Выбирай своих врагов - Сэнди Митчелл

двух очередей хоть один болт да угодит в цель, они бы точно попали и спустили бы меня с небес на землю. Но они потратили несколько бесценных секунд на прицеливание[107]. Так что, думаю, я был удивлён не меньше моих врагов, когда ведущий аэромобиль разнесло на части прямо в воздухе целым шквалом эльдарских сюрикенов.

— Я нашёл пропавших эльдаров. — Воксировал я Кастин, хотя, пожалуй, точнее было бы сказать, что это они нашли меня. Тройка тяжёлых реактивных мотоциклов с пилотами в закрытых кабинах и стрелками, которые вертелись за своими орудиями открытыми всем ветрам — что показалось мне чертовски неудобным — поднялись из тумана, паля изо всех пушек, что у них были.

— Тут звено из трёх «Гадюк». Выглядят недружелюбно. — Как и эльдары, которых я повстречал на Дречии, эти были одеты в зелёное с пурпурными узорами — такое сочетание заставило меня вспомнить плотоядные растения Миктарша[108], а это не очень приятная ассоциация. Оставшийся аэромобиль заложил бешеный вираж и попытался скрыться в маслянистых облаках, но это было безнадёжно — эльдары понеслись за ним с точностью и изяществом танцоров. У пилотской кабины негодяя разорвалась крак-боеголовка, сорвав с аэромобиля крышу и труп лётчика закрутило в пустоте. Миг спустя всё, что осталось от корпуса, изрешетил град сюрикенов.

Затем все три эльдарских машины плавно развернулись и принялись спиралью подниматься ввысь, решив взяться за другую добычу. Я испытал внезапную слабость, осознав, что мой неуклюжий аэромобиль находится прямо в центре кругов, что описывают ксеносы. Я направил машину вверх, оттягивая неизбежное и сознавая, что всеми увёртками всего лишь добыл себе несколько секунд, но даже это лучше, чем ничего. К моему удивлению, эльдары не стреляли, но я не тешил себя надежной на то, что это продлится долго — если честно, я даже удивился, почему меня до сих пор не прикончили.

— Они здесь, внутри. — Передал я Кастин. — Да защитит вас Император. — Вас может удивить такое неожиданно преисполненное набожности выражение, которое я избрал в качестве собственных последних слов (кроме вероятного, «ой, бл…», что я скажу по пути вниз), но от человека с репутацией вроде моей ожидают такого, так что я решил порадовать потомков. Впрочем, где–то в глубине души я всё ещё лихорадочно думал, что делать, отказываясь отбросить надежду до того самого мига, в который я шлёпнусь о землю, что неудивительно, учитывая то, сколько мне удавалось разминуться со смертью на пару миллиметров. Я столько обманывал Жнеца, просто отказываясь признать неизбежное, что не видел причин не попробовать ещё раз. Если каким–то чудом я выживу и сейчас, моей репутации среди солдат точно не повредит то, что мои последние (пусть и оказавшиеся не последними) мысли были о них, и что я молился об их благополучии, а не о своём собственном (не стоит и упоминать о том, что на Императора, если мне предстоит личная встреча с ним, это тоже может произвести хорошее впечатление[109]).

Я посмотрел влево, где за мной следовала одна из «Гадюк», чьё орудие было направлено в мою сторону. Вторая машина пристроилась точно надо мной, а третья — сзади и снизу. Повторить трюк с резким снижением явно не выйдет — если я отрублю винты, то упаду и окажусь прямо на линии огня этой «Гадюки». Если попытаюсь взлететь выше, меня достанет тот, что парит сверху, а стоит рвануть направо, как я окажусь лёгкой мишенью для того, что поджидает слева. Меня обложили со всех сторон.

Если только я не ломанусь налево и не протараню «Гадюку», что поджидает там. Конечно, это почти самоубийство, но «почти» не значит «совершенно точно», а оставаться там, где я был, мне не хотелось. Я знал, что в таких обстоятельствах всегда лучше опережать инстинкт самосохранения, чем спорить с собственным подсознанием, так что покрепче сжал штурвал и бросил взгляд на «Гадюку», прежде чем как следует врезаться в неё.

И встретился взглядом с пилотом. Какую–то вневременную секунду мы смотрели друг другу в глаза, а потом я рванул прямо на эльдарскую машину и весь сжался перед ударом.

Которого так и не случилось. «Гадюка» плавно отошла в сторону, и мы разминулись едва ли на миллиметр. Потом все три эльдарских машины, задрав носы, взмыли в воздух и через мгновение пропали из виду, растворившись среди мириад точек, танцующих в небесах вокруг шпиля.

— Бурый лидер, враг в зоне видимости, веду преследование. — В моём воксе зазвучал новый голос, а воздух вокруг сотрясся от грома реактивных ускорителей.

В небе показались «Молнии», чья обратно-стреловидные крылья ярко выделялись на фоне попорченного погодой камнебетона, из которого были сложены внешние стены улья. Самолёты пронеслись мимо, создав в транспортном потоке больше неразберихи, чем когда–либо смогли бы навести эльдары. Миг спустя меня настигла звуковая волна, от которой мой хромой аэромобиль закачало как пробку в водопаде.

Секунду или две я боролся с управлением, стараясь выровнять машину, и когда у меня появилось время посмотреть вокруг, обнаружил, что у меня появилась новая, более приятная компания. Вокруг летело несколько вооружённых грав-спидеров в тех же губернаторских цветах, что и аэромобиль. В вокс-бусине снова зазвучал чужой голос.

— Поклон от губернатора Фульхера, комиссар. Мы здесь, чтобы сопровождать вас во дворец.

— Премного благодарен. — Отозвался я со всей безмятежностью, что нашёл в себе. — Думаю, за один день я увидел достаточно достопримечательностей.

Глава 13

По прибытии, меня поприветствовал лично Фульхер, которого, как и подобало его положению, сопровождал целый взвод лакеев и прилипал[110]. Грав-спидеры привели меня в небольшой ангар на внешней стене шпиля — всего в паре сотен метров от вершины. Как только двери за нами начали закрываться, я с чувством громадного облегчения посадил аэромобиль в центр площадки, украшенной потёртой мозаикой, изображавшей нечто вроде переплетённых аквилы и родового герба Фульхеров, что не украшало ни аквилу, ни герб. Я заглушил винты, как только коснулся площадки, мысленно благодаря Омниссию за надёжность этой маленькой машины, что так хорошо мне послужила, и ожидая пока шум лопастей не замолкнет, а давление вокруг — не выровняется. Несколько секунд спустя я заметил, что пилоты грав-спидеров выбрались из кабин, и рассудив, что теперь тут безопасно, не теряя времени, последовал их примеру.

— Хорошая работа. — Сказал я летчице, которую принял за командира звена, увидев более богатые инсигнии