Сияющий - Шеннон Майер

видит что-то в тебе. – Хэвок уже повернулся ко мне и, подняв руку, взял меня за подбородок пальцами. – Ты не такая, как другие, попавшие под проклятие. Они все были напуганы. В ужасе, как и полагалось. Ты… Ты первая, кто борется за все эти долгие годы.

От этих слов по моему телу разлилось пугающее, но теплое сияние. Как бы я ни убеждала себя в глупости происходящего, мои чертовы волчица и золотой ретривер внутри меня купались в тепле от прикосновений и слов Хэвока, которые ощущались неким восхвалением.

– Это печально. – Я медленно отстранилась от его руки. Мне нужно оставаться сильной, нужно сохранять дистанцию между нами. Он дал понять, что я нужна ему мертвой. Хоть я и понимала, что он не хотел моей смерти.

Все слишком сложно, да?

Он ухмыльнулся и снова притянул меня за подбородок, на этот раз ближе к себе. После этого он наклонился ко мне, его дыхание коснулось моих губ.

Желание поцеловать Хэвока, попробовать его губы на вкус, пронзило меня где-то внизу живота.

– Позади тебя три фигуры приближаются к нам. Вероятно, это твои братья.

Что ж, охренеть, вот вам и поцелуй.

– Сможешь с ними сам справиться? – Я напряглась и прижалась ближе к нему; наши губы почти соприкасались.

– Ты во мне сомневаешься? – он приподнял бровь.

– Я достаточно разочаровывалась в мужчинах, поэтому постоянно сомневаюсь во всех вас. – Правда слетела с моих губ, и он поймал ее, высунув язык и проводя им по моей нижней губе.

– Я справлюсь с ними. Найди Фрейю. А после – меня, – сказал он.

Я не могла дышать через огонь, который он послал по моей коже всего одним таким прикосновением.

– Привет, засранцы. – Он встал и посмотрел на моих братьев.

– Не убивай их. – Марс прибежал и остановился между Хэвоком и Кираном, стоявшим впереди. Он распушился, глядя на Хэвока. – Может, они и сбились с пути, но они все еще мои сыновья.

Он делал так раньше – вставал между мальчиками и кем-то, кто мог причинить им вред. Защищал их от Джунипер, если они смели противостоять ее очередной пассии.

Мое сердце сжалось, потому что всего на секунду я увидела в своих братьях тех, кем они были до отравления Джунипер. До того, как она оставила от них лишь оболочку их прежних «Я».

Костлявые и напуганные, но готовые защитить друг друга. Готовые защищать тех, кого должны были. Как я.

Не думала, что могла сочувствовать им. Не после всего, что они сделали.

– Знаю, они были бельмом у тебя на глазу, но дай мне попробовать достучаться до них. В последний раз. – Я положила руку на напряженное предплечье Хэвока.

– Если они хоть как-то попытаются навредить тебе, я уничтожу их. – Он сделал небольшой шаг назад.

Я вздохнула, собрав все возможные силы, которые были, и попросила моих волчицу и Золотце помочь. Ведь в этой проклятой собаке была сила, несмотря на то, что ее против моей воли засунули в мое тело.

Киран шел впереди, но я не думала, что он был тем, на кого я смогу повлиять.

Я перевела взгляд направо, где стоял мой старший брат.

– Ричард. Ты сейчас не тот, кем являешься на самом деле. Ты никогда таким не был. Помнишь, как ты защищал меня и Шипли? Прятал нас от ее гнева? Помнишь, ты украл для нас еду, потому что мы могли убежать надолго? Ты был самым сильным из нас, у тебя было сердце дракона, и ты похоронил его, точнее, они похоронили, в твоем пиве. Но я всегда знала, что буду в безопасности рядом с тобой, потому что ты противостоял ей, а она не знала, что делать с твоей силой. Вот почему она подтолкнула тебя к выпивке. Чтобы притупить все чувства, эмоции и характер, – проговорила я.

Потом я повернулась к Шипли, но в его глазах ничего не было. И все же я решила попытаться.

– Ты держался дольше всех, Шип. И ты был моим лучшим другом. Я думала, мы будем прикрывать друг друга и противостоять миру вместе. Мы работали вместе, находили пути, как сделать то… что она хотела, даже если приходилось платить цену нам.

Лицо Кирана было суровым, глаза такими же мертвыми, как у Шипли. Словно его вовсе не было внутри тела. Будто бы Джунипер смотрела на меня его глазами.

– Я бы пошла на войну ради всех вас. Я бы вышла с тобой против нее. Даже если бы мы умерли, то сделали бы это как семья, а не как разрушенное нечто, не имеющее ничего общего с семьей. В стае царит бардак. Посмотрите на связи между нами. Они… они уродливые. – Я покачала головой.

Теперь, когда я остановилась, чтобы посмотреть на них, то рассмотрела наши связи получше. Они превратились в открытые раны, из которых капал яд и гной.

Лицо Кирана не дрогнуло. У Шипли тоже, что меня удивило. Я верила в то, что он сможет прийти в себя.

Но именно Ричард посмотрел в мои глаза ясным взглядом.

– У нас не было выбора, Син, – сказал он.

– Что… Что ты имеешь в виду? – Я почувствовала, как сердце неожиданно кольнуло. Он не произносил моего имени уже много лет.

– Думаешь, мне хотелось бросать тебя в реку? Как еще я мог освободить тебя? Это было последнее, что я мог сделать, дабы уберечь тебя от нее. От него. – Ричард наклонил голову, когда Киран зарычал на него, призывая заткнуться.

Освободить меня.

– Я говорил ему, куда стрелять в тебя, – продолжил он. – Говорил, как ударить, зная, что так ты выживешь. Я позвонил в больницу и намекнул им, что надо подготовиться к пациенту с отравлением серебром. Я отправил этих охотников в твою сторону. Дозвонился Петунье и попросил о помощи. Я знал, отец у нее, – объяснил он.

– Тогда почему сейчас?.. – мое горло сжалось, а глаза наполнились слезами. Этого… просто не могло быть. Он грустно улыбнулся.

– Слишком глубоко, малышка. Мы все погрязли слишком глубоко во всем этом. Ее когти впились в наши позвонки, а заклинания опутали нас и теперь контролируют. Мы не можем освободиться от этого. Даже для тебя, пап, – он наклонился и провел рукой по Марсу.

– Еще не поздно, мой мальчик. Этого просто не может быть. – Марс издал тихое мяуканье и склонил голову.

– Поздно. Демоны, которых она приставила к каждому из нас… Теперь их невозможно уничтожить. – Ричард вздохнул.

Мне хотелось схватить его, обнять, закричать, что он все еще мой брат. Что, несмотря ни на что, я