Крис Уэнрайт - Золотой павлин Сабатеи

Мечта колдуна о перстне с золотым павлином буднично и просто умерла вместе с ним.

Когда киммериец шел по тихим уже улицам Шангары, он был спокоен как человек, полностью выполнивший свою задачу. Один только вопрос слегка забавлял его: интересно, кто проснется раньше, шандаратские мастафы или незадачливый хозяин таверны?

Глава шестая

По пыльному облаку, поднимавшемуся впереди, варвар догадался, что догоняет группу всадников. Он немного придержал коня и подождал, когда дорога, изогнувшись вокруг склона горы, откроет вид шагов на триста-четыреста от него.

– Всего три человека!- сосчитал он всадников.- Уж не Хафар ли это возвращается из Хоарезма?

Он пустил коня в галоп и скоро нагнал группу. Действительно, это был Хафар, сопровождаемый двумя охранниками. Узнав киммерийца, они придержали своих лошадей, и визирь, привстав на стременах, громко и торжествующе провозгласил:

– Так и есть, варвар, Джунгир-хан был прав!

Конан поравнялся с ним и, не проявив особой радости по поводу сказанного, спросил:

– В чем прав?

– Как – в чем?- удивился Хафар. В голосе зазвучали те же надменные нотки, что и у его повелителя.- Как это в чем? Да в том, что визирь Хоарезма просто не захотел иметь дело с таким, как ты!

Варвар усмехнулся. В который уже раз слышал он слова о том, что происхождение и положение не позволяют ему говорить с сильными мира сего на равных? Пожалуй, это уже начинало ему надоедать.

– Как насчет войска?- поинтересовался он.- Поможет?

– Не сомневайся!- важно ответна Хафар.- Завтра подойдет целый полк.

– Что ж,- не сразу ответил киммериец,- этого нам должно хватить вместе с моими головорезами.

– С какими еще головорезами? – не понял визирь.

– Обещали набрать в Самарре и Аките человек двести-триста лихих ребят.

– Фу!- поморщился Хафар.- Опять этот сброд?

– Почему сброд?- не согласился с ним киммериец.- Они всегда бьются не хуже солдат, лишь бы платили вовремя.

– Ну, а еще что новенького?- спросил визирь.

– Да так, ничего особенного,- ответил варвар,- вот только Джунгир-хана зарезали.

– Зарезали?…- переспросил Хафар, но варвар не услышал ни особенного удивления, ни горя в его голосе.

«Ну и народец в этой гнусной Замбуле! – подумал он.- Не успеешь глазом моргнуть, как каждый сучий мешок с дерьмом продается кому ни попадя!»

– Угу,- подтвердил киммериец довольно равнодушно, как будто речь шла о погоде,- Мусаиб подослал к нему убийцу.

Говоря это, он украдкой взглянул на визиря. Интересно, как он воспримет новость? Хафар резко натянул поводья.

– Кто тебе сказал?

– Да сам убийца и сказал,- спокойно пожал плечами Конан.- Ты же понимаешь, в умелых руках любой запоет.

– Послушай, киммериец…- Хафар наклонился к нему поближе. Он покосился на всадников, которые ехали впереди, и прошептал:- Давай еще поотстанем, надо поговорить…

– Ладно.- Киммериец попридержал коня.

– Теперь, когда Джунгир-хан умер… – начал визирь и посмотрел на варвара.

Тот ехал рядом, даже не глядя на Хафара. Когда визирь замолчал, Конан вопросительно взглянул на него:

– Продолжай, что замолк? Я тебя слушаю, высокочтиый.

– Теперь положение изменилось, и остался один законный претендент на трон – Мусаиб!

– Ничего себе законный! Убийца и сукин сын.- Варвар уже в открытую издевался над Хафаром, но тот все еще ничего не замечал.

– Перестань так говорить о благородных людях! – возвысил он голос.- Этот убийца соврал тебе от страха, а ты ему веришь!

– Скелет он поганый, хоть и из благородных! – фыркнул в ответ Конан. Он с трудом сдерживал смех, и одновременно ему страсть как хотелось размазать этого Хафара о каменную скалу.- Только он зря воображает, что его богомерзкие поступки сойдут ему с рук.

– Ты что это говоришь?- Хафар подумал, что ослышался.- У тебя мозги не на месте, одно слово – варвар.

– А вот ты разговорился не в меру!- остудил его пыл Конан.- Пока ты еще не визирь Мусаиба. Ты ведь на это место метишь?

– Я и тебе предлагаю перейти к нему на службу,- миролюбиво сказал Хафар, покосившись на киммерийца.- Все равно теперь надо менять господина.

– Быстро же ты забыл своего повелителя!- упрекнул его варвар.

– А хоть бы и так!- огрызнулся Хафар.- Ничто не вечно в этом мире.

– Правильно,- согласился Конан.- Я тоже так думаю.

– Вот и подумай!- повернулся к нему Хафар.- Тебе осталось на размышления три дня!

– Что же будет через три дня?- прикинулся непонимающим киммериец.

– Через три дня сюда прибудет сам Мусаиб!

«Не прибудет,- ухмыльнулся про себя варвар.- Через два дня я вышибу из него дух, чего бы это мне ни стоило, клянусь Солнцеликим Митрой!»

– А что будет с Испараной?- спросил он, чтобы полностью утвердиться в своих подозрениях.

– Мусаибу она не нужна,- отрезал Хафар.- Можешь забирать ее себе. Остаток пути они проехали молча. Каждый думал о своем, и если визирю мнилось блестящее будущее при дворе нового правителя Замбулы, то у киммерийца заботы были посерьезней. Он пытался придумать, как ему пробраться в Хоарезм к скелету-визирю, разобраться с ним, да еще и уцелеть. Задача, что и говорить, не из простых.

– Ну, как твои дела?- встретила его вопросом Испарана, когда он спрыгнул с коня.

– Мои – хорошо,- обнимая ее, ответил варвар,- да и Хафар принес неплохие новости.

Визирь важно прошествовал в шатер, крикнув по пути:

– Давайте обедать, я жутко проголодался в дороге!

Киммериец и Испарана вошли вслед за ним. Визирь, видимо, размечтавшийся сверх меры, пока ехал в лагерь, процедил сквозь зубы:

– Теперь в этом шатре буду жить я. До приезда Мусаиба, конечно,- поправился он.

– Почему это ты?- не поняла Испарана.- Это же шатер Джунгир-xaна!

– Джунгир-хан мертв,- отрезал Хафар.- Теперь я здесь за главного.

– Ты что, заболел?- удивилась Испарана и повернулась к варвару:- Значит, ты ему ничего не рассказал?

– Зачем?- усмехнулся киммериец.- Наш благородный друг все решил сам. Разве ты не видишь, как он раздулся от важности, как индюк?

Испарана вскрикнула. Она все поняла.

– Ты что же, мерзавец?- Она сделала несколько шагов к визирю, на ходу вынимая меч из ножен.- Поганый предатель!

– Постой!- Если бы варвар не перехватил ее руку, голова Хафара катилась бы уже по полу.- Сейчас разберемся, клянусь Светлоликим!

Хафар вскочил на ноги и прижался к полотну шатра:

– Конан! Убери от меня эту безумную бабу!

Киммериец отпустил Испарану и расхохотался так, как давно уже не смеялся.