Восхождение - Дарья Владимировна Зубкова

Она единственная спасала меня от всепоглощающего и нескончаемого безумия. Горе, что я ощущала каждую секунду каждого нового дня все больше поглощало мой разум. Уже какой день я лежала в одном положении в комнате отца, придаваясь нескончаемым рыданиям. Вот уже два дня, как я была живым трупом без чувств и эмоций внутри. Мне казалось, что моя душа ушла в тот момент, когда я услышала самые страшные слова в своей жизни. «Оливия, мне очень жаль, но ваш отец… Ваш отец скончался сегодня ночью». Раз за разом я слышала эти слова в своей голове, пытаясь понять все произошедшее. Чувство вины разрасталось во мне с неимоверной силой. Я не могла простить себя за эту роковую ошибку и за своё бездействие. Я корила себя за то, что мне не хватило рассудительности, чтоб сразу по возвращению из Асгарда отправиться к отцу. «Если бы ты не замешкалась и отправилась сразу к отцу, он был бы жив и всего этого можно было избежать. Но теперь ты навсегда потеряла его и ты никогда не сможешь исправить все это. Ты и только ты виновата в смерти отца и тебе придётся жить с этим до конца твоих дней». Собственный голос звучал жестоко и беспощадно. Я мечтала всеми силами заглушить разум и не слышать эти болезненные мысли. Но это, к моему сожалению, было невозможно. Не знаю, сколько я пробыла без еды и воды, но у меня напрочь отсутствовало желание что-либо употреблять в себя. Слушая разнообразные песни об любви отца к дочери, я всегда представляла лицо своего отца и его мягкий и любящий взгляд на себе. Его добрые серые глаза и слегка морщинистый лоб. Все эти дни я не знала, что происходит в мире за стенами комнаты отца и как живет весь остальной свет. Для меня перестала существовать реальность. Музыку в моих ушах прервал чей-то голос и я ощутила лёгкое прикосновение на коже.

— Лив, ты как? — обычно живой и мелодичный голос Локи звучал непривычно тихо и глухо.

— Никак, — прошептала я, не выключая музыку в ушах. — Что ты хотел?

— Хотел навестить тебя и попросить банально поесть.

— Я не голодна, — я повернулась к своему гостю спиной, зарываясь в одеяло. — Оставь меня одну.

— Лив, я все понимаю, как и понимаю причины твоего поведения. Но прошу тебя, хоть немного постарайся заставить себя поесть. Ты два дня лежишь здесь и ни разу не встала с кровати за все это время. Тебе нужно поддержать свой организм и не позволить окончательно истощить себя.

— С каких пор ты стал экспертом в медицине? — я процедила свои слова максимально высокомерно. — Ты, вроде, был Богом обмана и коварства, а не исцеления. Будь добр, прекрати строить из себя умника и оставь меня в покое.

— Твоя агрессия вполне оправдана. Мы оба знаем стадии принятия тяжёлых ситуаций. Непринятие, отрицание, а теперь настала стадия гнева. Я это прекрасно понимаю и не хочу усугублять твоё тяжёлое состояние.

— Раз ты у нас лучший психоаналитик, чем я, будь добр, проводи свою терапию кому-нибудь другому, но не мне. Уйди! — я громко завизжала и новый поток слез вырвался из моих глаз. — Я не хочу никого видеть!

— Я уйду, но при условии, что ты поешь. Обещаю тебе.

— Ты Бог обмана. С чего я должна тебе верить?

— С того, что я ни разу не обманул тебя. Я не собираюсь этого делать и сейчас, — Локи сел на край кровати и тяжело вздохнул. — Прошу тебя, хоть немного, но соберись. Сделай это не ради меня, а ради Ричарда. Он бы хотел…

— Не смей произносить его имя при мне, — я подорвалась со своего места и кинулась на Локи с кулаками. — Не говори мне о нем!

— Лив, успокойся! — сильные мужские руки схватили мои запястья, заблокировав мою способность двигаться. — Я не хотел напоминать тебе о нем, но ты не оставила мне выбора. Ричард просил меня быть с тобой рядом и быть опорой для тебя, что я и делаю. Я не нарушу данное твоему отцу слово и чтобы ты не говорила мне, но я не оставлю тебя.

— К черту все эти обещания. Отец должен сидеть сейчас в этой комнате и быть рядом со мной. Он должен был повести меня к алтарю и должен был встречать старость в своём доме на берегу океана… — мой голос сорвался и я обессилено упала на кровать. — Я должна была успеть. Я же могла его спасти, но я не успела. Я не успела на каких-то пару часов.

— Лив, я понимаю, что ты винишь себя в этом, но твоей вины во всем произошедшем нет. Это банальное стечение обстоятельств. Я тоже верил, что у нас все получилось и мы спасём Ричарда. Думаешь, я не виню себя во всем этом? Я проигрывал в своей голове миллионы сценариев при которых я успел бы спасти Ричарда и достать это злосчастное кольцо для него. Но, к сожалению, прошлого не изменить. Есть то, что есть и ради отца тебе стоит немного собраться и идти дальше.

— Я не хочу. Я ничего не хочу. Мне нужен папа, — я затряслась, почувствовав новую волну боли и отчаянья. — Я не простилась с папой должным образом и я не знаю, что стало с его душой.

— Лив, я уверен, Ричард сейчас в лучшем мире. Он явно не тянул на того, кто мог сожалеть о чём-то и корить себя за что-то, чтоб оказаться в Аду, — Локи слабым движением руки провёл по моим волосам и тихо прошептал. — Я понимаю, тебе больно это слышать, но я пришел к тебе по делу. Сегодня состоятся официальные похороны Ричарда. Сив и Тор за эти дни организовали всю эту процессию и они попросили меня сообщить тебе об этом.

— Папу сегодня похоронят? — вновь мой голос сорвался, а руки судорожно затряслись. — Я не смогу заставить себя появиться на его похоронах. Это слишком больно.

— Но своим отказом ты осквернишь память отца. Ты его дочь и он заслужил твоего прощания в его последний путь…

— Я не могу… Я не могу отпустить его.

— Но ты должна. Душа Ричарда должна знать, что ты сильная и ты хранишь его память в своей душе.

Локи нерешительно протянув свои руки в мою сторону. Я пару минут колебалась, а затем упала в его объятия, придаваясь новой волне рыданий. Я не могла представить, как я смогу пережить похороны отца и как смогу появиться на столь болезненном мероприятии. До этого момента