовсе обескуражил ее, когда опустился перед ней на корточки.

– Аврора, смерть твоего мужа была подстроена, – на одном дыхании вымолвил он, и на его лице отразилась неподдельная грусть.

На мгновение очертания комнаты расплылись у нее перед глазами, а внутренности завязались в тугой узел.

– Что ты сказал? – Она не узнала собственного голоса.

Тристан облизнул нижнюю губу и очень тихо заговорил:

– Письмо Холланда о болезни короля Эласа подменили. Корабль Рэндалла был поврежден в ночь перед отплытием. Сразу после контрольной проверки на исправность. А даже если бы корабль уцелел в шторме, на Востоке Рэндалла ждала бы погибель. Те, кто вынудил его покинуть Арден, делали это с одной целью – избавиться от него и внести смуту в Совет правления Арденом. – Тристан судорожно перевел дыхание и понурил голову. – Мне жаль.

Аврора чувствовала, как в ушах нарастает гул, а перед глазами все помутнело от навернувшихся слез.

– Кто? – только и сумела спросить она.

Тристан продолжал сидеть на корточках и пронизывать ее своими черными как ночь глазами, в глубине которых плескались боль и гнев.

– Артур, – на выдохе ответил он так тихо, что Аврора не услышала, а прочла ответ по губам.

Она думала, что когда-нибудь оправится от горя. Верила, что время залечит раны от потери, как это случилось с отцом, а потом и с матерью. Она училась жить дальше с осознанием того, что Рэндалла больше нет, что его забрал к себе Единый.

Но все оказалось гораздо хуже. Его забрали у нее обманом. Он должен был радоваться жизни, видеть, как растет их сын, править народом, как ему было предначертано судьбой. Рэндалл должен был жить.

– Король Алан знает? – еле выдавила она из себя.

Тристан поднялся и направился в сторону окна.

Аврора неотрывно следила за ним, глубоко дыша, используя технику, которой обучил ее Закария. Это давало ей возможность сохранять хладнокровие.

– Алан ничего не знает, – угрюмо отозвался Тристан, прислонившись лбом к холодному стеклу. – И не узнает…

– Что это значит? – Аврора встала с кресла и решительным шагом приблизилась к Тристану. – Он должен судить Артура за братоубийство по закону. Иначе арденийцы поднимут восстание.

Тристан обернулся к ней и нервно протер ладонью рот.

– За этим я и пришел, Аврора. Никто не должен узнать. Когда Холланд вернется в Арден, мы должны будем убедить его сообщить членам Совета, что это было его письмо и король Элас правда был сильно болен и лишь чудом пошел на поправку.

Аврора отступила назад. Дыхательная техника больше не помогала, и она судорожно ловила ртом воздух, до боли кусая нижнюю губу.

– Что ты такое говоришь? Рэндалл погиб по вине Артура, а ты хочешь, чтобы он остался безнаказанным? Да как ты смеешь?! – сорвалась она на крик. Ее тело тряслось как в лихорадке.

Тристан шагнул ей навстречу, но Аврора отшатнулась. Он замер, поднимая руки в примирительном жесте.

– Аврора, если правда вскроется, начнется война.

– Мне плевать! Вы убили моего мужа, убили! – Она хотела уже развернуться к двери и бежать, но Тристан, сразу догадавшись о ее намерениях, подлетел к ней и схватил за предплечья.

– Послушай, – гневным шепотом процедил он ей в лицо. – Если начнется война, главной мишенью станет твой сын. Пострадают невинные люди. Разве не этого остерегался Рэндалл? Разве не войны он боялся больше всего?

– Ты с ним