Фронтир - Яков Литвинов
Ахимас достал ее. В рамке была фотография. Улыбающийся молодой мужчина. Рядом его жена – красавица с роскошными золотыми волосами. Подле них дети – мальчик и девочка. Он убрал фотографию назад и направился к выходу.
Но тут в его голове раздался страшный звон с болью, а в глазах начало двоиться. Он оперся о стену.
– Дьявол… – Через несколько мгновений всё прошло и от приступа не осталось и следа.
Это был первый звонок. Надо было возвращаться, пока звон колокольчика не превратился в удары колокола.
Глава IX: Ангел Смерти
Огромный зал с гранитным полом, в котором всё отражалось почти как в зеркале, толстыми мраморными колоннами с позолотой, высоким купольным потолком, с которого свисали лампы столь яркие, что теням почти не оставалось места, тяжелыми бордовыми шторами, знаменами с вензелями, свисающими с потолка, и семью роскошными креслами выглядел скорее как тронный зал какого-то старинного дворца, чем как зал заседаний Совета Фронтира.
В креслах сидели люди в парадных мундирах, которые, впрочем, выглядели строго: ткань темных цветов, пуговицы с белыми ореолами, эполеты темно-красного цвета, ордена, просветы и нарукавные повязки, у каждого своего цвета, и значки на отворотах мундиров.
По центру, выше всех, сидел мужчина в наиболее выделяющемся мундире – только у него эполеты и пуговицы были с золотыми деталями и не было нарукавной повязки. Его длинные темно-русые волосы были частично собраны в хвост. Лицо было молодым, но мужественным. Он был одним из тех людей, которые сохраняют моложавость до преклонных лет.
Рядом сидели еще четверо мужчин и две женщины.
Винсент стоял в центре зала, закованный в наручники. Рядом с ним был полковник Демин и двое солдат Фронтира в церемониальной броне.
– Прошу вас, полковник, начинайте, – сказал тот, что был в центре, и его голос эхом разлетелся по всему залу.
– Спасибо, ваше высокопревосходительство. Уважаемый председатель, уважаемые члены Совета, я стою перед вами для того, чтобы предоставить финальный доклад о проведении тайной операции на территории Церкви Святого Престола, ответить на ваши вопросы, а также решить судьбу этого человека. – Низкий и пугающий голос Демина был еще более жутким с этим эхом. – Две недели назад, во время вспышки на Черном Солнце, по решению экстренного заседания Совета мои люди тайно проникли в главный Собор ЦСП. Целью операции было заполучить находившийся там источник сильного излучения Арамаки – Феймана. Как мы предположили, это был некий артефакт, имеющий вид перчатки. В случае успеха данной операции под личным началом генерала Серебряковой предполагалось создание тайного отделения с оперативными полномочиями по делам особой важности. В ходе операции случилось непредвиденное событие крайней степени тяжести. Неопознанной организованной группой лиц, которая, скорее всего, планировала свои действия заранее с учетом той же вспышки, был совершен ритуал, результатом которого стало появление неизвестного ранее типа разломов на территории Собора. Это событие осложнило ход операции и потребовало вмешательства моих людей. Помимо этого, предмет – перчатка – оказалась в руках третьей стороны. Тем не менее я оцениваю результаты операции как успешные…
– Успешные?! – полковника перебил мужчина, сидящий по правую сторону от маршала. Он был моложе Демина. Его голос походил на львиный рык и был, пожалуй, еще более пугающим, чем у полковника. У него были коротко стриженные светлые волосы, бакенбарды, грозно нахмуренные брови, черные глаза, нарукавная повязка цвета хаки. – Ваши люди, находясь в экстремальных условиях, имея четко определенные и жесткие рамки, начали действовать самовольно. И хотя расследование Святого Престола и затруднено всем тем хаосом, который остался в храме, и у них пока нет никаких доказательств против нас, отношения с Роксоланой и Фронтиром уже обострились. А это может привести к международному скандалу или вооруженному конфликту. И, в конце концов, ваши люди провалили свою главную задачу – упустили объект. А вместо перчатки привели нам это, – он указал на Винсента. – Если вы называете это успехом, Демин, то вам пора на пенсию и лечить голову. Хотя я бы с большим удовольствием отдал и вас, и ваш ручной цирк уродов Святому Престолу как диссидентов и преступников.
– Никогда бы не подумала, что такой трусливый поступок в вашем стиле, генерал. И как это будет выглядеть: сначала мы все отрицали, а потом выдали виновных? – сказала женщина, сидевшая по левую руку от маршала. У нее были длинные тяжелые черные волосы и большие голубые глаза. Ее голос мелодично лился, хотя и отдавал металлом. Она была, наверное, самой молодой из здесь присутствующих, моложе был разве что сам Винсент. Ее повязка была синей и голубой, как у Демина и Ахимаса. «Глава Административной канцелярии Фронтира генерал Серебрякова», – подумал Винсент.
– Я пытаюсь найти оптимальное решение, – ответил «хаки».
– Все мы пытаемся. Кроме того, кто виноват, что агентура ничего не знала про готовящийся в храме оккультный ритуал?
– Оккультисты могли оказаться там так же, как и люди полковника.
– Тогда это вина Ликвидаторов?
– Прекратить! – отрезал председатель. – Госпожа Серебрякова, господин Маленков, можете обсудить это вне стен Совета. Продолжайте, полковник.
– Спасибо, ваше высокопревосходительство. Повторюсь, я считаю миссию успешной. Во-первых, мои люди исполняли свой прямой долг как служащие Фронтира – защиту людей от демонов.
– В храме не осталось выживших, – заявил Маленков.
– Генерал… – маршал перевел на него взгляд. Тот закинул ногу на ногу и стал слушать дальше.
– Выживших нет, тем не менее закрытие разлома способствовало минимизации потерь. Второе – мои люди не бросили выполнять задание, а разделились. За перчаткой отправилась лейтенант Демина и почти получила ее. Обстоятельства сложились так, что если бы она не отступила, то ее труп был бы самым веским доказательством Святого Престола о нашем вмешательстве. Второй человек выкрал все полезные данные, которые смог. И третье, мы не получили саму перчатку, но мы получили перчатку с носителем. Дело в том, что после того как этот молодой человек надел перчатку, снять ее без ампутации не представляется возможным. Нам пока неизвестно, но возможно, что перчатка не отделится и от отрезанной руки.
– Это неудачный довод, так как такая ситуация только затрудняет проведение исследований и опытов, – высказался лысеющий седой старик с бесцветными глазами, сидящий самым последний по левую сторону от маршала. Его голос был сухим, но громким. Повязка была черно-желтой.
– Кто это вообще такой, и как он оказался в Соборе? И почему он тоже знал про перчатку? Может быть, он
