Судьба бастарда - Евгений Владимирович Панов

Томас поморщился, но, собравшись, принялся начищать сапог с ещё большим усердием, и, к моему удивлению, за несколько минут у него действительно появился первый блеск.

Гладить форму оказалось сложнее всего. Один из ребят, Дэниел, как-то даже подошёл ко мне с жалобным выражением лица, показывая на форму, где от его утюжки осталась складка посреди рукава.

– Эрвин, ну почему она всё равно мятая? Я же гладил!

Я едва сдержал смех и положил ему руку на плечо.

– Потому что надо сначала разгладить форму, а потом аккуратно вести утюгом, – ответил я, показывая. – Попробуй так и увидишь, что получится.

Со временем они все стали справляться с этой, в общем-то, нехитрой наукой.

В столовой также произошли большие перемены. Первое время кадеты морщились от любой каши и не могли смириться с простотой армейских блюд. Но всё изменилось после введения утренней зарядки. Каждое утро начиналось с пробежки – это было жёсткое испытание для детей, привыкших к комфортной домашней жизни, где не нужно было бегать по несколько километров. Усталые, порой с полусонными глазами, они выходили на построение и изо всех сил старались поспевать за ритмом.

– Эрвин, мы так каждый день будем бегать? – задыхаясь, спросил Майк в середине одной из первых пробежек.

– Будем, – твёрдо ответил я, подбадривая его кивком. – Зато потом завтрак покажется вкуснее, поверь. И ты сам станешь сильнее.

Через пару недель пробежек и зарядок за столом в столовой я увидел настоящую перемену: ребята ели всё, что им клали, и даже просили добавки, благо проблем с этим не было.

– Ты посмотри на нас, Эрвин, – как-то обратился ко мне с ухмылкой Саймон, никогда не страдающий отсутствием аппетита, когда мы собрались за ужином. – Если так пойдёт и дальше, я стану толще бочонка с водой.

– Только если не будешь лениться на зарядке, – ответил я, смеясь.

– Я на неё и выхожу только ради завтрака, – подмигнул Саймон, и вся группа ребят рассмеялась.

С каждым днём они всё больше и больше втягивались в армейский ритм. Поначалу пробежки казались им мукой, но постепенно, заметив свои достижения, ребята начали относиться к этим утренним испытаниям как к серьёзной части их жизни в корпусе.

На вечернем построении, когда все стояли передо мной, уже без страха в глазах, а с сосредоточенными лицами, я чувствовал гордость. С каждым днём они становились ближе к пониманию того, что значит быть частью корпуса.

С первых дней учебы у меня завязался конфликт с одним из преподавателей. У меня был аттестат об общем образовании, и мне совсем было не интересно сидеть на занятиях по базовым предметам. Однако никто, похоже, не обратил на это внимание, и я оказался в классе, слушая объяснения элементарных задач, которые уже давно были для меня пройденным этапом. От скуки я зевал, изредка поглядывал в окно или иногда просто отвлекался. Именно тогда преподаватель – старший учитель Сорейн, мужчина лет пятидесяти с резкими чертами лица и холодным взглядом – заметил мою незаинтересованность и не замедлил отреагировать.

– Вайс! – рявкнул он, и его голос эхом разнёсся по классу. – Что вы себе позволяете? Почему не слушаете материал?

Я вздрогнул, но постарался ответить спокойно:

– Простите, господин преподаватель. Я всё это уже проходил.

Сорейн нахмурился, глядя на меня с нескрываемым раздражением.

– А это, позвольте узнать, откуда у вас такая уверенность?

– У меня аттестат об окончании общего образования, господин преподаватель, – ответил я, не отводя взгляда. – Если необходимо, могу снова сдать экзамены по всем предметам.

Эти слова его явно разозлили ещё больше. Он скрестил руки на груди и уставился на меня с высокомерной улыбкой.

– Хм. Аттестат, говорите? И каким образом, интересно, такой юный человек, как вы, сумел получить его? И вообще, знаете, Вайс, сейчас за деньги можно сделать что угодно. Думаете, я поверю, что вы всё это знаете? Давайте-ка сосредоточьтесь на предмете и не отвлекайтесь.

– Сдаётся мне, что учёба должна измеряться знаниями, а не тем, сколько уроков я отсидел, – спокойно сказал я, не скрывая, что его намёк меня задел.

– Что ж, вы достаточно наглый, как я вижу, – процедил Сорейн, едва заметно прищурившись. – Однако пока вы находитесь в классе, вы будете подчиняться моим требованиям и посещать занятия, как все. И я не потерплю, чтобы кто-то вёл себя так, словно ему здесь нечему учиться.

Я вздохнул, стараясь не обострять конфликт.

– Я ни в коем случае не хотел вас оскорбить, господин преподаватель. Я просто предлагаю доказать свои знания.

– Ах, доказать знания? – он усмехнулся, скептически оглядывая меня. – Очень интересно. Хорошо, давайте попробуем. Я назначаю вам тест по пройденному материалу. Вы готовы прямо сейчас?

– Так точно, господин преподаватель, – ответил я, встречая его испытующий взгляд.

Сорейн велел мне подойти к доске и взял лист с задачами, которые, по его мнению, были для меня сложными. Я пробежался глазами по заданиям: они были несложные, и через несколько минут я закончил всё, проверяя, не пропустил ли что-то. Он даже не пытался скрыть своего раздражения, когда проверил мои ответы и, к его явному разочарованию, нашёл их верными.

– Ну что ж… – сказал он с заметной неохотой. – Видимо, мне придётся смириться с тем, что вы действительно понимаете этот материал. Однако не забывайте, Вайс, что на уроках всё равно необходимо присутствовать. Это вопрос дисциплины.

– Я бы предпочёл изучать что-то более сложное, господин преподаватель, – ответил я, ощущая, что он не оставит этот разговор без последствий.

Этот обмен лишь усилил его враждебное отношение ко мне, и, после нескольких таких прений, я решил, что нужно поднять этот вопрос выше. Я обратился к капитану Штайнеру, с которым уже наладил хорошие отношения, и изложил ему суть проблемы.

– Господин капитан, у меня уже есть аттестат об общем образовании, – сказал я, когда был в его кабинете. – Ввиду этого мне не требуется посещать базовые уроки, но преподаватель настаивает, что я должен сидеть с остальными и выполнять простейшие задания.

Штайнер с интересом посмотрел на меня и кивнул.

– Звучит логично, Вайс. Вы предлагаете альтернативу?

– Да, господин капитан. Я мог бы посещать дополнительные занятия, например, по иностранному языку, и заниматься в библиотеке, изучая более сложные предметы. Также я хотел бы использовать свободное время для тренировок в спортивном зале.

Капитан на мгновение задумался, а затем кивнул, одобрительно глядя на меня.

– Очень продуманное предложение. Я поддержу твою просьбу, Вайс, и доложу о ней вышестоящему командованию. Думаю, решение будет в твою пользу.

Через несколько дней командование корпуса приняло решение, что я могу не