Вредный дед - Михаил Северный

Он только вздыхал, но имя своё новое назвал. Огонёк. Мда. Я еле сдержался, чтобы не засмеяться.

Очередь продвигалась быстро, и, не успев толком познакомиться, мы оказались у корыта. Две голые спины освободили проход, и бабка уже смотрела на меня.

— Доброго утречка, сынок. С прибытием.

На её руке переливался футуристического вида браслет, не сочетающийся с деревенской обстановкой ни секунды.

— Бери одежду, сынок, и добро пожаловать в Малые Холмы.

Рыжий легко ткнул меня кулаком в спину:

— Быстрее, не стой, а то зависнет сейчас.

Я достал перевязанную бечёвкой упаковку шмоток и развернулся, когда женщина схватила меня за руку. Хватка была железной, а в глазах горели красные огоньки.

— Получите стартовый набор кредитов для новичков.

— Спасибо, откажусь.

Я попытался вырвать руку из морщинистых клещей, но это было проблемно. Бабуля, как тот терминатор, держала надёжно.

— Получите стартовый набор кредитов для новичков, — повторила она и добавила: — Пожалуйста.

— Дай ей БК, — прошипел напарник из-за спины. — Что с тобой?

— Как думаешь, у неё сильный удар левой? Протестируем мои новые мускулы?

— Какие мускулы? Это НПС. Хочешь улететь на перерождение в первые пять минут? Это тебе не Мёртвый город.

Старушка смотрела дерзко и руку не отпускала. Я сдался и протянул БК. Лёгкое прикосновение — и смс от игрового бога.

Получено 14 кредитов.

У вас 15 457 кредитов.

— Долго там ещё⁈ — крикнули из очереди.

За нами стояло человек семнадцать, и старушка наконец отпустила руку, на которой не осталось ни следа от стычки. Я бросил взгляд на рыжика, отворачивающего глаза, и пошёл прочь, босыми ногами по траве. Нашёл большой пенёк, на котором одиноко лежали остатки бечёвки, и разорвал свою. Медленно одевался, когда подошёл ещё полуголый Фёдор.

— Можно?

— Да не вопрос, располагайся.

В котомке была тонкая холщовая рубаха, лёгкие штаны и шлёпанцы. Всё натуральное, моё искусственное тело задышало всеми порами. Хорошо в деревне летом.

— И что это было? — аккуратно спросил Федя, одеваясь. — Зачем ты так себя ведёшь?

Я и сам не понял своей реакции, о чём и честно сказал. Он побагровел и зашипел:

— Нам ведь ясно сказали не выделяться, а ты опять начинаешь. С ботами споришь. Ты ещё в маньяка не наигрался, что ли?

Я хмыкнул, отмахнулся и медленно пришёл в себя.

5

Мы находились в так называемом «Нубятнике». Или «Инкубаторе». «Нубятник» — это от слова нуб. Нуб — это новичок в игре, но это не точно, потому что новые голяки, разбегающиеся в стороны, действовали не как новички и заходили по разным причинам в игру уже не первый раз.

Всё это мне рассказывал Фёдор, когда мы уединились на скамеечке неподалёку — на пенёк постоянно кто-то голый претендовал, и надоело с ними ругаться. Не сейчас, когда мне нужна была информация.

— Что это за Игра? Почему все так шебуршат?

— Это фэнтези-сеттинг, а мы в самом начале. Деревня «Малые Холмы» — так называемый Нубятник. Выйти отсюда, пока ты новичок, невозможно — нужно немного прокачаться, поучиться основам игры, и только тогда нас выпустят.

— Я что-то охраны не вижу. Как — не выпустят?

— За пределы локации не выпустят. Здесь можно бегать где хочешь.

— Как эти? — я махнул рукой в сторону случайного голыша. — Мы здесь все одинаковые, как монахи.

— Нубятник, — пожал плечами Федя. — Ещё что-то хотите узнать или пойдём качаться?

— Звучит скучно. Давай посидим ещё. Что значит фэнтези?

— Мир, в котором меч соседствует с магией. Воин в доспехах может биться плечо о плечо с магом, который швыряет молнии. Круто, да? Здесь можно нарваться как на саблезубого тигра и вступить с ним в неравный бой, так и на дракона — и победить.

— Дракона? Серьёзно?

Я думал, он шутит. Хотя, после того как сам убивал мёртвых людей ножницами, мог бы и поверить во всякое.

— Я не шучу. Это же Игра. Каждый может стать магом или лекарем, умереть и воскреснуть. Ну, вы же знаете — сами из Мёртвого города.

Услышав конец фразы, какая-то симпатюля остановилась, разглядывая рыжика. Потом посмотрела на меня. Пристально смотрела. Нехорошо.

— Проходи, чего уставилась, красавица, — я махнул рукой, и она фыркнула, но с места не двинулась.

— Мы знакомы? У меня такое чувство, что знакомы.

Я бы запомнил. Особенно эту красивую татушку на предплечье.

— Нет, но… познакомимся?

Она фыркнула и, вильнув бёдрами, прошмыгнула мимо — гордая козявка. Я бы лет двадцать её и так, и этак… Посмотрел на друга случайно — и улыбка пропала с лица.

— Ты чего?

— Вы же обещали не провоцировать — и вот опять.

— Да что такое? Тут что — к женщинам нельзя приставать?

— Тату на предплечье — это принадлежность к гильдии. Вы только что назвали симпатюлей одну из Чернильных Сердец.

— Не расстраивайся так. Она уже про меня забыла.

— Может, и забыла. А может, и зло затаила. Высокоуровневые игроки — очень злопамятные ребята, а вреднее женщины нет игрока. Короче, расстроен я. Ещё из Нубятника не вышли, а уже проблемы нашли.

Еле удалось его успокоить, а солнце тем временем начинало садиться — значит, время суток тут менялось, и скоро ночь наступит. Когда мы остались одни и все новички рассосались, изредка посматривая на нас, — старуха пошла к сараю и затворила ворота. Накинула тяжёлый деревянный засов и оглянулась. Скрестила руки на груди — да так и стояла, пока Огонёк не вскочил.

— Идём. Уходим. Нельзя здесь находиться.

— Это ещё почему? Я думал, можно. У нас везде можно ходить.

— Сейчас новая партия подъедет, и локация обновляться будет. Нам нельзя это видеть. Пошли быстрее.

Мы выскочили со двора. Напарник даже не оглядывался, а я не выдержал и подцепил взглядом бабку, которая так столбом и стояла, сложив большие руки на груди, и только голову поворачивала.

6

Мы вышли на улицу и, пройдя до следующего дома, заприметили скамейку. Подмигивая браслетами, новобранцы бегали взад-вперёд, а напарник опять усадил меня ровно.

— Нам ничего делать не нужно? Как-то я себя неловко чувствую.

— Доверьтесь мне, — махнул он рукой. — Всё сделаем по красоте. Подготовимся и быстрее пойдём. Сейчас толкучка, конкуренция, мы