Мастер душ. Том 4 - Илья Ангел

Я же специалист по травам и плодово-огородным культурам. Хм… корень горечавки, вытяжка из печени демонической жабы, возьми, кстати, на вооружение, вдруг понадобиться, и ты будешь знать, где достать этот весьма спорный ингредиент. Так, споры гниющего трутовика… и что-то ещё, очень знакомое. Похоже на фиалку для аромата. В общем, по отдельности, это слабительное, рвотное и слабый нейротоксин в одном флаконе.

Я посмотрел на миску. Никаких записок и никаких инструкций. Только немой приказ в виде этой зловещей жидкости. Тактика мастера ядов была ясна: не спрашивай и делай. Поймёшь — выживешь и чему-то научишься. Не поймёшь — станешь удобрением для его сада трав.

— Похоже, если ты это не выпьешь, то останешься без завтрака и, возможно, без уважения своего дедули, — проговорив это, Павел замолчал, явно ожидая от меня каких-либо действий.

Сжав зубы, я взял миску и залпом выпил то, что было в ней налито. Огонь хлынул по пищеводу, ударил в желудок, и комната заплясала перед глазами. Я схватился за спинку стула, чувствуя, как волна тошноты подкатывает к горлу. Я открыл глаза, понимая, что мир и окружающая меня действительность стали чётче. Я видел каждую трещинку на каменном полу, слышал скрип приближающихся шагов где-то далеко в коридоре и гулкий, учащённый стук собственного сердца.

— Ничего себе, — протянул Павел. — Похоже, в этом тошнотворном коктейле нейротоксин работает не как подавитель, а как стимулятор! Временно обостряет все нервные окончания и чувства. Так, нужно срисовать рецептик, чтобы не забыть о таком потрясающем средстве.

Дверь бесшумно распахнулась, и я резко обернулся, глядя на стоящего в проёме Владимира Уварова. Его взгляд скользнул по пустой миске, задержался на моём лице, после чего он удовлетворённо кивнул.

— Идём, — бросил он через плечо, выходя из помещения. Я последовал за ним.

Мы спустились вниз и пошли по коридору в противоположном от кузницы направлении, заходя в полутёмное и просто огромное помещение, стены которого были буквально покрыты многочисленными полками, нишами и стеллажами, заполненными разными алхимическими приспособлениями, банками с травами и какими-то ингредиентами.

Запах здесь был настолько тошнотворным, что выделить, чем именно пахло в этом помещении, вообще не представлялось возможным. Скорее всего, всему виной был тот усилитель, который в меня влил Уваров.

Сделав несколько шагов, мы подошли к массивному каменному столу, на котором лежало всего три предмета: грязный, скрюченный корень, напоминающий человеческий эмбрион; в стеклянной банке, судорожно извиваясь, ползала жирная, многосегментная тварь с ядовито-алой головой; и небольшая горсть ягод синего цвета, покрытых каким-то странным инеем.

— Это твоё первое испытание, — голос деда прозвучал гулко.

— Первое же уже было, — попытался возразить я, рассматривая то, что лежало на столе. Я понятия не имел, что это всё такое, и даже представить не мог, что именно захочет от меня получить дед.

— Каждый из этих объектов содержит яд, — проигнорировав моё замечание, проговорил князь Уваров, глядя пристально на меня. — Добудь его, без инструментов и магии. Используй только то, что найдёшь здесь. Одно неверное движение — и яд окажется в тебе. Лечить не стану. Мёртвые ученики — плохие ученики.

Проговорив это, он развернулся и вышел из помещения, закрыв за собой дверь. Просто отлично. Интересно, где был мои мозг, разум и инстинкт самосохранения, когда я соглашался на эту авантюру. В принципе, быть императором не так уж и плохо, если тщательно подумать.

— Слушай, а он мне начинает нравиться, — воскликнул Павел с каким-то детским, неприкрытым восторгом. — Это же самая настоящая старинная школа. Выживешь — станешь сильнее, не выживешь — твои проблемы. Обожаю эту простую и элегантную философию!

— Ты знаешь, что это? — спросил я у восторженного перстня.

— Разумеется, — презрительно фыркнул Павел. — Так, этот страшный корень — явно мандрагора. Её крик сводит с ума, а сок останавливает сердце. Трогать голыми руками нельзя. Многоножка — это не ботаника, но я могу посмотреть… Вот, нашёл, — зашелестел он страницами. — Железы на её голове вырабатывают нервно-паралитический яд. Если укусит, то будешь два часа наблюдать, как у тебя отказывают конечности, прежде чем задохнёшься. Ягоды похожи на болотную смородину, ну ту, которая пропитана демонической энергией. Сок мгновенно кристаллизует ткани. Красиво и очень больно. Можешь попробовать, я никогда не видел, как она работает.

Я медленно подошёл к столу, осматривая эти ингредиенты. Нужно было подумать. Дед сказал, что нужно работать без инструментов. Но, что в этом месте и для него самого не считалось инструментом? Мой взгляд скользнул по полкам. Ничего подходящего не находилось.

— Ягоды! — почти выкрикнул Павел. — Их холод можно использовать. Можно усыпить многоножку, чтобы она не кусала, и безопасно вытащить из неё яд.

— В принципе, можно попробовать, — задумчиво проговорил я. — Не так я, конечно, представлял себе первый день обучения.

Я взял одну синюю ягоду, нашёл на полу два плоских камня и раздавил её между ними. Выступивший сок я осторожно вылил в банку с многоножкой. Через несколько секунд её движения стали вялыми, а потом она замерла, покрытая тонким сизым налётом. Я снял крышку и аккуратно вытащил оцепеневшее существо. Надавил на голову, откуда выступила крохотная капля маслянистой, жёлтой жидкости. Я собрал её на обломок скорлупы, валявшийся в углу.

— Так, теперь корень…

— Его тоже можно заморозить, — прикинул я план своих дальнейших действий и сразу же приступил к его исполнению.

Используя ту же раздавленную ягоду и крохотную каплю её сока, я обработал кончик корня мандрагоры. Место стало холодным, почти онемевшим. Острым краем скорлупы я сделал тончайший надрез и выдавил несколько капель белесоватого сока в пустую ракушку.

Дверь отворилась, и в комнату зашёл князь Уваров. Он подошёл ко мне и внимательно посмотрел на меня, после чего склонился над столом.

— Медленно, — произнёс он наконец. — Неэффективно, но для первого раза сойдёт.

И затем, быстрым, неожиданным движением, он взял скорлупку с ядом многоножки и плеснул мне прямо в лицо.

Я инстинктивно отпрыгнул, зажмурился, но холодные капли уже коснулись кожи. Я ждал как минимум боли, но ничего не произошло. Только лёгкое, мятное охлаждение.

— Настоящий яд ты не добыл. Ты усыпил тварь, а не заставил её защищаться. То, что ты получил — это бесполезная водичка. Вечером повторишь всё без ошибок, — холодно проговорил он, а я начал потихоньку понимать, почему отец с дедом не слишком ладили между собой. Да и, в принципе, решение деда покинуть империю и стать отшельником мне уже не казалось таким абсурдным, даже когда война с демонами была в самом разгаре.

— У меня нет базовых знаний, как я могу соответствовать вашим требованиям, не зная основ? — процедил я, вытирая капли