Не рой… - Ева Витальевна Шилова

Ах, вот оно в чем дело! Ну, правильно, кивнула Милла сама себе головой. После такого тебя остается только посылать.

– Но у меня их правда не было!

Ой, идиот! Милла аж прижмурилась в своем убежище. И Машка, как будто прочитав ее мысли, прошипела:

– Не понимаешь?! Тебя ведь именно это интересовало, а не я сама! Ты хоть осознаешь насколько это оскорбительно, когда тебя тащат в койку, но при этом в лицо говорят, что дело не в тебе, а в желании обзавестись экзотическим сексуальным опытом! С обладателем кожи непривычного цвета?!

«Гремлин» замолчал, видимо, задумавшись. Интересно, до него дойдет, начала прикидывать Милла, или нет? Или нет. Потому что следующая фраза стала могильной плитой над любыми его просьбами:

– Ну, какая тебе разница? От тебя же не убудет…

А ведь он действительно не понял, за что ему прилетело по физиономии. Правда, тогда и Милла еще не смогла бы максимально верно сформулировать причину. А вот сейчас, попав в ситуацию как у Машки, она могла точно сказать, почему подобный подход проходит по разряду безнравственных.

Да потому что от меня убудет! – очень хотелось заорать ей в ответ разным просителям. – От меня убудет чувства собственного достоинства! От меня убудет ощущения свободной в выборе личности! Вы, когда эту фразу произносите, даже не понимаете, что пытаетесь низвести меня до уровня говорящей игрушки, у которой нет и не может быть собственных желаний и силы воли, а есть только готовность выполнять чьи-то хотелки! А я – не бесправный кусок мяса! Я – человек! Свободный человек!

Так что – нет, она сама будет решать с кем отправляться в постель. И никаких служебных романов! Еще не хватало услышать, как кто-то из сослуживцев со смаком обсуждает ее «буфера и задницу»! И после очередного неприятного разговора с очередным надоедалой из охранников, Милла призадумалась как бы ей решить проблему периодических развлечений, не привлекая никого из знакомых. Ответ оказался прост – танцевальные залы. Причем, желательно, подальше от управления.

Идея себя оправдала, найти на танцах любителей легких, ни к чему не обязывающих отношений оказалось просто. И почти каждый девятый вечер в дэции Милла посещала танц-залы, строго следя за тем, чтоб они не повторялись. И партнеров старалась выбирать из тех, кто способен либо отвести ее к себе домой, либо оплатить номер в ближайшей гостинице. Никакого быстрого перепиха в захламленных подсобках и темных переулках, себя уважать надо. Нет, нарваться на неприятности она не боялась, чего ей, в сущности, бояться с ее-то усиленным гравом? Либо сама помощь вызовет, либо грав взвоет на все управление. Да и случайные партнеры не были заинтересованы в нарушении стандартной программы развлечений. Зачем? По взаимной договоренности сошлись, без претензий поутру расстались. Забеременеть она не сможет, венерические болезни тут повывели, так что живем и наслаждаемся жизнью!

И во время редких командировок почти всегда вечером в гостиничных барах находились скучающие особи мужского пола, готовые предоставить в ее распоряжение себя и свой номер…

Возможно, Милла и торопилась получать удовольствие от жизни, но причина на это у нее была. Это тариане живут более ста лет и легко дотягивают даже до полутора сотен, а ей, с учетом земного генного набора, подобное счастье не светит. А бабий век короток… вот и приходилось торопится, чтоб успеть урвать свой кусок женского счастья. Но с возрастом такие эскапады начали надоедать. И теперь она все чаще задумывалась над тем, что ей хочется стабильности. Тем более, что и годков крепко за тридцать, вернее под сорок, и собственный удобный дом имеется… так зачем мотаться по гостиницам? Но тут встала другая проблема.

Где будем брать постоянного ухажера? Такого, чтоб устраивал в койке. Такого, чтоб не раздражал по жизни. Такого, чтоб его можно было в любой момент безнаказанно выпереть из дому и из жизни и забыть. А с возрастом-то становишься требовательнее и циничнее, невесело ухмыльнулась Милла. Не дамский у тебя подход к решению проблем, подруга… Потому что, становясь старше, она осознала наличие еще одной собственной (или общей?) проблемы. Вот не попадались в ее цепкие лапки до сих пор такие мужчины, чтоб общение с ними ее полностью устраивало во всех смыслах. Обязательно образовывался перекос: либо в койке великолепен, но как откроет рот – косноязычный ПТУшник; либо замечательный собеседник, но ни малейшего сексуального желания не вызывает. Вот как так-то?

Взять, хотя бы ее напарника, Коре, ну умница же, собой хорош, лучший ее друг здесь… то-то и оно, что только друг… Ну не может она его даже мысленно попробовать перевести в категорию одноразового партнера, не говоря уже о статусе постоянного сожителя… Эх, и как же так получается, что всех окружающих мужиков, кроме абсолютно игнорируемых особей хочется поделить на два разных несовпадающих класса: либо трахать, либо дружить… Милла, конечно, верила в теории, что бывают такие универсальные мужчины, объединяющие в себе все возможные достоинства, что они где-то точно водятся, но видимо места их гнездования не совпадали с местами ее охотничьих угодий…

Так что с поисками отдельно проживающего, но стабильно появляющегося партнера пришлось отдельно помучиться. И не сказать, чтоб розыски были такими уж успешными. Казалось бы, чего проще? Найти незанятого кавалера, предоставить ему возможность регулярно появляться в уютном отдельном домике с симпатичной хозяйкой для приятного времяпрепровождения без никаких дополнительных обязательств. В очередь должны бы вставать! А нет.

Выяснилось, что количество подходящих именно ей партнеров весьма невелико. И чаще всего это оказывались женатые тайры, которые почему-то полагали, что они ее отдельно осчастливят рассказами как они неудобно себя чувствуют, изменяя жене, святой женщине! Милла как-то раз даже спросила одного из них, зачем он именно ей плачется, покаялся бы уже перед своей святой женщиной, толку было бы больше, но в ответ получила только невнятное заявление на тему «тебе не понять…» Куда уж ей. И очередной понятливый был изгнан из ее жилища.

А потом в ее жизни появился Несс. Парень работал курьером и принес ей очередной букет от очередного любовника. Милла не обрадовалась. Возможно, потому, что ничего похожего на сомнения, с которыми выбирали цветочные композиции посетители давно забытой лавки тайры Хермансон, у дарителя не было. Он выбрал цветочный магазин (скорее всего ближайший к дому), оплатил товар с регулярной доставкой (скорее всего на определенный период, потому что за оптовую покупку предоставляется десятипроцентная скидка) и перестал принимать участие в думах о том, чем ее порадовать. Он