Таланты, которые нас связывают - Кэролайн О’Донохью

и магию чем-то плохим или каким-то чудачеством.

– Разница в том, что в Викке следуют принципу «делай или не делай, как хочешь», а вот за идею Бога люди устраивают целые войны, – говорит Хэзер. – Конечно, очень удобно оправдываться, когда ссылаешься на единого бога в образе мужчины, обладающего весьма специфическими взглядами на возжелание жены и земли соседа. Хм-м, и кто же выдумал такую идеологию?..

– Мужчины?

– Мужчины!

Сейчас, когда она заговорила о магии, в ее тоне ощущаются какие-то едва заметные изменения, как бы больше теплоты. Я вспоминаю тот вечер, когда меня преследовал Аарон, и как я ощутила в ветре запах меди. И как мне показалось, что она знает больше, чем показывает.

– А вы… – начинаю я. – Вы… как я?

– Как ты в каком смысле?

– Вы обладаете… даром?

На мгновение она замирает, сжимая губы. Как будто пытается решить – рассмеяться или воспринять мой вопрос серьезно.

– Мне кажется, я не совсем понимаю, о чем ты, Мэйв.

Я возвращаюсь к сортировке текстов, читаю вслух про плоть и кровь Христову, одновременно пытаясь потихоньку проникнуть в сознание Хэзер Бэнбери. Нахожу ее нить света и следую за ней. И тут же ощущаю сопротивление, как будто натыкаюсь на невидимую стену в видеоигре.

– Мэйв, сосредоточься на задании, – говорит она, словно слегка упрекая меня, но не раздраженно.

«О. Она знает», – думаю я.

Потом Ро присылает мне текстовое сообщение о том, что не сможет сегодня подвезти меня до дома, что «Маленькую частную церемонию» в последний момент попросили выступить в студенческом баре. Он спрашивает, могу ли я поехать на автобусе.

«Но меня до сих пор не выпускают из дома. Мы что, и на выходных теперь не увидимся?»

Ответ приходит лишь в полночь. Он извиняется и пишет, что только что взял свой телефон и увидел мое сообщение.

14

Пусть мама с папой и руководствуются какими-то своими представлениями о благих намерениях, не выпуская меня из дома, но мои выходные – это и их выходные, а они хотят заниматься своими делами. В это солнечное теплое воскресенье они решили отвезти собаку на пляж, до которого ехать минут сорок на машине. Еще одно преимущество Килбега – до центра города или до моря никогда не бывает слишком далеко.

– Поедешь с нами, Мэйв? – с энтузиазмом спрашивает отец, надевая ботинки. – А после заедем куда-нибудь пообедать.

– Нет, спасибо, – мрачно отвечаю я, поглядывая на свои книги. – Лучше посижу дома, позанимаюсь.

– Ну ладно. Тогда мы вернемся часа в четыре.

– Круто. Ну тогда пока.

Папа уже устал от суровых мер. Мама же, похоже, считает все совершенно нормальным. Атмосфера в доме остается напряженной.

В ту же минуту, когда они выходят из дома, я звоню Ро, который оказывается в компании Фионы и Лили, и они все приходят ко мне.

– На доске объявлений у музыкального кабинета была вот эта листовка, – говорит Лили, вынимая из кармана сложенный лист. – На ней логотип школы.

Она показывает на напечатанный на обороте крест Святой Бригитты.

Я рассматриваю листовку с фотографиями разных молодых людей – я смутно распознаю в них «инфлюэнсеров» из Instagram и TikTok. Не слишком знаменитых, не самых известных, а, скорее, местного уровня. Тех, которые публикуют фото своих французских бульдогов и всегда отмечают себя на бесплатных обедах.

«СТРЕСС ОТ ЭКЗАМЕНОВ? ПОЗИТИВНОЕ МЫШЛЕНИЕ МОЖЕТ ВЫЗВАТЬ СТРЕСС В БУДУЩЕМ.

БЕСПЛАТНЫЙ ЛИЧНОСТНЫЙ ТЕСТ ПОМОЖЕТ ТЕБЕ ОПРЕДЕЛИТЬСЯ С ПРИОРИТЕТАМИ.

ВЫБЕРИ СВОЙ ПУТЬ. ОБСУДИ ЕГО С КЕМ-НИБУДЬ УЖЕ СЕГОДНЯ».

– Они собираются в Клэрингдон-отеле? – спрашиваю я, разглядывая адрес. – Что за… причуда? И туда приходят девочки из нашей школы?

– А я знаю? – пожимает плечами Лили. – Тут написано про бесплатное угощение.

– Понятно, – говорит Ро. – Большой шаг по сравнению со встречами в той странной квартире Аарона.

– Огромный.

Лили с Фионой принимаются изучать объявление, а Ро кладет руку мне на плечо.

– Прости за прошлый вечер. Не мог отказаться.

– Не мог или не хотел? – спрашиваю я, все еще немного сердясь.

– Мы не в таком положении, чтобы отказываться от выступлений, – говорит он слегка раздраженно. – Мы готовимся к туру.

– Я знаю, – говорю я, немного резче, чем следовало бы.

– Надо бы и нам туда сходить, – говорит Лили, снова показывая на листок.

Я не обращаю на нее внимания и тайком пробираюсь в мысли Ро.

«Могла бы и спросить, как прошло выступление».

– Надо бы нам туда сходить, – повторяет она, только громче.

– На вот это? – тычу пальцем я в объявление. – Сегодня? А это не опасно?

– Для кого? – удивленно моргает Лили.

Мы переглядываемся, и нас охватывает серебристо-мерцающая волна взаимопонимания и уверенности.

– Да, пойдем! – решительно говорю я, устав от роли «плохого парня», отчаянно желающего сделать что-то хорошее.

– Ну что ж, тогда в путь, – встает Фиона.

Ро тоже встает, осматривая свой наряд: черные легинсы и платье-тунику с вышивкой. Находясь до сих пор в его мыслях, я чувствую, как он прикидывает, насколько хорошо он выглядит и стоит ли отправляться в отель в таком виде. Он подумывает о том, чтобы заехать домой и переодеться, а потом вдруг произносит вслух:

– Да хрен с ним, поедем.

Мы даже не понимаем, зачем мы едем туда и что нам там делать. Что мы можем делать. Мы просто устали от того, что ничего не делаем.

* * *

«Клэрингдон» – пятизвездочный отель, расположенный на берегу реки Бег в центре города, построенный до последнего кризиса, с шикарной широкой набережной перед ним и плавучим причалом, на который можно выходить летом. Здесь проходила свадьба моей сестры Эбби, когда мне было тринадцать лет. Мне разрешили привести в качестве подруги Лили, и мы бегали по этому причалу во время торжественных речей, стараясь сильнее раскачать его. Поскользнувшись, я упала в реку, а Лили меня вытащила.

Ближе ко входу я толкаю ее рукой и спрашиваю:

– Помнишь свадьбу Эбби, Лил? Как ты меня вытащила?

Она поднимает голову, медленно осматриваясь и погружаясь в воспоминания.

– А, ну да, – отвечает она наконец с выражением искреннего изумления на лице. – Здесь была свадьба твоей сестры Эбби.

– Ага, точно, – соглашаюсь я, словно и не говорила об этом сама.

Изумление на ее лице чередуется с радостью – скорее удивлением от радости. Она расцветает.

– Мэйв… это было весело?

– Ага, – киваю я. – Помнишь, как Эбби грозилась убить меня? Нас отвели в ее специальный номер для новобрачных и приказали сидеть там, а мы…

– Заменили все пакетики с шампунем чаем! А чай мы заварили в крохотном чайничке!

Она смеется, словно позабыв обо всем другом на свете, рот ее широко