Рассказы 21. Иная свобода - Владимир Румянцев

– Гек, слушай меня. Используй глаза, найди деда Сухожилу! Это легко, он в своем большом доме с сотней ножек.

Несколько минут молчания.

– Я вижу его. Он далеко уехал. Очень быстрый… И… я не понимаю, за ним несутся дома, много, может сто, может больше.

Вот дед! Все-таки смог. Нашел субстанцию, привлекающую самцов, гений.

– Гек, он ведет их к Городу. Они его разрушат, никто их не остановит.

– Он далеко, мне сложно следить за ним. Я сейчас слезу и сломаю дверь.

– Нет! Нет времени! Догони, останови его!

– Но я не могу тебя бросить, ты умрешь здесь!

– Я теперь бессмертная. – соврала я, – я не могу умереть.

– Но…

– У меня есть сила, я легко отсюда выберусь, – соврала я снова, – просто мне нужно время, а его нет.

– Я не могу без тебя, – снова заплакал Гек, – и я не знаю, что делать.

Я набрала воздуха в грудь, и мой голос загремел так, что его, наверное, было слышно и на другой стороне озера.

– Гек, слушай меня! Ты же хочешь, хочешь иметь значение? Спаси город, останови Сухожилу, и станешь значимым! Тебе больше не придется подсматривать за другими. Они сами захотят подсматривать за тобой. Сделай это, и твоя мечта исполнится!

– И… тогда ты полюбишь меня? – дрожащим голосом спросил Гек.

– Да, тогда я полюблю тебя.

Это была самая ужасная ложь. Геку не требовалось ничего делать, чтобы иметь значение. И уж тем более моему любимому мальчику не нужно было зарабатывать мою любовь.

– Подари мне свой глаз, – попросила я перед тем, как он ушел.

* * *

Дом разваливался, часть потолка рухнула мне на ногу. Что-то помешало плите полностью раздавить ее, но кости точно переломало, а главное, я никак не могла ее вытащить.

Руки я сумела освободить – дед связывал их наспех. Лежала, кусала губы от боли, пялилась в экран. Я не знала, как это работает, но подаренный Геком глаз транслировал туда все, что видел. Я сумела запустить его и даже правильно угадала направление.

Время от времени я отправляла глаз к мстительному деду. Его дом-многоножка развил поистине сумасшедшую скорость, разгоряченные самцы еле поспевали за ним. У меня было полно времени, я сочла их всех. Двести восемьдесят четыре дома. Чудовищная сила. Они войдут в город как в масло.

Все остальное время я смотрела на Гека. Он мчался вдогонку на своем смешном маленьком Ципике, и постепенно расстояние между ним и домами, преследующими деда, сокращалось. Но что сможет сделать Гек, когда догонит?

Гек не замечал мой глаз. Его губы все время были плотно сжаты, а на лице решительность – никогда раньше я не видела такого выражения у моего мальчика. Жарило солнце, и Гек сидел голый по пояс. На его теле не осталось ни одного глаза. Он все их разослал в разные стороны. Я не знала, что он искал, я не знала, что он задумал, я никак не могла ему помочь.

Дед мчался на север, Гек – за ним, постепенно он догонял самых медленных самцов. Но, вместо того чтобы прибавить скорость, он вдруг свернул на северо-восток. Припустил стрелой.

Я не понимала, что затеял Гек. Если он решил устраниться, то зачем так спешит? Хочет поскорее уйти из поля моего зрения? Но разве я стану его упрекать? Наоборот, я очень рада, что он не станет подвергать себя опасности. От Сухожилы можно ожидать чего угодно. Да и самцы эти сумасшедшие… Нет, правильно Гек решил – не нужно в это встревать!

Я говорила это себе и плакала – о тысячах, десятках, сотнях тысяч неизвестных мне жителей Солнечного. Возможно, и не все их них погибнут вскорости, но очень многие… Я лупила и лупила кулаком по полу, и боль придавала мне сил.

Между тем Ципик мчался, словно молния. Вдвое быстрее, чем дом Сухожилы. Гек сидел на крыше, зажмурив глаза, и я вдруг поняла – он не сбегает, с таким лицом не бегут. У Гека есть план.

Видеть того же, что и мой мальчик, я не могла. Но я могла послать глаз, подаренный Геком, вперед, по направлению движения. В отличие от Гека, я не чувствовала боли в глазах, хотя находилась вдали. Ведь я видела все лишь на экране рогатого ящика.

Я увела глаз так далеко, что чуть не потеряла Гека из виду. И наконец увидела его цель.

Такого поразительно огромного дома я еще не встречала. Высотой не меньше сухожиловского, а в длину… в длину он казался бесконечным. Я не удержалась и повела глаз вдоль рыжей стены с балконами, напоминающими полоски грязи. Долго. По моим прикидкам, если измерить длину этого «дома-зме́я» в моих башнях, их в него поместится штук пятьдесят, что примерно равняется двум километрам!

Дом-змей дремал, поджав под себя ноги. И это было хорошо – слишком сложно забраться в гуляющий дом, даже если он просто пасется. Впрочем, с помощью Ципика Геку и тогда удалось бы добраться до нижнего этажа…

Я вернулась к Геку и обнаружила, что Ципик совсем выдохся, его шатало, он еле волочил лапы, и казалось, вот-вот упадет. Мой мальчик это тоже прекрасно видел. Не доехав до самого-длинного-дома-что-я-видела примерно с километр, он остановил Ципика, торопливо слез по лесенке из ремней и, обняв напоследок металлическую ногу, со всех сил побежал к дому. Я вела глаз рядом, заглядывала Геку в лицо, и мое сердце сжималось от добрых и дурных предчувствий, хаотично сменяющих друг друга.

Наконец задыхающийся Гек припал к серой подъездной двери. Я подлетела и остановила глаз напротив его лица. И тогда Гек увидел меня.

– Ада, – я прочитала по губам, – Ада.

Он поднял руку и осторожно провел пальцем по моему веку. Да, по моему – в этот момент я явственно ощутила его прикосновение. А потом Гек улыбнулся и открыл подъездную дверь. Обернулся и помахал мне рукой. И прежде чем я успела влететь внутрь, он захлопнул ее прямо передо мной.

* * *

Долгое время ничего не происходило, дом-змей не двигался. Я лежала на полу, глядя в экран. Болела нога, ныло сердце. Сверху что-то падало. Время застыло.

И тут дом-змей вздрогнул всем «телом». Медленно, неуверенно приподнялся на передних ногах. За первой парой ног – вторая, за ней – третья, и так до самого конца.

Поднявшись наконец, он двинулся наперерез деду и его самцам. Я летела рядом. Время от времени я совершала вылет в сторону дома Сухожилы и бегущих следом самцов. Да, Гек сумел солидно опередить их, но если его длинный дом