Роджер Желязны - Дилвиш Проклятый. Очарованная земля

Ее спутник был одет в зеленый жакет, зеленые ботфорты и черные бриджи. Из-под черного с зелеными полосами плаща виднелись кинжал и меч. Всадник восседал на вороном, похожем на лошадь звере, чье тело было словно отлито из металла.

Путники вели за собой на поводу трех вьючных лошадей. Стоял ясный, солнечный день, и где-то впереди слышался шум низвергающейся с гор воды.

— Погода улучшается день ото дня, — заметила девушка — После тех мест, что остались позади, здесь уже просто лето.

— Когда мы спустимся в долину, — ответил мужчина, — станет еще приятнее, а на побережье сейчас как в сказке. Мы прибудем в Туму в прекрасное время года.

Девушка оглянулась.

— Мне больше не так уж хочется попасть туда… Свернув направо, процессия обогнула каменный выступ. Вороной жеребец издал странный звук. Повернув голову, всадник осмотрел тропинку.

— Мы не одни, — заметил он.

Проследив за направлением его взгляда, девушка увидела, что впереди справа на скале сидит старик. Его борода и волосы были белы как снег, а одеждой ему служили звериные шкуры. Завидев путников, старик встал, опираясь на высокий посох.

— Здравствуйте, — окликнул путников старик.

— Приветствую вас, — ответил, остановившись перед стариком, одетый в зеленые ботфорты всадник. — Хорошо ли идут дела?

— Неплохо, — откликнулся незнакомец. — Далеко ли держите путь?

— Да. По крайней мере, до Тумы. Мужчина кивнул:

— Сегодня вам не спуститься с гор.

— Я знаю. Далеко впереди мы приметили замок. Возможно, за его стеной найдется приют.

— Возможно, и так. Знаю, что госпожа замка, Оэле, всегда была благожелательно настроена к путникам и особенно любила слушать их рассказы. Кстати, туда держу путь и я, дабы воспользоваться дворцовым гостеприимством, хотя слышал, что госпожа отправилась в путешествие. Какой необычный зверь у вас под седлом, мой добрый рыцарь.

— Что верно, то верно.

— А вы мне чем-то знакомы, осмелюсь сказать. Могу ли я узнать ваше имя?

— Меня зовут Дилвиш, а ее — Рина. Девушка кивнула и улыбнулась.

— У вас необычное имя. Давным-давно был один Дилвиш…

— Не думаю, что замок стоял в те дни.

— Вы совершенно правы. Когда-то здесь было обиталище горного племени, богатого стадами, и высилось капище бога, ныне забытого. С тех пор воздвиглись города и…

— Такшмаэль, — ответил Дилвиш.

— Что?

— Они поклонялись Такшмаэлю, — ответил Дилвиш, — хранителю стад. Когда-то давным-давно я и мой друг, проезжая этой дорогой, принесли обеты на его алтаре. Интересно, уцелел ли он?

— О да, и стоит там же, где высился всегда… Вы наверняка один из немногих, кто помнит об этом. Возможно, вам лучше и не заезжать в замок. Вид запустения, павшего на эту местность, не может не привести в уныние такого, как вы. Поразмыслив, я предложил бы вам двинуться дальше и выкинуть из памяти это унылое место. Пусть оно сохранится для вас таким, как раньше.

— Благодарю, но у нас за плечами долгий путь, — учтиво ответил всадник. — Не думаю, что стоит выбиваться из сил ради сохранения воспоминаний. Мы направимся в замок.

Огромными светлыми глазами старик несколько секунд смотрел на Дилвиша, затем отвел взгляд в сторону. Порывшись в складках ветхой одежды, он сделал шаг вперед, протягивая Дилвишу руку.

— Возьми, тебе следует иметь это.

— Что это? — спросил, наклоняясь, Дилвиш.

— Так, пустячок, — ответил старик. — Старинный символ, который остался у меня, знак защиты и покровительства бога. Тот, кто помнит Такшмаэля, не может не иметь его.

На ладонь Дилвишу скользнул обломок серого с розовыми прожилками камня, на котором было выбито изображение барана. С одной стороны виднелось отверстие, сквозь которое проходила потертая шерстяная нить.

— Спасибо, — ответил воин, потянувшись к сумке. — Хочу подарить тебе кое-что в ответ.

— Не надо, — отвернулся старик. — Я дал тебе его от чистого сердца, а разводить городские ритуалы не привык. Да он того и не стоит. Новые боги, я уверен, могут позволить себе куда большее.

— Что же, да сохранит он твои шаги.

— Не уверен, что в моем возрасте это имеет значение. Носи на здоровье.

Старик принялся карабкаться по скалам и вскоре скрылся из виду.

— Блэк, что ты скажешь об этом? — спросил Дилвиш, наклоняясь и показывая оберег жеребцу.

— В талисмане есть какая-то сила, — ответил Блэк, — но магия потеряла чудодейство. Не уверен, что стал бы доверять любому, кто дарит такую вещь.

— Сначала он предложил нам остановиться в замке, а потом посоветовал объехать его стороной. Так какому совету мы должны последовать?

— Дай мне посмотреть, Дилвиш, — попросила Рина. Воин передал талисман девушке, которая долго изучала его.

— Верно, все так, как говорит Блэк, — вымолвила она…

— Стоит ли мне сохранить его или выкинуть куда подальше?

— Прибереги, — ответила Рина, возвращая камень. — Волшебство как деньги. Кто знает, откуда оно берется. Это то, что ты тратишь по случаю.

— Верно лишь тогда, когда ты контролируешь расходы, — возразил Дилвиш. — Хочешь заночевать в замке или двинемся дальше, пока не наступил вечер?

— Животные устали.

— Ты права.

— Похоже, старик немного не в своем уме.

— Скорее всего.

— Настоящая кровать пришлась бы как нельзя кстати.

— Тогда едем в замок.

По пути к замку Блэк не проронил ни слова.

В таверне, где танцевала Оэле, горели масляные лампы и свечи, а в углу шумел громадный камин. За тяжелыми деревянными столами ели, пили и веселились моряки, торговцы, солдаты, горожане и просто темные личности.

Сегодня Оэле была одета в сине-зеленый костюм, а в углу расчищенного в большом зале места ее зажигательным танцам подыгрывали два музыканта. С тех пор как Оэле прибыла две недели назад в город, дела пошли значительно лучше, но хотя девушка получила три предложения руки и сердца и массу других обещаний, она так ни к кому и не склонилась. Отсутствие крепкого плечистого спутника тоже не составляло большой проблемы. Пронзительный взгляд и гордый указующий жест останавливали наиболее назойливых, повергая их без чувств наземь. Было видно, что Оэле совершенно не интересуют пьяные объятия большинства сидевших в зале, хотя этим вечером она внимательно изучала каждое лицо. Помимо завсегдатаев, в таверне появились новые лица. Ввечеру с запада пришел караван, а из южных вод к порту причалило судно. Толпа была шумнее обычного.

Ее внимание привлек один из жителей пустыни — высокий, смуглый, с орлиным носом. Развевающиеся одежды не могли утаить сильную, великолепно сложенную фигуру. Заняв место неподалеку от дверей, незнакомец сидел, попивая вино и пуская из кальяна дым. Рядом с ним несколько одетых в такие же одеяния соплеменников о чем-то переговаривались на своем гортанном языке. Он не сводил с танцовщицы глаз, и Оэле подумала, что смуглый может оказаться тем, кого она ищет. В каждом его медленном движении чувствовалась огромная жизненная сила.