Цветы пиона на снегу. Том 4 - Моргана Маро

Развернувшись, Вэнь Шаньяо поспешил обратно в дом. Когда он дошел до гостевых сыхэюаней, одежда и волосы уже высохли, что вызвало легкое удивление. Он не применял печати, да и ткань не была оснащена нужными иероглифами.

– Надо же, кто явился! А ты совсем совесть потерял, раз даже не вспомнил обо мне! – раздался звенящий от гнева и негодования голосок. – Что, мозги усохли за время медитации?

У дверей во двор, уперев руки в бока, стоял Луань, гневно сверкая глазами из-под челки. Словно рассерженный зверек, он пытался казаться грозным и большим, но напоминал полевую мышь.

– Луань?

– Ага, значит, помнишь! Помнишь мое имя! – злорадно рассмеялся дух, указав на Вэнь Шаньяо пальцем. – Так почему я узнаю, что ты очнулся, чуть ли не самым последнем в клане?!

Вэнь Шаньяо удивленно приподнял брови. Дух так разозлился на него только из-за того, что он не навестил его? И все? Неужели…

– Ты скучал по мне? – с лукавой улыбкой поинтересовался Вэнь Шаньяо.

– Я?! Скучал по тебе?! – возмутился от наглости дух. – Да зачем мне скучать по такому убогому, как ты?! Ты только на медитацию ушел, я сразу о тебе забыл!

– Тогда почему злишься, что я не пришел к тебе?

– Не твое собачье дело! – взорвался Луань, набросившись на Вэнь Шаньяо с кулаками, и тот не стал отстраняться, практически и не чувствуя удары духа, бившего по ногам. – Я так долго мучился с тобой! А ты даже не навестил! Даже не зашел! У-у-у, вот она, твоя собачья благодарность?! Совсем для тебя ничего не значу!

Голос Луаня стал сиплым, надрывным, а по его щекам покатились слезы. Перехватив его слабые ручки, Вэнь Шаньяо взглянул на духа. Поджав губы, он изо всех сил сдерживался, отчего лицо покраснело, а глаза наполнились слезами.

– Ты скучал по мне? – вновь повторил Вэнь Шаньяо, но уже тише.

Опустив глаза и грозно пыхтя, Луань все же кивнул, стерев влажные следы на щеках.

– Если тебе будет от этого легче, то я тоже.

Застыв, дух поднял на него взгляд и зарыдал еще сильнее, бросившись ему на шею и чуть не повалив его на землю. Подхватив Луаня, Вэнь Шаньяо со вздохом погладил его. Слезы духа, срываясь с подбородка, обращались в кристаллы и падали на землю. Сжавшись на груди Вэнь Шаньяо, Луань обнимал его так крепко, словно боялся потерять.

Зайдя во двор, Вэнь Шаньяо похлопал Луаня по спине, и дух наконец отпустил его, спрыгнув на стол и громко хлюпнув носом.

– Я… это… ты ничего не видел, – проворчал дух, сунув руки в карманы штанов. – И надолго ты в Байсу Лу?

– Как получится. Нужно кое-что сделать, пока еще есть время.

– И волка с собой захватил?

– Сам за мной увязался, – хмыкнул Вэнь Шаньяо.

Теперь, куда бы ни пошел Вэнь Шаньяо, его будет сопровождать Северный волк Ганшаня.

Ганшань

От выпитого вечером вина кружилась голова. С трудом проснувшись, Вэнь Шаньяо уловил в комнате запах Северного волка, но его рядом не было. Видимо, он заходил утром, но будить не стал.

Размяв слегка затекшее после сна тело и одевшись, Вэнь Шаньяо вышел во двор. На столе уже стояла еда с поднимавшимся от нее паром, а на стуле, что-то читая, сидел волк. Заслышав шаги, он мазнул взглядом по Вэнь Шаньяо и едва уловимо кивнул.

– Надо же, ты сходил в лавку семьи Ши? – взглянув на еду, ахнул Вэнь Шаньяо.

– Нет, это все приготовил Луань.

Услышав имя духа, Вэнь Шаньяо застыл, с удивлением глядя на паровые булочки и рис. Все выглядело слишком хорошо. Вздохнув и помолившись Цзинь Хуэю, Вэнь Шаньяо осторожно откусил и удивленно уставился на волка.

Это было… невероятно вкусно! Словно еда семьи Ши!

– Их точно приготовил Луань? – недоверчиво спросил он.

– Да, готовил при мне. Весьма неожиданно, не так ли?

Вэнь Шаньяо согласно кивнул, с наслаждением доел булочку и приступил к рису с тонкими ломтиками мяса и корнем лотоса. Видимо, он слишком сильно наслаждался едой, жмурясь от удовольствия, раз волк перестал читать. Перехватив его руку с палочками, Лэн Шуан наклонился и съел мясо с рисом. Вэнь Шаньяо улыбнулся, сжав пальцами палочки и с хрустом сломав их, заставляя Лэн Шуана резко отстраниться.

– Новое правило: съешь мою еду – я съем тебя.

– Даже не поделишься?

– Всем, кроме еды, – выбросив сломанные палочки, заявил Вэнь Шаньяо. – Съешь то, что предназначалось мне, – пожалеешь.

– Ты слишком чувствителен к еде.

– Конечно, я почти две тысячи лет питался человеческим мясом и кровью. Посмотрел бы на тебя, переживи ты такое, – проворчал Вэнь Шаньяо, взяв новые палочки и продолжив трапезу.

Лэн Шуан не успел ответить, как над головой раздался клекот и на стол спикировал сокол. От неожиданности Вэнь Шаньяо отскочил, успев прихватить тарелку с едой, и удивленно посмотрел на птицу. Она выглядела до странного знакомой.

– Это…

– Цзянь, сокол Вай Сянцзы, – кивнул Лэн Шуан, сняв записку с лапы птицы. – Если он отправил Цзяня, значит, случилось что-то серьезное.

Вэнь Шаньяо напрягся, нервно постукивая пальцами и видя, как леденеет лицо волка. Новости были явно не из приятных.

– Мне нужно вернуться в Ганшань, – резко поднявшись, сухо произнес Лэн Шуан.

– Что случилось?

– На Севере заметили Паразитов. Король Бездны нацелился на Ганшань, поэтому всех волков, не состоящих в штабах, призывают вернуться в клан.

Неприятный холод скрутил низ живота. Не дав волку уйти в комнату, Вэнь Шаньяо схватил его за рукав:

– Я с тобой.

– Нет, – качнул головой Лэн Шуан. – Ты не состоишь в Ганшане и не можешь просто так заявиться туда. Нужно либо получить приглашение главы, либо стать одним из нас.

– Не вижу проблемы.

Лэн Шуан застыл, нечитаемым взглядом смотря на него, прежде чем произнести:

– Что ты имеешь в виду?

– Ты забыл про Сяо-эр? Назовешь ее своей невестой, и глава Ганшаня и слова не скажет.

– Если он узнает…

– Тогда сделаем так, чтобы не узнал, – улыбнулся Вэнь Шаньяо. – Ну же, Шуан, в наших же интересах не дать Королю добраться до демона Ганшаня и заполучить осколок его души.

Закрыв ненадолго глаза, волк все же сдался и кивнул.

– Хорошо. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, иначе окажешься среди вечного снега и демонов.

– Тогда отправляй письмо, что ты вернешься с невестой, – кивнул на сокола Вэнь Шаньяо. – Я все подготовлю, а ты постарайся забыть, что у меня есть что-то между ног.

Волк закатил глаза, поманил Цзяня, который