Лоуренс Уотт-Эванс - За Василиском - Лоуренс Уотт-Эванс

- Один, несомненно, Шанг, маг, ответственный за сокращение населения Морморета. Остальные, как я понимаю, были разбойниками?

- Да.

- Вы оплакиваете потерю этих двенадцати?

- Любая смерть прискорбна.

- И всё же вы убили их.

- Я действовал в целях самообороны.

- И всё же вы убили их. Вы действительно можете не способствовать разложению и смерти?

Гарт на мгновение замолчал, затем ответил: - Я убил в целях самообороны. Вам не угрожает настолько серьёзная опасность, чтобы вы нуждались в защите василиска.

- Значит, вы не отдадите его?

- Нет, если только вы не убедите меня, что не станете использовать его для убийства.

- Но я могу сделать это, не раскрывая своих намерений.

Наступило ещё одно мгновение тишины, вернее, единственным звуком был равномерный стук дождя в окно. Мерцал отблеск единственной свечи. Наконец Гарт сказал: - Как?

- Клянусь сердцем и всеми богами, что у меня нет намерения использовать взгляд или яд василиска для убийства других. Когда-то эта клятва вас удовлетворила.

Гарт помолчал, раздумывая.

- Если этого недостаточно, то я ещё раз поклянусь Богом, чьё имя под запретом.

Гарт нерешительно сказал: - Меня предупредили, что вы - злое существо.

- А. Это Шанг предупредил вас?

- Да.

- А что есть зло? Возможно, я всего лишь выступил против Шанга, который уничтожил невинный город. В любом случае, даже злые существа не легкомысленны, и вы слышали мою клятву.

Гарт ничего не ответил. Ему стало немного стыдно, хотя он и не знал, почему.

- Не доставите ли вы сейчас василиска?

Гарт прочистил горло. - Да.

- Хорошо. Доставите его в конюшню при трактире. Я распоряжусь, чтобы приготовили место.

- Я всё ещё хочу кое-что узнать, - нерешительно произнёс Гарт.

- В самом деле?

- Я слышал, что вы живёте здесь уже несколько десятилетий, но никто не знает вашего имени.

- Это правда. Но вам не стоит беспокоиться.

- Вы на самом деле зло, как утверждал Шанг?

Наступила пауза, прежде чем старик ответил: - Я не знаю, что такое зло.

- Как ваше имя - то, которое вы никому не сказали?

- Когда-то меня звали Итилл - имя, которое, несомненно, ничего не значит для вас.

Для Овермана оно действительно оказалось пустым звуком.

- Вы поклялись не использовать василиска во зло. Гарт всё ещё пребывал в замешательстве, желая получить дополнительные заверения. Ответ Забытого Короля мало утешил его.

- У меня, конечно, меньше шансов навредить, чем у Барона… которому вы его передали.

Гарт начал было удивляться, откуда он это узнал, но потом сердито сказал себе, что старик, несомненно, слышал о таинственном шатре на рыночной площади и сложил три и три, когда Гарт сказал, что василиск находится в Скеллете. Как бы то ни было, замечание было, несомненно, верным. Оверман неловко поднялся со слишком низкого стула и, накинув на себя мокрый и рваный серый плащ, объявил: - Я приволоку его.

Старик ничего не сказал, а просто молча поднялся, с удивительной для столь преклонного возраста лёгкостью.

Гарт повернулся, чтобы уйти, но остановился. Ему пришло в голову, что в трактире могут быть солдаты - было бы дерзостью пройти мимо них. Кроме того, он пробыл вдали от Короса дольше, чем планировал, заблудившись под дождём на извилистых улочках, и ему хотелось убедиться, что боевой зверь сыт и чувствует себя достаточно комфортно.

Он стоял, чувствуя себя неловко, в нескольких футах от двери.

- Вы колеблетесь, - сказал Забытый Король.

- Да. Я хотел бы знать, есть ли здесь чёрный ход. Я не хочу снова проходить через трактир. Ваши горожане меня недолюбливают, а стражники служат Барону, который запретил мне посещать город.

- Ах.

- Кроме того, мне нужно позаботиться о боевом звере, прежде чем браться за василиска.

- Как пожелаете. Я ждал так долго; такая задержка мало что значит. К сожалению, отсюда нет выхода, кроме как через общий зал. Однако, возможно, вы захотите подождать, пока я не найду козу, чтобы вы покормили вашего боевого зверя, и прослежу, чтобы ваш путь был свободен.

- Я буду очень признателен. Гарт мог бы и дальше говорить о том, как он ценит внимание человека, которому согласился служить, но слушать его было уже некому: старик с труднопроизносимым именем уже ушёл. Оверман обратился к нему, надеясь, что его услышат только он: - Не могли бы вы привести двух коз?

Ответа не последовало, и в тусклой комнате воцарилась тишина, лишь доносился ровный стук дождя.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Ждать Гарту пришлось недолго; прошло, наверное, минут пятнадцать, когда Забытый Король появился в дверях, жестом приглашая Овермана следовать за ним. Он быстро вскочил с кресла, в котором ждал. По правде говоря, он был рад покинуть комнату, в которой в пыльном полумраке царила атмосфера, не дававшая ему покоя. За время ожидания он внимательнее изучил обстановку и заметил, что она более странная, чем ему показалось на первый взгляд. Под всеохватывающим слоем пыли дерево и обивка мебели, хотя и были видны, ощущались не как обычные материалы, с которыми Оверман был знаком, а как нечто неестественно гладкое и чуждое. То, что он поначалу принял за грецкий орех и чёрное дерево, имело зернистость, не похожую ни на одно известное Гарту дерево. То, что он принял за кожу и бархат, имело странную неправильную текстуру, и он был уверен, что ни одно обыкновенное животное не породило этого. Вся комната была какой-то неестественной, словно магическая иллюзия, и он с облегчением выбрался из неё в пустой, но вполне нормальный коридор.

Забытый Король довёл его до начала лестницы, затем повернулся и прошелестел: - Путь свободен. Трактир закрыт, а две козы привязаны у дверей конюшни.

Гарт кивнул. - Спасибо, - сказал он, нащупывая на поясе кошелек. - Сколько стоят козы?

- За них заплачено.

Гарт приостановился и внимательно посмотрел на старика.

Почти сразу же он пожалел об этом, так как мумиеподобные руки и скрытое лицо этого человека изрядно его нервировали. Он пожал плечами и оставил деньги в покое. Конечно, у Короля было более чем достаточно золота, чтобы заплатить, даже если он не счёл нужным использовать его во время предыдущего визита Гарта в Скеллет.

- Я ещё раз благодарю вас, - сказал он.

- Вы балуете этого зверя, - ответил старик.

- Лучше побаловать его, чем допустить, чтобы он стал неконтролируемо голодным.

- Возможно. Без лишних