Из-за нас - Мери Ли

этот месяц он позвонил мне раз пять. Приглашал где-нибудь перекусить, но я отказывалась, ссылаясь на всякую ерунду.

– Алло, – сказала я, ища в сумке ключи от машины.

– Привет. Куда собралась?

Я вздрогнула, по шее пробежал неприятный холодок. Я начала оглядываться по сторонам, но никого не увидела. Из трубки раздался тихий смех Джона.

– Я в кафе через дорогу, увидел тебя из окна.

Я облегченно выдохнула и повернулась лицом к кафе. Нужно уже прекращать бояться любого шороха, иначе моя жизнь превратится в корявые записки человека, который медленно сходит с ума.

Я помахала кому-то в кафе, Джона я там так и не разглядела. Неудивительно, по вечерам там все столики были заняты.

– Может, зайдешь? – спросил Джон. – Я тут с отцом встречаюсь. Он спрашивал о тебе.

Мне уже было неловко отказывать ему, ведь в свое время именно Джон пытался спасти меня, совершенно незнакомого ему человека. И в знак благодарности я обязательно схожу с ним куда-нибудь, но не сейчас.

– Прости. Не могу. Давай в следующий раз. Папе привет и огромное спасибо от меня.

На мгновение в трубке повисла тишина.

– Хорошо, – произнес Джон. – Пока.

– Пока.

Я убрала телефон в сумку, забралась в машину и быстро захлопнула дверь, спрятавшись от холода. Зима вступала в свои права, частенько стал выпадать снег. Но несмотря на это, рождественского настроения так и не появилось. Мысли увели меня к Джону. Нужно было раз и навсегда расставить все по своим местам. Я не давала ему поводов думать, что между нами могло бы что-то быть. Ни единого. Но тем не менее я понимала, что нравлюсь ему, и пользовалась этим в своих целях. Нужно оставить его в покое и объяснить, что мы можем общаться только как приятели. Я завела машину и подышала на руки, пытаясь их согреть. Вскоре я выехала с парковки. Ехала по городу и снова делала это. Выискивала взглядом машину Адама. Нужно прекращать страдать этой фигней. О нем пора бы позабыть, но я не могла просто взять и выкинуть его из мыслей и постоянно таскала с собой его телефон. Я купила новый аппарат и восстановила старый номер, но так и не заставила себя избавиться от его подарка. Несколько раз, особенно по вечерам, я брала его телефон в руки и гипнотизировала единственный номер, который был в нем записан. Но не решалась позвонить.

Ему это было не нужно.

Мне тоже.

Я даже не могла представить, что сказала бы ему. Стоило бы вообще выбросить телефон или удалить номер, но я осознанно хранила эту ниточку между нами. Скорее всего, Адам уже позабыл о моем существовании. Боже, почему я думала о нем, когда ехала к Винсу?

Я припарковала тойоту на единственном свободном месте у ресторана. Покинула теплый салон автомобиля, быстрым шагом преодолела расстояние до входа и вошла внутрь. Раньше мы с Винсом часто ходили по таким заведениям, но после моего возвращения это было впервые. И скорее всего, в последний раз. На входе в большой зал я отдала верхнюю одежду и назвала имя Винса, девушка с приклеенной улыбкой проводила меня к столу, за которым уже сидел мой кавалер. При виде меня он поднялся с места, и я увидела, что он одет в строгий черный костюм.

Он никогда так не одевался. Более того, с костюмом у меня ассоциировался совершенно другой мужчина. Строгий костюм, белоснежная рубашка и кожаные перчатки – будь проклят этот образ. Отмахнувшись от воспоминаний об Адаме, я села за столик и заметила, что в бокалах уже налито шампанское. Шампанское? Я нахмурилась и бросила взгляд на Винса:

– Ты же знаешь, я не пью. И я за рулем.

Винс нервничал, он смотрел на меня так, словно не видел долгое время. Он улыбался и крутил в руках наполненный бокал.

– Сегодня исключительный день, – сказал Винс и сделал глоток.

Официантка принесла нам меню, но Винс его даже не открыл. Я бездумно переворачивала страницы, но даже не видела, что там написано. Нервозность Винса и улыбка, которая никак не сползала с его лица, меня напрягали. Я прогнала в голове даты. Может, у нас сегодня какая-то годовщина, а я позабыла? Нет. Обычный день, но Винс назвал его исключительным. Официантка вернулась, я наугад ткнула на какое-то блюдо и отдала меню, а Винс все так же смотрел на меня. Когда официантка отошла от нас, он нервно достал из кармана брюк темно-синюю бархатную коробочку, поднялся из-за стола, одернул полы пиджака и тут же опустился на одно колено…

Мой мир покачнулся.

Что, простите, происходит?

Нет! Нет! Нет!

Этого не могло быть! Я попала в дурной сон. Нет! Почему именно сегодня? Если бы я только рассказала ему обо всем раньше, то мы бы избежали этой нелепой ситуации. Камень грусти и стыда потянул меня на дно, в самое пекло ада. Тем временем Винс что-то говорил, стоя передо мной на колене. Я видела, как шевелились его губы и сверкали глаза, но не понимала ни единого слова, в ушах стоял гул, а душа сжалась в комок. Я отбросила оцепенение и постаралась вслушаться.

– Рейчел, после времени, проведенного вдали от тебя, я понял, что ты мне безумно дорога. И я хочу прожить с тобой всю свою жизнь…

О боже.

– Винс… остановись, – прошептала я.

– Ты стала для меня единственной…

Нет. Не продолжай!

– Пожалуйста, прекрати, – умоляла я, но он словно не слышал.

Я обвела взглядом полный зал людей, мы привлекли всеобщее внимание. Черт! Этого мне только не хватало. Винс же продолжал и продолжал говорить. Совсем скоро он будет смотреть на меня по-другому.

– И я буду самым счастливым из мужчин, если ты скажешь мне «да», – закончил он.

Я окинула взглядом зал: незнакомые люди улыбались и наслаждались представлением. А я была готова разрыдаться. Ведь я не могла сказать Винсу «да». Я постаралась абстрагироваться от людей в ресторане и сосредоточилась на человеке, который вот-вот разочаруется во мне, а возможно, и вовсе возненавидит.

– Винс, давай поговорим.

– Сперва ответь, – с улыбкой попросил он.

Неужели он не видел, что я вовсе не рада тому, что происходит? Он не чувствовал, что творилось у меня в душе, как я медленно распадалась, смотря на него.

– Ответ, – напомнил Винс.

– Нет, – одними губами произнесла я.

Улыбка Винса тут же исчезла, словно ее никогда и не было. По залу разнеслись удивленные вздохи, волной пробежал шепот. Но мне было плевать на всех этих людей. Я смотрела только на мужчину передо мной. Он до сих пор стоял на одном колене и с