Вскрытие и другие истории - Майкл Ши

и закрепи его на удлинитель. Раздай всем бинокли. Я хочу, чтобы их смерть была записана на пленку во всех звуках и рассмотрена во всех подробностях – только тогда в ней будет какой-то смысл. И если наш Полифем отнимет у них жизнь, то мы хотя бы узнаем что-то о нем в процессе. Разбудишь меня через час после рассвета – да смотри не подведи. Я набросаю список вопросов, на которые хочу получить ответы, и проведу последнюю подготовку.

Сразу как рассвело Сарисса Уэйн вскарабкалась на вершину, где вечером сидели Немо и Якс. Там она села и стала наблюдать за приготовлениями, которые уже вовсю шли внизу, в бухте дельфов. Она и Пенни были первыми, кто их начал. С барабана в кормовом отсеке лодки, которой управляла Сарисса, сняли рулон металлической сетки и принесли его в бухту. Один конец закрепили на южной оконечности бухты, а потом она и Пенни, разматывая за собой сеть, переплыли водную преграду в северном направлении и закрепили ловчий снаряд там.

Они ухитрились сделать все изумительно тихо, и не только из страха разбудить дельфов, к которым уже подкрадывались с ружьями, заряженными ампулами с транквилизатором, Якс и Гелион. Полифем – как, без всяких объяснений, окрестил их преследователя вчера вечером огорченный Уэверли, – так вот, Полифем уже продемонстрировал, как быстро и незаметно может перемещаться вдоль островного периметра. В прошлый полдень колонисты провели небольшой эксперимент. Они перетащили лодку Гелиона – лишь слегка покореженную – на другую сторону острова и выбрали там место для ее спуска на воду метрах примерно в четырехстах от той точки, которая должна была служить крайним пределом поля зрения Полифема на тот момент. Потом сняли с лодки гарпунную пушку, закрепили на берегу, а ее канат привязали к борту лодки. И, включив мотор, отпустили на автопилоте по прямой, насколько хватит горючего в баках. В первые четыре секунды она шла со скоростью тридцать пять узлов в час, пока, примерно в семидесяти метрах от берега, ее не перехватила невесть откуда взявшаяся черная трава.

Никто не стал сопротивляться поимке – канат свободно разматывался, пока титан подтаскивал лодку к своему прозрачному центру. Но суденышку не суждено было достигнуть его. Задолго до того, как средние, кормящие щупальца смогли перехватить у охотничьих щупальцев их добычу, те застыли, не выпуская ее. Через пару секунд они швырнули лодку высоко в воздух, а когда она опустилась на воду, никакой черной травы под ней уже не было. Колонисты втащили лодку назад на остров, чувствуя себя при этом если и более умудренными этим опытом, то не менее озадаченными и напуганными, чем до него.

Вот почему заплыв в темной предутренней воде, когда воспоминания о скорости и потрясающей чувствительности гиганта были еще так свежи, показался Сариссе самым страшным кошмаром, какой ей довелось испытать наяву. По ее ногам до сих пор ползли мурашки ожидания первого, липкого и едкого, прикосновения Полифема, которое не оставляло ее ни на секунду, пока они сооружали баррикаду.

Однако ее мозг уже перестал жить памятью тела. Происходящее внизу почти не занимало ее мысли. В шкуру шестерых пойманных дельфов вонзились дротики с транквилизатором, чтобы животные не запаниковали и не передавили друг друга, пока будут нести двоих мужчин к противоположному берегу озера, туда, где остался пескоход. Теперь их будущие седоки, соорудив из мотков провода что-то вроде упряжи, соединяли их по трое таким образом, чтобы среднее животное в каждой тройке оказывалось примерно на полкорпуса впереди двух других. Тройки оставались привязанными к берегу, и, пока животные не проснулись и не начали проявлять нетерпение, Якс и Гелион полезли в наспех сооруженные ими клетки, крепившиеся у животных под брюхом, чтобы протестировать их общую пригодность. Сверху Сариссе было видно, как мелькают в воде их сапоги, ища опору в хвосте дельфа. Их рециркулирующие дыхательные аппараты выпускали совсем немного пузырей, да и тех не будет видно, когда дельфы, понукаемые людьми, наберут полный ход.

Жизнь самой Сариссы, как и жизнь всех на этом острове, целиком зависела от успеха этого причудливого предприятия, генеральную репетицию которого она наблюдала с таким невниманием. Ее мысли были заняты сейчас чем-то иным, а чем именно, стало понятно, едва в бухте показался Немо Джонс и ее глаза метнулись к нему. Он сошел вниз с вершины каменного мыса, отгораживавшего бухту с одной стороны, где помогал Яфету в установке двух гарпунных пушек, которые она попросила перенести туда еще вечером. Направлялся он прямо к Пенни Лопес, трудившейся над отпускным механизмом, которому предстояло свернуть сеть, отделяющую бухту от озера, как только Гелион и Якс будут готовы пуститься в путь. Что Немо сказал Пенни, слышно, конечно, не было, но она вдруг выпрямилась и повернулась к нему лицом.

Он говорил с ней примерно минуту, а когда, отвесив ей дурацкий поклон, отошел от нее, взгляд Сариссы не просто не смог – отказался следовать за ним. Вот почему она не столько смотрела теперь на что-то определенное, сколько избегала смотреть на ту часть берега, которая разделяла ее и пункт, только что покинутый Немо.

– Сарисса. Сарисса. Я должен сказать тебе что-то важное. Ты не откажешься поговорить со мной? – Видимо, Немо счел необходимым задать ей этот вопрос, поскольку она не ответила на его приветствие. Все также не поднимая головы, она сказала:

– Буду или не буду я с тобой говорить, зависит от того, что ты мне скажешь.

Немо согласно кивнул и опустился на землю на приличном расстоянии от нее, чтобы ей не приходилось напрягаться, держа его вне поля своего зрения. С минуту он смотрел в небо, потом сказал:

– Я только что извинился перед Пенни Лопес и сказал, что прекращаю свои ухаживания за ней. Стать причиной разочарования женщины и без того серьезное преступление, так зачем еще и отягчать его ложью. Я признался ей…

Сарисса фыркнула, встряхнула головой и, видимо не в силах справиться с собой, засмеялась. Немо смотрел на свои колени и покорно ждал. Не с первой попытки, но все же она смогла дать ему ответ:

– Немо, клянусь. Я видела ваш разговор сверху. Когда ты повернулся к ней спиной и отошел, бедняжка только что не прыгала от радости.

– Согласен, она сейчас испытывает смешанные чувства. Но я никогда не вызывал у нее полного неодобрения, с тех самых пор, как поведал ей о своих чувствах к ней прошлым летом.

– И в чем же ты признался ей на этот раз?

– Когда все началось, я был не то чтобы