Цветок спасения - Эмили Аррентс

сжал руку Аиши. В прошлый раз, когда я дотронулся до неё, мои руки сомкнулись вокруг её шеи.

Она застонала и заморгала.

– Уже пора?

– Снаружи всё спокойно. Разбуди меня, как только что-нибудь услышишь.

– Конечно. – Она поползла к пологу палатки.

Я отдал ей свой нож:

– Держи его поблизости.

– Может, тебе стоит оставить его при себе? Ты никогда не промахиваешься.

Как же мне хотелось, чтобы она не напоминала мне постоянно о Лабиринте и о том времени, что мы провели вместе. Как мне хотелось, чтобы она не смотрела на меня вот так. Как будто она до сих пор надеялась, что всё между нами наладится.

Я покачал головой.

– Просто бери. – Я испытал облегчение, когда она наконец-то взяла его.

– Спасибо, – сказала она. – Постарайся немного поспать. – Она исчезла в ночи.

* * *

Вопреки всему я проспал до тех пор, пока Аиша не разбудила меня. Она вернула мне нож, и меня обрадовало, что он был чист. На сияющей стали не было ни крови, ни следов насилия.

– Ничего особенного снаружи? – тем не менее спросил я. На всякий случай.

– Совсем ничего. – Она протянула мне апельсин и несколько ломтей хлеба. – Я думаю, скоро можно идти.

Как остальные провели эту ночь?

– С радостью. – Я потёр глаза, прогоняя сон. – Мне следовало оставаться рядом с ним.

Аиша покачала головой.

– Он не твоя ответственность. Таран может прекрасно позаботиться о себе сам. Разве он не доказывал это множество раз?

– Он бывает таким безрассудным, – сказал я, пожимая плечами.

– Я думаю, что твой брат храбрый. – Она закрыла рюкзак. – Он готов на крайности, чтобы помочь своим друзьям. Сердце у него в правильном месте, так кому какое дело до его ошибок? Все ошибаются, но Таран допускает ошибки не из самолюбия. Он ошибается, потому что хочет сделать добро.

Я вытаращился на неё.

– Извини, – сказала она. – Я не хочу притворяться, будто так уж хорошо знаю твоего брата. Просто… Вы похожи сильнее, чем тебе кажется.

Я сглотнул.

– Я не могу его потерять.

– Нет. И поэтому мы скоро его найдём.

Её голос прозвучал очень решительно. Как она могла быть так уверена, что с ними ничего не случилось, когда в моём сердце покоились лишь страх и сомнения? Мне следовало поблагодарить её.

– Тогда пойдём, – сказал я, чувствуя себя чудовищем. Она хотела моего прощения. Я мог позволить ослепить себя красивыми словами, даже если они придавали мне храбрости, в которой я так отчаянно нуждался.

Мы сложили палатку и продолжили путь. Спустя, казалось, целый час тропу неожиданно перегородила каменная дверь. Она была приоткрыта, и ручки на ней не было. Петли проржавели и наверняка заскрипят. Если мы хотели продолжить идти по этой тропе, нам нужно было открыть дверь.

Аиша застыла на месте.

– Что это значит?

– Ты хочешь повернуть назад?

Она в отчаянии посмотрела на меня:

– А ты?

Я покачал головой.

– Почему она приоткрыта?

– Может, другие побывали здесь? – Надежда вспыхнула и ярко разгорелась во мне. Пожалуйста, пусть это окажутся они.

Сомнение всё сильнее читалось у неё на лице. Может, она знала, что я лишь облекаю в слова надежду найти брата. Будь я готов мыслить ясно, то подавил бы этот голос надежды.

– Будь начеку. – Я приложил кончики пальцев к двери, которая оказалась прохладной на ощупь. – Я пойду первым.

Она впилась глазами в мои пальцы и заломила руки. Ни один из нас не хотел идти. Если уж честно.

Аиша схватила меня за руку.

– Подожди.

– Мы должны продолжать. Повернуть назад – это не вариант.

– Я знаю. Просто… – Она сглотнула. – Я не хочу потерять тебя здесь.

Я понятия не имел, как она заставляла содрогаться все фибры моей души. Она не имела права внушать мне такие чувства, будто кто-то вскрыл меня и перепутал все внутренности.

– А эта мысль не приходила тебе в голову, когда ты помогала Сахиру создавать тех чудовищ? Тогда тебя, похоже, не заботила моя безопасность. Или безопасность зрителей.

Её ладонь соскользнула с моей руки.

Я толкнул дверь. Хотя петли и запротестовали, она поддалась легче, чем я ожидал. Я очутился в круглом помещении, освещаемом светом, падавшим из других коридоров. Резкий гнилостный запах одурманил меня. Зажав ладонью нос и рот, я осмотрел комнату, пытаясь найти скрытые ловушки.

– Что ты видишь? – негромко спросила Аиша.

Я собирался сказать ей что-нибудь ободряющее, когда увидел вдали кого-то сидящего на земле. Я подошёл к мертвецу. Это был незнакомец.

Из комнаты выходило три различных коридора.

– Амир? – Нетерпение Аиши нарастало.

– Оставайся на месте. – Я не хотел, чтобы она входила, пока я не разберусь с происходящим здесь. Что-то или кто-то убил этого молодого человека. Я присел рядом с ним. Кожа у него бледная, распухшая и покрытая странными грубыми бугорками.

– Что с ним случилось? – Аиша вдруг оказалась позади меня, прикрывая нос.

Сердце моё замерло при её неожиданном появлении.

– Я же сказал тебе держаться подальше.

– Я не понимаю твоей потребности защищать меня. Ты или ненавидишь меня, или нет. Решайся уже, ради всего святого!

Я был не в настроении спорить.

– Посмотри на его кожу. Думаю, на него кто-то напал. – В помещении гулко звенела пустота.

– Мы не единственные, кто пытался пересечь Лабиринт. Думаю, капитан был прав, когда сказал, что никто ещё не вернулся.

Что тут можно было делать? Другие тоже искали цветок? Я ощупал его жилет, надеясь найти что-нибудь, какой-нибудь клочок информации.

Она дотронулась до моего плеча.

– Ты собираешься его обокрасть?

– Конечно же нет. Я хочу узнать, кто он. Что он здесь искал. – В карманах у него было пусто. Я вздохнул.

Здесь было три коридора. Три варианта. Что, если мы сделаем неправильный выбор и закончим свои дни, как этот мужчина? Я обошёл комнату кругом, но не смог найти никаких признаков опасности.

– Думаю, нам следует убраться отсюда как можно скорее, – сказал я.

– Согласна. У меня от этого места мороз по коже. И от трупа тоже. Здесь слишком… тихо.

Я посмотрел на коридоры, которые выглядели совершенно одинаково. Тёмные, неосвещённые дыры. В одном из трёх коридоров скрывалась причина смерти этого молодого человека. И как только я согласился на это путешествие? Всё здесь было неправильным.

Аиша прислонилась к стене.

– Как будем решать?

Посреди комнаты что-то хлопнулось и разлетелось. Звук бьющегося стекла. Расплывающийся дым. Шевеление песка. Нет, он не просто зашевелился. Он ожил. Мириады живых существ возникали из ржавого дыма.

Аиша качнулась ко мне, широко раскрыв глаза.

– Скорпионы… – Я потянул её за собой. – Беги!

Где уж тут вдумчиво выбирать коридор. Я бросился