Наука побеждать - Павел Вяч

вот, — довольно пробормотал я, выкручивая Грань Смерти на максимум и замечая, как сразу два умертвия обращаются в прах. — Совсем другое дело!

Зомби, скелеты, упыри, мумии и даже костяные гончии — на меня мчалась целая свора нежити, но страх куда-то исчез.

В руках был верный посох, немертвые разлетались в пыль от одного тычка, и я в первый раз за последние часы вздохнул полной грудью.

Каждый упокоенный давал прилив силы, и я врубался в нежить с какой-то веселой злостью.

Назад отошла постоянная тревога за умирающих воинов, за восстановление Сети, за дурацкие задания и за своих однополчан.

Если бы кто сказал мне год назад, что я буду отдыхать в бою, я бы ни в жизнь не поверил. Сейчас же получал самое настоящее упоение.

Наконец, с поднявшейся нежитью было покончено, и я, криво улыбнувшись, огляделся по сторонам.

И всюду, куда бы я ни посмотрел, моему взору открывались бескрайние просторы бесконечного кладбища.

Сколько же нужно столетий, чтобы упокоить всех собранных здесь немёртвых? А учитывая, что мне уже попадаются костяные гончии и упыри, то что же будет дальше?

Я чувствовал, что с минуты на минуту проснусь в лазарете, и черт меня дёрнул посмотреть напоследок на горизонт.

Горло мгновенно пересохло, а по спине пробежала ледяная струйка пота.

На северном небосводе стремительно увеличивалась в размерах какая-то точка.

Ну как, какая-то… Глаза ещё не могли толком рассмотреть приближающийся объект, но в глубине души я уже знал, что вот-вот увижу.

В мою сторону летел… Костяной дракон.

Глава 19

— Ну же, ещё чуть-чуть…

Грань Волка была выкручена на максимум, дракон с каждой секундой был все ближе, но я никак не мог рассмотреть, кто им управляет.

И когда я только было разглядел смутно знакомую фигуру, мир дрогнул, и я полетел в пропасть.

Очнулся на кровати, вздрогнув всем телом. Не самое приятное пробуждение, но в последнее время я просыпался только так.

— Ну наконец-то, — с облегчением выдохнул Свелин, который, похоже, всю ночь не сомкнул глаз. — У нас пятеро тяжелых.

— Тащи, — хрипло отозвался я, поднимаясь с кровати.

Было бы круто умыться или даже принять душ, но дело важнее. К тому же, насколько я чувствовал, два пациента находились уже на самом краю.

И снова закипела работа.

Диагностика, целительские конструкты, разгон жизненной энергии…

За ночь скопилось порядка тридцати воинов, и мне пришлось потрудиться, чтобы успеть подлатать всех.

К счастью, Фрейя не появлялась, и мне удалось вытянуть всех без исключения защитников Лютиков.

Наконец, убедившись, что вся работа сделана, я приказал Свелину отдыхать, а сам пошёл в штаб.

Судя по тем обрывкам разговоров, что я услышал, стычки продолжались всю ночь, и псы откатились уже ближе к утру. И сейчас, по прикидкам воинов, у нас было несколько часов передыха.

Я, правда, не понимал, зачем песьеголовые дают нам возможность отдохнуть — с их-то силами — и надеялся, что в штабе введут в курс дела.

Аша с Зиданом я нашел на старом месте, благо казармы резервистов находились на нашей стороне города.

Помимо наших главнокомандующих, в штабе находился спящий Герман и двое хмурых погранцов, которые спорили о чем-то, склонившись над картой.

— Привет, Александр, — Аш на мгновение отвлекся от карты и приветливо мне кивнул. — Как раз хотел тебя пригласить.

— Ты молодец, Денебери, — подхватил Зидан. — Потери на нашем фланге в три раза ниже, чем на правом. А ведь там трудятся три живчика!

— Мне проще, чем им — я пожал плечами. — Топина так и не нашли?

— Нет, — тут же поморщился Аш. — Видимо каким-то образом пробрался к Ков’Альдо.

— Или подался к псам, — тут же заметил Зидан.

— Опять ты за свое, — поморщился Аш, и я понял, наши отцы-командиры так до сих пор и не пришли к единому мнению.

— Вероятность такого поступка семьдесят процентов, — невозмутимо отозвался Зидан.

— Ладно, — Аш махнул рукой, — не до него сейчас. Лучше введи Денебери в курс дела.

— Хорошо, — не стал спорить де Грасс и поманил меня к себе. — Сразу скажу, что ситуация складывается не в нашу пользу.

Он показал указкой на северную часть города, заштрихованную красным карандашом.

— Псы полностью контролируют первые пять линий и частично вторые пять. И если на левом фланге мы раз за разом отбрасываем их к скверу, то на правом дела обстоят хуже. Много хуже.

— Скорей всего легионерами командуют разные офицеры, — не удержался Аш. — Потому как на нашем фланге псы действуют более осторожно, чем на правом.

— Валят, не считаясь с потерями, — со вздохом подтвердил де Грасс. — Да еще и при поддержке духов.

— Сегодня-завтра нас выдавят на центральную площадь, — скривился Аш. — А это значит поражение.

— К тому же Заря ведет себя очень подозрительно, — продолжил Зидан. — Я наблюдаю очень подозрительное затишье. Боюсь, нас ждет двойная атака. Псы и попавшая под влияние Тьмы полоса препятствий.

— В общем, мы начали скрытое перемещение гражданских на левый фланг. В противном случае мы не удержим линию обороны.

— Слишком мало воинов и слишком протяженная линия фронта, — де Грасс обозначил указкой удерживаемый нами периметр. — Про еду и боеприпасы и вовсе молчу.

— Наши запасы закончились, — Аш не удержался от тяжелого вдоха. — наследие Густава подходит к концу. В общем, ещё немного, и нам придется сражаться с псами в рукопашную.

— Что грозит огромными потерями, — внешне де Грасс оставался невозмутим, но я видел, как подрагивают его руки. — Стрелы, арбалетные болты, кольчуги, свитки и зелья… Все, благодаря чему мы с горем пополам сдерживали песьеголовых, заканчивается.

— Не думаю, что у псов ситуация лучше, — не удержался я. — Сколько мы перебили? Две-три тысячи?

— Пять, — огорошил меня Аш. — Разведка докладывает, что провианта у псов хватит еще на три-четыре дня. Слишком много легионеров они потеряли…

— Парадокс, — криво усмехнулся Зидан. — Если бы мы их не били, они бы еще позавчера столкнулись с голодом.

— Но, если бы мы их не били, они бы захватили нас позавчера, — Аш развел плечами. — Я считаю, что мы все сделали правильно.

— Я тоже, — вздохнул Зидан. — Но все