Мир Мэроу - Мери Ли

так: магам были дарованы волшебство и красота, но взамен они всегда должны были что-то отдавать. Приносить жертву, терять столько же, сколько приобретают. Во всем должен быть баланс. Вот и Колум может говорить или открывать двери, только если теряет свою кровь, только если причиняет себе боль.

Матерь и Отец наградили равков силой воинов, магией и долгой жизнью, но в обмен они должны были питаться кровью. Мало того, они еще и были прикованы к одному месту, ведь дух воина требует сражений, но когда ты не можешь уйти от источника жизни, то все поползновения бессмысленны. Это был их баланс. Их плата за привилегию перед людьми и другими существами. Но я не думала, что разведенная кровь равков до сих пор требует этого.

Мэроу меняется, а я к этому не готова.

Снова выглянув, я не увидела никакого движения под висящими телами. Но вот внизу… Место, откуда доносились булькающие звуки, само основание Древа — оно шевелилось, как грудь при медленном дыхании.

Живых нет.

По крайней мере таких живых, которые смогли бы мне помешать. Я не могла смотреть на этот ужас, но меня привлекла одна деталь — яркая одежда одной из жертв. Это был один из подаренных рабов Хозяина.

Собрав волю в кулак, я медленно и бесшумно вошла в круг и, проходя под подвешенными существами, увидела два других тоннеля. Куда же они ведут? Войдя в первый, я быстро вернулась обратно, там были лишь такие же клетки и ничего более. Вернувшись за Колумом и подняв его под руку, я потащила его в круг, и стоило нам зайти в кухню равков, дыхание Колума резко изменилось. Видимо, и он был шокирован происходящим, а у меня в голове прозвучали слова нареченной принца: «Я пообещала королю десерт. А я его никогда не обманываю». Подождите, то есть меня и Колума должны были подвесить и осушить? Если я до этого и испытывала какое-то чувство вины за убийство Франчески, то сейчас оно моментально испарилось. Тем более я предупредила мелкую и глупую равку, что убью ее, если она не остановится.

Я протащила Колума мимо висящих существ, стараясь туда не смотреть, и мы вошли во второй тоннель. Сначала мне показалось, что тут очень темно, но чем дальше мы углублялись, тем светлее становилось. Кажется, тут кто-то есть. Тени плясали на стенах, но нам все же удалось увидеть, что тоннель снова раздвоился. О, Матерь! Да когда это закончится?!

Пройдя в первый, тот, что слева, мы сразу наткнулись на короба на колесиках, сверху прикрытые тканью. Когда мы остановились у одного, я уже знала, что увижу там. Тела. Высушенные, обескровленные тела людей, магов, хоттов и даже ликанов, но не было ни одного равка. Видимо, своих они не едят.

Пот бежал с меня ручьем. Я устала, ступни замерзли идти босыми ногами по ледяному камню. И через мгновение я услышала позади скрип.

— Перелезай, — прошептала я Колуму и практически перекинула его на горку трупов, сама залезла следом и прикрыла нас тканью. Тела захрустели под нами, словно снег на морозе. Их кожа крошилась. Ну и мерзость!

Сердце колотилось как сумасшедшее. Судя по звуку, мимо нас провозили очередную повозку с телами, а через некоторое время и наша двинулась. Пока нас везли в неизвестном направлении, я думала только об одном: чтобы они не сжигали тела, иначе мои ступни точно согреются, но мне это уже будет не нужно.

— Много там еще? — Донесся до меня мужской усталый голос.

— Нет, это последние, остальное можно оставить и до завтра. Они же не разбегутся, — ответил второй с омерзительным смехом.

Я слышала их так отчетливо, словно они говорили все это мне в лицо. И других голосов не было, значит, их двое. Чтобы немного успокоиться, я сильнее сжала рукоять меча, но тут Колум начала многострадально мычать. В бессилии я сжала губы и прикрыла глаза.

Воцарилась мгновенная тишина. Тележка остановилась, и даже тяжелое дыхание тех, кто нас вез, замерло, как и мое сердце.

— Ты это слышал? — с явным испугом спросил один.

— Кажется… да, — ответил второй. — Проверь.

— А чего я? Сам проверяй.

— Да мечом просто сверху потыкай.

Ну все, больше прятаться не получится. Откинув ткань, я села на хрустящие тела, и стоило мне замахнуться мечом, как оба человека отошли назад. На их лицах застыл вселенский ужас. Они оба быстро отвели от меня взгляд и начали щебетать обращение к Матери и Отцу. Простолюдины — это хорошо.

Пока они молились, я выбралась из повозки, Колум тоже еле как, но все же перевалился через край и упал на каменный пол.

— Где выход? — спросила я.

— Не отвечай ей! — шепнул один второму, и они снова начали перебирать всевозможные обращения к Матери и Отцу, некоторые даже придумали сами. Они просили сохранить их гнилую душонку, говоря, что не знали о том, что и охотница принесена в дар королю.

Я могла их убить, забрать одежду и выкатить тележку куда бы то ни было. Однако смотря на забитых и до ужаса напуганных мужчин, я испытала к ним… жалость. Они худые, лица больше напоминают цвет грозового неба, руки трясутся, под глазами синяки. А то, что они делают — это работа. Я ведь нашла дочь Хозяина по «заказу», после чего она покончила с собой, а ее мать была забита супругом насмерть. Я тоже выполняла то, что должна была. Возможно, их ждут дома дети.

Убийств на сегодня достаточно.

Подойдя к Колуму, я помогла ему подняться на ноги.

— Идти сможешь? — спросила я, и он кивнул. — А бежать? — Немного помедлив, он отрицательно покачал головой, и только тогда я заметила, что весь его живот в крови. — О, Матерь, это что, твоя кровь?

Последовал утвердительный кивок.

Так вот почему он не может идти нормально.

— Это произошло в хибаре? — спросила я у Колума.

Он лишь пожал плечами. Обернулась к мужчинам, чьи молитвы наконец окончились. Они посмотрели на Колума и вынесли приговор:

— Помрет.

Не сегодня.

— Раздевайтесь, — приказала я работникам. Они даже не стали спорить, молча скинули тонкие подранные рубахи и штаны, оставшись только в обуви на деревянной подошве.

Натянув на себя штаны, я оторвала низ платья и с помощью меча разделила на три длинные полоски. Первой привязала одного бедолагу спиной к тележке и лицом назад, туда, откуда мы только что пришли, а второго поставила на противоположную сторону и тоже привязала спиной к тележке. Теперь даже если они решат куда-то пойти, то потеряют уйму времени.