Орден Сияющих - Анна Коэн

По мере того как они делились опытом, брови Октава ползли все выше по лбу.

– Я так понимаю, Инквизиция в его поимке участия не принимала? Это же наш… их юрисдикция.

– Ой! – Норма зажала себе рот ладонью и округлила глаза. Что же они натворили, идиоты! Так подставить Петра Архипыча!

– К счастью, в данный момент я там не служу. – Со вздохом Октав поставил голову на стол. Та не проснулась, только носом засвистела чуть громче. – У меня есть одно предположение касательно природы этого феномена, но, чтобы убедиться, мы должны найти тело.

Норма задумалась. Что-то не сходилось. В прошлый раз, когда она видела запертый короб, голова Ульяны Ильинишны прочно крепилась к ее плечам. Но короб светился так же! Она покосилась на демоническое хранилище: теперь оно было пусто и бесцветно, как и любой другой неодушевленный предмет.

Вывод напрашивался всего один. Но, чтобы продвинуть дело, ей придется открыть свой самый большой секрет. Вернее, сначала она считала, что выдумывает себе, а потом…

«Была не была!»

– Послушайте меня, пожалуйста! – выпалила она, зажмурившись. – Иногда я вижу некое свечение. Уже… несколько месяцев.

– И до сих пор не обратилась к целителю? – нахмурился Октав.

– Да нет же, это другое! Я видела, как светятся люди и иногда места вроде ущелья Меча, но еще не вполне разобралась, как это работает… – Норма заломила пальцы.

Ей не хотелось признаваться, на что еще способны ее глаза. Можно жить без откровенной лжи, но если рядом находится кто-то, способный читать по самой душе, – это, должно быть, невыносимо. Она не хотела ранить брата и вынуждать осторожничать закрытого Октава.

И тогда она просто пересказала свои наблюдения относительно короба и Ульяны.

– Ты хочешь сказать… – протянул Лес.

– В тот день внутри была другая голова, – подвел черту Октав, потирая подбородок. – И именно она увела куда-то тело.

– Не куда-то. – Норма ткнула пальцем в бумаги. – Она взяла документы, чтобы продать мануфактуру!

Лазурит, Яшма и Турмалин молча переглянулись.

Двойное имя в документах. Загадочная девица, что досаждала Павлине Павловне. Порча сырья с точным расчетом, чтобы остановить промысел, но не уничтожить его. Нежелание Ульяны выдавать виновника.

У гениального алхимика Ильи Чемерицина было две дочери – но делили они одно тело.

– Так чего мы тут выжидаем?! – первым отмер Лес. – По коням!

* * *

Голову завернули в первый попавшийся мешок, который Октав вызвался отвезти на хранение Алевтине Кондратьевне, а Норма, Лес и Фундук поскакали в «Тезаурус». Лес подгонял зверя пятками, стараясь не думать о том, чего будет стоить им промедление. Столько трепа, столько препон – и все ради того, чтобы вернуться на след, который они взяли сразу же, в первый день!

Фундук несся все быстрее и быстрее, лавируя в потоке телег и повозок, пеших и конных, утробным рыком отпугивая зазевавшихся людишек. Норма на лошади сильно отстала в этой сутолоке, к тому же она не рисковала понукать животное. Одно то, что она все же села на лошадь, не было признаком проснувшейся храбрости – просто повозки теперь вызывали у нее еще меньше светлых чувств.

Наконец Лестер увидел знакомый кованый забор и соскочил с Дука прямо через его голову, и кошкану пришлось тормозить задними лапами, цепляясь когтями за брусчатку. Яшма несся прямиком на охрану, а те выхватили сабли, что до этого висели у них на поясах.

– Эй! Вам нельзя, не велено! Распоряжение госпожи Зимецкой!

– Плевать на Зимецку! Вы девку видели? Светленькую такую, с косой вокруг головы?

– Ты поосторожнее со словами, служивый, – насупился бородач в оранжевом кушаке. – Не приемный день, и все тут. Только с ключами от хранилищ.

– Девка! Веки тяжелые, замученная такая, с бумажками наперевес!

На самом деле он не знал, как в точности выглядит вторая голова, которая носила имя Марьяна, но видел силуэт в окне и предполагал – то была уже она. А значит, сестры походили друг на друга, и сильно.

– Рыскает тут такая, все рвется к Павлине Павловне, – подал голос другой страж в ягнячьей шапке набекрень. – Только не светленькая, а темненькая, волос черный то бишь. Но мы не пускаем.

– Не пускаем, – подхватил третий.

И тут за спинами стражей, в небольшом скверике, окружавшем хранилище для самых богатых жителей Паустаклавы, мелькнула одинокая фигурка. Весьма знакомая.

– А это тогда кто?! – возопил Лес, указывая на нее. – Фундук, взять!

– Куда?! Стой, кому говорят! Запрещено!

Но он уже никого не слышал. Легко растолкав двоих вооруженных стражей и попросту перепрыгнув третьего, они с кошканом ворвались на закрытую территорию. Дук был близок к тому, чтобы настигнуть перевертыша в женском обличье, но тут ему в бок врезался сторожевой кошкан «Тезауруса». Зверюги вмиг свились рычащим и шипящим клубком и отскочили в стороны, выгнув спины и вздыбив мех на хвостах и спинах. Но только для того, чтобы сойтись вновь – пора было выяснить, кто здесь главный. Шерсть клочками полетела в стороны.

Сзади нагоняли стражи. Марьяна заметалась меж кустов сирени и черемухи, точно лесной дух, но Лес зорко следил за каждым ее движением. Похоже, та пыталась прорваться внутрь через черный ход или подвальное окно, но не тут-то было! И пусть Фундук отвлекся – оба кошкана катались по слякоти, лупцуя друг друга задними лапами и кусая, – он справится и один.

Определив, куда девица бросится в следующий миг, Лес метнулся наперерез.

– Попалась, мошенница! – Он схватил ее за локти и свел их за спиной. Марьяна ойкнула. – Никуда не денешься. Сыск Вотры, вы арестованы!

Но тут Марьяна развернула черноволосую голову, точно сова, оказавшись к Лесу лицом. Чертами она была один в один похожа на сестру, только прищур другой и улыбочка кривая.

– А ты уверен, красавчик? – расхохоталась она и щелкнула зубами, будто хотела отхватить ему полноса.

Лес чуть отшатнулся, и в тот же миг перед глазами все поплыло, потемнело… В следующий миг он обнаружил себя сидящим на земле. Голову вело, как после жесточайшей попойки. Рядом валялись и стонали подоспевшие стражи «Тезауруса». Марьяны нигде поблизости не было.

Только кошканы не обратили на странное исчезновение никакого внимания – охранный лежал на боку, выставив лохматое брюхо и недовольно подрагивал кончиком хвоста, тогда как Фундук с чувством абсолютного превосходства намывал расцарапанную морду.

Лес вскочил и, пошатываясь, приблизился к нему, чтобы осмотреть. К счастью, Дука только слегка потрепали.

– Малыш, я всегда в тебя верил. Победил, да, – с облегчением забормотал он кошкану. – Ты тут самый сильный.

– Это что такое было?! Ты, шавка полицейская, а ну вали отсюда! – раздались слабые окрики.

– Нет, это