Сказаниада - Петр Ингвин

Сигурд размышлял недолго, громкое распоряжение заставило луки опуститься.

– Наши и ваши боги заключили мир, и мы не хотим стать причиной нового раздора. Обещай молить богов за попутный ветер для нас, и в подарок мы оставим вам два весла.

– Обещаю, – сказал Георгий.

В молитвы и богов, которые меняют человеческие жизни, он не верил, поэтому обязательно выполнит странное обещание, которое ничего не стоило и ни к чему не обязывало. Если бы так же просто решались другие проблемы, на земле давно наступил бы рай. Нечто материальное и очень нужное в обмен на слова. Чудесная сделка. С кем бы еще поменяться?

– Почему они пошли на попятную? – шепотом спросил он Ладу.

Она удивилась:

– Если в твоем доме чужие дети станут обижать твоих, ты разве не вмешаешься и не накажешь?

Георгий не сразу понял, что она говорит про богов.

Замечательно придумано. Местные боги хоть и боги, а поступали как люди. Поделили территории, где свои подопечные платят, чтобы чужие не распоясались… Так работают мафии и государства. А если система работает – зачем придумывать новую? Здешние божества неплохо устроились. Что-то подсказывало Георгию, что человеческого в них намного больше, чем сверхъестественного. А чего еще ожидать от сказочных персонажей? Человек не сможет представить только Бога, изначального, всесильного, единственного, ведь, как верят верующие и знают из священных текстов остальные, Он придумал людей, а не наоборот. Все прочее, что создано человеческим воображением, представимо и объяснимо. Со здешними божествами, не сомневался Георгий, произойдет так же.

Интересно будет поговорить с ними при встрече. Лада уверена, что свидание с богами при жизни – дело обыденное, для викингов боги тоже были чем-то привычным, частью повседневной жизни, а не гипотетическим событием, которое то ли могло произойти в реальности, то ли не могло, в зависимости от веры.

Может быть, они не боги, а попаданцы в другой мир, вроде Георгия и Елены? Тоже могли заказать сказку для себя любимых, но сформулировали четче и получили общепланетное всемогущество от знакомого Георгию вампира или от кого-то в том же роде.

Не общепланетное. Богов здесь много, и территорий, которыми они управляют, много. Каждое сообщество небожителей заведует своей вотчиной. Боги с Олиного пика окучивают паству драконов Кощея и Куприяна, а заморские, в которых верят викинги, благосклонны к собственным подданным, с которых собирают дань в обмен на некие материальные и духовные плюшки. Но если допустить, что местные всемогущие боги – попаданцы, посланные вампиром… Тогда, продолжая логическую цепочку, вампир – тоже попаданец, возжелавший играть с людьми на надежду?

С кем же тогда синьор Валентино заключал сделку?

Любопытные мысли. Надо будет еще поразмышлять на досуге, углубить начатое и поискать другие варианты. Жизненный опыт говорил, что не все таково, каким кажется. И человеческое воображение – штука ограниченная, оно видит и судит с человеческой точки зрения, божественную ему не понять. Как рыбке в аквариуме объяснить устройство Вселенной или, как минимум, хотя бы описать ей микрорайон города, где ее содержат, так, чтобы она все поняла?

С драккара в воду бросили два маленьких весла. Сигурд прощально махнул сверху рукой – довольно уважительно, признавая самоотверженность и отвагу противника. Раздалась непонятная команда, корабельные весла аккуратно опустились, чтобы не задеть лодку Георгия. Всшумела взбитая вода. Хорошо, что ветра нет и волнение практически отсутствовало, иначе неизвестно, чем закончилась бы встреча в море. Невольникам уж точно не удалось бы спастись, перегруженная посудина пошла бы на дно при первой волне.

Когда корабль удалился, Георгий обратился к людям в лодке:

– Подплывайте, у нас есть вода и еда.

Лица просветлели. Лодки начали медленно сближаться.

– Нам нужно на Олин пик. – Георгий указал вдаль, на едва видневшийся на горизонте остров. – Можем взять на борт половину из вас, а лодку привязать. Под парусом и на четырех веслах мы быстро достигнем острова богов, а оттуда вы вольны плыть, куда хотите.

Счастье, написанное на измученных лицах, сказало больше любых слов.

– Славный витязь и его прекрасная спутница, – обратился седобородый к Георгию и Ладе, – нам нечем вас отблагодарить, но назовите себя, и мы будем молиться за вас. Мы услышали имя Егорий. Не тот ли это защитник страждущих и неимущих, прозванием Храбрый?

Неужели слухи о «подвигах» известны даже за морем?

– Не верьте сплетням, верьте делам. И живите так, чтобы ваши имена звучали благороднее, чем у Егория Храброго. Поступайте так, и будем считать, что мы квиты.

Лада все же втиснула:

– Но если что – перед вами и вправду Егорий Храбрый, тот самый. – Она грустно улыбнулась ему: – Прости. Народ должен знать своих героев.

– Мы совершаем что-то не для благодарности, а потому что не можем иначе. Если это не так, то ни человек, ни его поступки не стоят благодарности.

– Ты прав. Но я тоже права.

Два борта соприкоснулись с глухим стуком, едва не проломив многодневную работу Георгия, из перегруженной лодки первыми выпрыгнули дети. Один мужчина и старший из мальчиков поплыли за веслами.

Георгий и Лада поглядели друг на друга.

Скоро они будут на острове богов.

Без денег.

Глава 2. Как Ульяна стала Ульяном

Улька проснулась оттого, что над ней кто-то склонился. Вокруг уже буйствовало утро. Почти всю ночь она бежала по лесу, шарахаясь от каждой тени, и спать хотелось просто дико. Глаза не желали открываться.

Витязь, откачавший ее после отцовских пирожков, собирался отправить Ульку домой. Она не могла туда вернуться. Маму жалко, но все как-нибудь образуется. Мама поймет. Пройдет время, Улька станет, к примеру, известной разбойницей или, возможно, придворной дамой. Почему нет? Вдруг ее выберет сам дракон? Бабушка рассказывала, что в древности правители женились на простолюдинках, если те чем-то поразили.

Улька найдет, чем поразить. Придумает. Воображение у нее богатое, желание огромное, а что еще требуется, чтобы произвести ошеломительное впечатление? Папа, мама, бабушка и даже дедушка, когда был жив, не раз говорили ей, какая она особенная, невероятная, непохожая на других. Правда, папа среди Улькиных особенностей упоминал только гадкие качества, отметив которые сразу тянулся к ремню, зато бабушка с дедушкой хвалили за красоту, за ум и за сообразительность, а мама вообще нарадоваться не могла. И вообще, если Улька не особенная, то кто особенный? У каждого есть свои достоинства и недостатки, но не каждый готов горы свернуть, чтобы достоинства представить во всей красе, а от недостатков избавиться. Впереди Ульку ждет сказочно-счастливая жизнь, осталось добраться до нее. Горе тому, кто посмеет остановить.

Луну в небе давно сменило солнце, и когда