Дворец - Наталья Викторовна Бутырская

когда слуги принесли ему вещи из дома. Но не успел он разложить и половину свитков, как за ним пришли.

Это был уже знакомый евнух Бай.

— Прошу прощения, что отвлекаю, — сказал он высоким неприятным голосом. — Не затруднит ли мастера Ши пройти со мной на встречу с известной вам персоной?

Чиновник растерянно оглядел корзины с неразложенными еще бумагами и кивнул.

— Какой период времени интересует им… — Ши Хэй осекся, так как евнух приложил палец ко рту, намекая, что лучше вести себя осторожнее, — эту персону? Я возьму подходящие свитки.

— Ничего не нужно. Ваших знаний будет достаточно.

Евнух Бай вел мастера Ши узкими тенистыми проходами, судя по всему, предназначенными для слуг, пару раз они прошли сквозь дома, в которых, впрочем, никто не жил. В конце концов они остановились в крошечном саду, где чудом проложили узенький ручеек с игрушечным мостиком в два шага шириной. Миниатюрная беседка, в которой могли уместиться только два человека, была завешана розовой кисеей, и Ши Хэй мог видеть лишь силуэты людей.

Евнух Бай указал мастеру на скамью возле беседки, а сам отошел ко входу в сад.

— Мастер Ши.

Тот же переливчатый женский голос. Императрица!

— Благодарю за ваш визит. Жаль, что наша встреча так долго откладывалась.

Ши Хэй пробормотал благодарность и извинения. Почему он так робел в присутствии этой женщины?

— Вы сегодня видели моего супруга? Как он себя чувствует?

Растерявшись еще больше, мастер не знал, что и подумать. Неужто императрице не докладывают о состоянии ее мужа?

Она, словно подслушав мысли чиновника, добавила:

— Слуги берегут меня, не говорят всей правды, дабы не омрачать мои мысли. Но тревога за императора снедает меня гораздо сильнее.

— У вашего подчиненного нет таланта к лекарскому делу. Я видел, что правитель десяти тысяч лет всё ещё слаб, но он живо интересовался записями, слушал их и даже поделился с этим ничтожным частичкой своей мудрости.

— Хвала Небесам, они не покинули моего великого супруга! Еще у меня есть опасения, что окружение императора может воспользоваться его слабостью в своих целях. Мой супруг слишком мягок и добр к своим бывшим соученикам, позволяет им чересчур многое… — еле слышный всхлип. — Прошу прощения, мастер Ши, от горя я совсем забылась и сама не понимаю, что говорю. Но я присутствовала при ваших чтениях и поняла, что вы обладаете необыкновенными качествами. Только умный, справедливый и бесстрашный человек мог бы записать подлинную историю, без прикрас и без льстивых восхвалений. И при этом вы не забываете о приличествующих вашему положению церемониях. Потому мне важно услышать ваше мнение. Мнение человека со стороны. Не синшидайца.

Ши Хэй распростерся в низком поклоне.

— Этот ничтожный выполнит любой ваш приказ!

— Вы, как превосходный мастер предшествующих знаний, знаете о ближайшем окружении моего супруга больше, чем люди во дворце. Знаете их происхождение, прошлое, семьи, как они попали в Академию. Как думаете, могу ли я доверить им моего сына, наследного принца, если вдруг мой царственный супруг… Нет, я не смею сказать это вслух… Вдруг они захотят большей власти? Увы, я всего лишь слабая женщина, чьи слова никем не воспринимаются всерьез, но еще я мать, и не могу не думать о судьбе моего ребенка.

Ее голос то замирал, то набирал силу. Она играла голосом, словно на музыкальном инструменте, и мастер совсем потерял голову от одних лишь звуков. Его попеременно захлестывала жалость к несчастной женщине, негодование по отношению к синшидайцам, восторг от похвалы, страх потери императора.

— Небесная государыня! Спешу вас заверить в полнейшей преданности синшидайцев Сыну Неба! Их верность настолько велика, что многие не вынесут тяжести утраты, которая, надеюсь, никогда не случится. Чета Цянь, скорее всего, оставит императорский город и будет доживать в тихости в родовом поместье Цянь. Ци Юминг и Цзинь Ляо, как и прочие министры из Син Шидай, продолжат выполнять свой долг и будут слушать верховного сына, как и его отца.

— А Ван Мэй? — резко спросила императрица.

Ши Хэй на секунду опомнился, но она тут же зажурчала, убаюкивая сознание мастера.

— Глава министерства магии всегда подле моего царственного супруга и вмешивается в дела, которые не касаются ее непосредственных обязанностей. К тому же, как я слышала, в Академии она жила под одной крышей с императором Ли Ху. И меня беспокоит их столь тесная и давняя дружба. Госпожа Ван ведь до сих пор ни разу не была замужем. Во дворце ходят разные слухи.

— Ваш недостойный слуга не знает, что именно было между учениками Мэй и Теданем. Я наблюдал за ними последние дни, а также собирал сведения о них после выпуска Академии, и нигде не находил и намека на какие-либо отношения, выходящие за пределы дружеских и деловых. Хотя про любвеобильность императора Ли Ху ходит немало историй, ни в одной из них не говорится о госпоже Ван. Единственный воздыхатель, которого приписывают госпоже Ван, это безымянный герой, небесный посланник.

— Может, госпожу Ван больше привлекает власть?

— Ваш недостойный слуга не научился проникать в суть человеческой души. Самый яркий властолюбец в окружении Сына неба — это Джин Мэйху, но у него своя империя. Торговая. И он вряд ли захочет поменять «Золотое небо» на «Коронованного Журавля».

— Джин Мэйху… — задумчиво протянула женщина за тонкой кисеей. — Тот миловидный юноша с неестественно белыми волосами? Но он даже не чиновник.

— Лишь потому что сам не захотел. На деле же он советник императора Ли Ху и старый друг, а если бы пожелал, то смог бы занять достойное место в совете министров.

— Кого еще мне стоит учесть? — откровенно спросила императрица.

— Чжен Куан, бессменный генерал центральной армии. Он имеет влияние на все военные силы страны. Ясная Мудрость, преподаватель и глава Академии Син Шидай. Да и мнение Цянь Джи тоже играет немалую роль, хоть она и старается отстраниться от политики. Но я не придворный и не знаю всех нюансов.

— Ничего-ничего… мне интересен взгляд со стороны.

— И последнее. В Академии в одном доме вместе с госпожой Ван и императором Ли Ху жил некий юноша по имени Шен. И хотя он исчез в конце второго года обучения, вашему покорному слуге кажется, что он оставил глубокий след в их сердцах. Если Небесная государыня отыщет этого человека и привлечет на свою сторону, то приобретет значительного союзника.

— Как любопытно, — протянула она. — Благодарю за столь познавательную беседу, мастер Ши.

Она взмахнула рукой. К Ши подошел евнух Бай, протянул ему грубую глиняную чашку с чаем. Ши Хэй хотел было отказаться, но взглянул в глаза