Таланты, которые нас связывают - Кэролайн О’Донохью

его называем, – это, по сути, и есть главная тема исследований Манон. Поэтому я ждала, пока она приедет. Не хотела разрабатывать случайные теории, которые только запутают нас и направят по ложному следу.

Ро строит странную гримасу, как будто не до конца уверен, что мы сейчас не идем по ложному следу. Нуала встает и наполняет чайник.

– Послушаем, что скажет Манон.

Но при этом она не разрешает Манон начинать, пока каждый не получает по чашке чая густого красного цвета. Я потихоньку глотаю горячий напиток, разглядывая хрупкий фарфор со сколами. В этот момент я даже не знаю, что мне хочется узнать сильнее: кто отец Манон или что такое магический Колодец.

Покончив с чаем, Манон приступает к объяснениям.

– Я, конечно, не ожидаю, что кто-то из вас поймет все сразу, – начинает она. – Но попытаться, наверное, стоит.

В конце фразы интонация ее повышается, и кажется, будто она задает вопрос. Трудно понять, ожидает ли она ответа.

– Кто-нибудь из вас когда-нибудь черпал воду ведром из колодца?

Мы переглядываемся. Очевидно, это вопрос, требующий ответа.

– Нет, – неуверенно отвечает Ро. – Но, думаю, мы все… знакомы с общей концепцией.

– Ведро опускают в воду, в него наливается вода, ведро с водой поднимают… Верно? – предлагает свой вариант Фиона. – Ведь так устроены колодцы?

– Представьте себе колодец, только такой, в котором вместо воды на дне магия, – продолжает Манон. – Или как вам это больше нравится называть: магия, энергия, ци… чистая кровь Вселенной.

Мы слегка смущенно переглядываемся. Особенно при словах «кровь Вселенной».

– Такие колодцы есть повсюду в мире, и, по моему мнению, их гораздо больше, чем надеются найти исследователи.

Она то и дело поворачивается в сторону, словно обращаясь не к нам, а к кому-то в вечерней тьме снаружи.

– Некоторые из них небольшие и неглубокие, – продолжает она, поигрывая золотой цепочкой на шее. – А некоторые очень глубокие и огромные.

Ее слова пробуждают у меня воспоминания.

– Так все эти рассуждения о магии в Килбеге, которая входит в меня, а затем выходит в мир – это про такой Колодец? – задумчиво спрашиваю я.

Нуала кивает, берет стопку с ярлычком «Колодцы» и протягивает ее Фионе.

– В Южной Америке много маленьких Колодцев. По крайней мере пара Колодцев на Филиппинах, Фиона, – неожиданно заявляет Нуала, будто зачитывая вслух любопытные факты из викторины. – Много их в Китае. Более сотни разбросаны по материковой Европе. И непропорционально много в Ирландии, если учесть размер и население этого острова.

На слове «Ирландия» она делает особое ударение, и мы все понимаем, что должны уделить повышенное внимание именно этому факту.

– А когда вы говорите «Колодцы», вы ведь не имеете в виду Колодцы в буквальном смысле? Ну, типа, такие каменные сооружения с ведрами? – решает спросить Фиона, перелистывая страницы.

– Нет, это Колодцы не в буквальном смысле, – кратко отвечает Манон. – Их нельзя увидеть глазами. По крайней мере на этом плане реальности. Но если знать, что искать, то по некоторым признакам можно определить, что находишься рядом с таким Колодцем.

– По каким признакам?

– По движущимся статуям, – отвечает Нуала. – По многочисленным женщинам с детьми-близнецами. По домам, в которых постоянно пропадают какие-то вещи, например пальто, хотя хозяева всякий раз вешают его на одно и то же место. В некоторых культурах охотнее признают существование таких Колодцев, чем в других. В большинстве случаев прибегают к религиозным объяснениям, что в целом неплохо, если тебе нравятся такого рода рассуждения.

Судя по тону Нуалы, ей лично такие рассуждения не нравятся.

– И вы сказали… что одно из больших таких мест есть и в Килбеге… то есть под Килбегом, – стараюсь сопоставить я вместе все факты.

– Я никогда не была в этом уверена. Это была одна из теорий, объясняющих, почему… все происходит так, как происходит. А когда объявились вы, дети, со своими способностями, и эти чокнутые «Дети Бригитты»… я написала Манон во Францию. Потому что она как раз занимается такими Колодцами.

– Вместе со своим… отцом? – рискует Фиона, отчаянно желая получить ответ.

– Общим для всех Колодцев является связь с сенситивами, – говорит Манон, полностью игнорируя предыдущий вопрос. – Насколько я понимаю, ты одна из них?

Все глаза обращаются на меня, и мне вдруг становится ужасно неловко.

– Да.

– Ты уже проводник для этой магии, идущей в мир. Втягиваешь ее естественным образом. Но когда кто-то пытается превратить тебя в… в суперканал, забирающий всю магию из Колодца сразу, то Колодец сразу опустошается, и вместе с ним и ты.

– А поскольку и все остальные связаны с Колодцем, то все вы тоже в опасности, – добавляет Нуала, грустно улыбаясь. – Вот почему, скорее всего, следили за Лили. За Ро и Фионой, вероятно, тоже следят. Они хотят оценить ваши возможности, рассчитать, сколько можно будет получить.

– Мама сказала, что ты вызвала дух мести, – говорит Манон. – Духа мести в виде женщины? Правда? А потом прогнала ее?

– Домохозяйку? Да.

– Ты слышала когда-нибудь выражение… – она делает паузу. – О том, что если поймать большую рыбу, то это все равно, что порвать сеть.

– Нет, – отвечаю я и думаю про себя: «СЛАБУЮ РЫБУ ВСЕГДА ДОБИВАЮТ».

– Наверное, этот город давно уже стоит поверх этого Колодца. Наверное, никто этого раньше не замечал. Но когда ты вызвала дух мести, а потом победила его, то устье Колодца расширилось. Понимаешь? Как воронка, которая продолжает расширяться.

– Колодцы… Воронки… – повторяет Фиона недоверчиво.

– Это такая метафора, – говорит Нуала, стараясь примирить всех.

– Две метафоры, – уточняет Ро. – Метафора воронки и метафора Колодца.

Его замечание, похоже, немного сердит Манон, и она сухо продолжает:

– Магия предпочитает, чтобы ею пользовались понемногу те, кого она выбрала. Чем больше пользуются магией, тем больше ее становится и тем жаднее становятся люди в своем желании владеть ею.

Нуала подходит к массивному чайнику и наполняет наши фарфоровые чашки до краев. Ро хмуро вглядывается в свою чашку, и я не могу понять, чем сейчас заняты его мысли.

– Там, где есть Колодец, есть и сенситивы, чтобы черпать магию, – продолжает Манон. – Присосавшись к ним, можно выкачать всю магию для себя.

– Присосаться ко мне? – перебиваю я таким высоким голосом, что он похож на визг. – Ко мне?

– Думаю, Мэйв, Аарон давал тебе три возможности стать каналом добровольно, – говорит Нуала, кладя руку мне на плечо. – А когда ты отказала ему – то есть ему с «Детьми» – то он решил действовать силой. Вот почему ты чувствовала себя плохо. Поэтому угасает твоя магия. Она протекает сквозь тебя, как вода, вымывая и твои собственные силы.

– Аарон, – машинально повторяю я его имя, ошеломленная всей этой свалившейся на меня информацией.

Мне даже кажется, что