Призыватель нулевого ранга. Том 6 - Дмитрий Валерьевич Дубов

Показывай, куда ехать, — сказал я Агунару. Тот сидел рядом со мной на пассажирском сиденье и молчал. Но, благо, до приличного шоссе отсюда была только одна дорога. По ней я пока и ехал, но всё-таки поглядывал на своего спутника. Мало ли, что он надумает. Вдруг он сейчас решит, что я несу угрозу его королю, и всё-таки решит меня застрелить.

Вот чего-чего, а духу у него точно хватило бы. Это я мог сказать с полной уверенностью.

Так он и сидел, ни говоря ни слова, до тех пор, пока мы не выехали на дорогу. Я рассчитал, что мы приехали справа, поэтому повернул налево. Дорога была пустынной. Автомобили тут практически не ездили, несмотря на то, что в другие времена, возможно, лет двадцать назад, движение по шоссе было очень плотным.

Дело в том, что если острова находятся в блокаде, то вряд ли у них есть достаточно средств, чтобы покупать или производить достаточное количество бензина. Нет, какое-то топливо в любом случае здесь производят — на чём-то эти машины всё-таки ездят. Но я считал, что основные богатства распределяются только среди узкой прослойки властей предержащих. Простым людям, которые раньше и были основными пользователями этой самой дороги, теперь содержание автомобилей было не по карману.

И вот когда мы повернули в ту сторону, где, как я считал, располагается дворец, Агунар всё-таки начал говорить.

— Знай, — сказал он, — я хочу с тебя взять слово, что ты не причинишь никакого вреда королю.

— Нет, такого слова я тебе не дам, — сказал я прямо, и мой спутник напрягся. — Но, — добавил я сразу же, — мы с тобой разберёмся в ситуации. Если ты сам убедишься, что твой король повинен в сложившейся ситуации, ты не будешь мне мешать. Вот на этом я могу с тобой договориться.

— Хорошо, договорились, — практически сразу ответил Агунар и немного расслабился. — Но ты увидишь, что не прав. Я не знаю, с чего ты решил, что морское чудовище, которое терроризирует наши острова уже двадцать лет, вообще каким-то боком имеет отношение к королю.

Он на некоторое время замолчал, глядя в окно на пролетающий за ним пейзаж.

— Да, у него в своё время был питомец, но не такой страшный. Он был дружелюбным, даже детей катал. Как раз это чудовище его потом и сожрало. А король все эти годы посылал какие-то отряды, посылал других призывателей в надежде убить чудовище, чтобы ослабить блокаду. Но ничего не помогало.

Агунар посмотрел на меня и улыбнулся.

— Ты увидишь — это настоящий, заботящийся о своих подданных человек.

Речь Агунара была настолько горячей, что в какой-то момент мне даже захотелось, чтобы это было правдой. Только пет, сидевший теперь в кольце вместе с Йонером и Моуром, считал, что мой спутник очень сильно ошибается. Но я не хотел разводить споры именно сейчас — они были совершенно ни к чему.

Я не смогу переубедить столь фанатично настроенного человека. Это сможет сделать только он сам, да король, который зачем-то всё это замутил.

Мы должны были приехать к королю, и тот сам во всём признается своему герою. Да, Агунар получил даже два титула за то время, пока сражался с монстрами — «Палач» и «Герой», но это не значит, что у него нет головы и он будет отрицать очевидное.

— Кстати, — спросил я у него, — твои титулы дают тебе возможность посещать короля?

Тот покачал головой.

— Они дают мне практически любые преференции, — сказал он, — вот только не такие. Наш король давным-давно никого не принимает. Именно поэтому я удивился, почему он вообще приказал тебя привести к нему. Мне сразу показалось это неправдой — чем-то таким, чего не может быть.

— Я не совсем тебя понял, — проговорил я ему. — Чего не может быть?

— Чтобы он приказал привезти к нему чужого человека, — ответил Агунар. — Ни министры, ни другие люди не видят его. Только узкий круг самых приближённых слуг — человек, который приносит поручения ему и отправляет распоряжения короля непосредственно из дворца. И ещё пара служащих. Он живёт слишком замкнуто. Поэтому нет, думаю, мои титулы совершенно не помогут нам попасть внутрь.

— Ну, без проблем, — сказал ему я. — Мы решим этот вопрос как-нибудь иначе.

Агунар кивнул и снова задумчиво посмотрел в окно, а потом снова на меня.

— Наш король Генрих XVIII Верный, он настоящий защитник своего народа, — проговорил он, и я снова слышал в его голосе твёрдую убеждённость. — Понимаешь, когда-то, когда он только взошёл на престол сменив убитого короля, все думали, что он сдастся, что будет потакать врагам Островов. Но нет — он взялся стальными руками за внешнюю политику, за внутреннюю. Я же говорил: граждане при нём стали процветать. Жизнь многих людей наладилась именно при Генрихе XVIII.

Он тяжело вздохнул и снова отвернулся к окну.

— Но так уж получилось, что одна неприятность глобального характера следовала за другой, и поэтому… да, мы стали жить гораздо хуже. У нас есть только то, что мы вырастили или добыли у себя на островах — у нас совсем скудно с сельским хозяйством, с добычей полезных ископаемых. Да, мы живём бедно, но при всём этом король заботится о нас.

— Ну да, — сказал я, не сумев скрыть сарказм. — И в чём же эта забота выражается?

В том, что мы до сих пор живы, — горячо проговорил Агунар. — Король сражается. Пытается сражаться, с чудовищем. С этим неизвестным феноменом, который не позволяет самолётам летать над нашими островами. Он постоянно ставит задачи учёным, военным и так далее. Он делает всё, чтобы справиться с катастрофами, которые на нас обрушились. Когда открылись порталы. Он распорядился выстроить оборону — то есть он не забыл о нас. Он… он всё делает для своих граждан.

Последняя фраза Агунара прозвучала почему-то не столь убедительно, как могла бы. Я покосился на него и увидел, что, возможно, он сейчас убеждает сам себя.

Хорошо, — сказал я, — и откуда ты это узнал?

— Ну как же, — Агунар посмотрел на меня. — Нам постоянно об этом говорят по телевизору. Король старается для нас, делает всё, что от него зависит.

Кажется, моего спутника шокировали некоторые мои вопросы, зато для меня становилось всё более-менее понятно.

— А почему он живёт как