Цветок спасения - Эмили Аррентс

бывало вернётесь обратно, – сказал капитан, глядя прямо в наши ошеломлённые лица.

Все хассани, посланные на Турат, умерли там. Только один выжил.

– Вы вернулись обратно, – сказал я, еле дыша.

– Нет, – пробормотал он. – Не совсем. Часть меня осталась на том проклятом острове.

Я хотел знать, что он видел, что его погубило – не физически, но эмоционально. Казем, однако, был не в настроении ворошить жуткие воспоминания. Что-то подсказывало мне, что его заклеймённая грудь была самым очевидным, но наименее болезненным напоминанием о его посещении острова.

– Вы можете подробнее рассказать нам о Турате? – осторожно спросил Амир, как будто не вполне желая услышать ответ.

– Султан послал меня и немало других членов хассани в путешествие. Нам предстояло выяснить, почему торговля с Сараданом была прекращена так внезапно.

Райан сузил глаза.

– Вы и прежде работали на моего отца?

Казем посмотрел на него с презрительной усмешкой.

– Он избавил вас от таких незначительных подробностей, прежде чем написать письмо с этим бездушным приказом? Островом правит человек, обладающий Мёртвой магией. Имени у него нет. Они называют его Мастером. Он использует Лабиринт, чтобы отправлять всех на верную смерть. Я видел, как члены моей команды умерли ужасной смертью. Один за другим. – Он уставился куда-то вдаль.

– Значит, человек, владеющий Мёртвой магией, правит островом. Кто это? Вам о нём что-то известно?

Казем покачал головой.

– Он просто передал мне предупреждение. Сказал, что Турат теперь его.

– Как вы сбежали? – спросил Амир.

Он с изумлением воззрился на Амира.

– Бежал? О нет. Никто не покидает остров без дозволения Мастера. Он по своей воле отпустил меня. Моей задачей было передать султану его послание. Меня пощадили, чтобы я мог поведать об увиденных мной ужасах.

– Мне очень жаль, – сказал я. – Это чудовищно.

Казем безрадостно рассмеялся.

– Должна быть причина, почему султан верит в это предприятие. Ему следовало послать Совет. Вы слишком молоды.

– Мы легко заменимы, – сказал я.

Повисло молчание, и я не мог собраться с силами, чтобы нарушить его.

– Сын легко заменим? – спросил Казем. – Или у нас с вами различное понимание этого слова?

Райан покачал головой.

– Я стою здесь по собственному выбору. Мой отец учил меня, что мужчина должен брать на себя ответственность за свои поступки.

Капитан, разинув рот, смотрел на Райана.

– Вот как. – Глаза его сузились. – Я готов поставить собственный корабль, что ваш отец даже не знает, что вы участвуете в его идиотском предприятии.

Я силился оторвать глаза от зазубрин на его обожжённой коже.

Райан бесстрастно посмотрел на капитана.

– Как я уже сказал: я беру на себя ответственность за свои поступки и за будущее Сарадана.

– Глупец! Вы думаете таким образом завоевать его сердце? Своими безрассудными действиями?

– Я не желаю завоёвывать ничьё сердце, тем более сердце моего отца. Он недобрый человек. – Я надеялся, что капитан не заметил его колебания перед словом «отца». – Ему не следовало превращать Турат в узилище. Он должен был позволить лечить людей с Отклонением.

Капитан застегнул свою тунику.

– Шахзаде заботит судьба людей с Отклонением? Замечательная черта в отпрыске тирана. Иногда я думаю, что султан сам страдает от Чёрного сердца.

– Довольно, – сказал Амир. – Никто не должен расплачиваться за прегрешения отцов.

– Иногда родителям приходится расплачиваться за ошибки своих детей, – слабо промолвила Аиша.

На мгновение мне подумалось, что она говорит обо мне. Однако выражение её глаз говорило о другом. Вина. Она говорила не обо мне. Конечно, не обо мне. У этой девушки было прошлое, как и у меня. Только я не мог вызвать в себе ни капли сострадания. Я не забуду того, что она сделала.

Мы с Амиром направились в свою каюту, оставив Аишу и Райана на палубе. Когда я уже было думал, что мой брат отбросил все чувства к Аише, я перехватил последний взгляд, который он бросил на неё.

* * *

На закате показались очертания Турата. Всё, что мы смогли различить, – это метровой высоты стены, окружавшие остров. В это мгновение я поверил, что никто не покинул это место живым.

Аиша и Райан вместе смотрели в море, тихо разговаривая. Я подумал, не остались ли у Райана к ней чувства – даже после всего, что случилось.

Амир стоял рядом со мной и не сводил с них глаз.

– Во время нашего обучения она призналась, что влюблена в шахзаде, – сказал он. – По-видимому, она до сих пор любит его.

Я вздохнул.

– Они просто разговаривают, Амир. Как думаешь, почему она ищет общества Райана? Или тебе нравится разговаривать с людьми, которые тебя ненавидят?

Капитан остановил корабль. Он жестом подозвал меня и Амира.

Казем развернул карту Турата на одном из столов.

– Я о вас беспокоюсь.

Его встревоженный взгляд тревожил меня больше, чем необходимость покинуть корабль. Даже тон его голоса стал другим. Теплее. Не таким резким.

– Я бы спустил шлюпки и отправил вас своей дорогой, но моя совесть этого не позволит. – Он не сводил глаз с карты.

– А что ваша совесть вам позволит? – спросил я, опасаясь, что он отменит высадку.

– Если я не ошибаюсь, вам всем нет даже двадцати. – Он посмотрел в направлении острова. – Вы слишком молоды, чтобы умирать.

– Благодарю за ободряющие слова, – сказал я, – но нам действительно нужно идти. Если хочешь чего-то добиться, нельзя застревать на том, что может пойти не так. Толика надежды проторит большой путь.

Капитан улыбнулся.

– В таких местах нужно больше, чем толика надежды.

– Что вы предлагаете? – спросил Амир.

– Я предлагаю делать то, что я скажу, – произнёс он с улыбкой. – Поскольку я буду сопровождать вас на этом пути.

Я уставился на него.

– Что изменилось с тех пор, как мы отплыли из порта? Вы отказались причаливать, а теперь хотите пойти с нами?

– Я не могу позволить, чтобы вас просто убили. Я побывал на этом острове, – сказал он, – а значит, с моей помощью у вас больше шансов добраться до дерева куалзара. – Он постучал по изображению двух башен в центре карты. – Дерево находится здесь.

В самом сердце Лабиринта. Потеряв дар речи, я не сводил глаз с карты.

– Вы готовы ради нас рискнуть своей жизнью? – Амир пристально вглядывался в него. – Или есть что-то ещё?

Райан и Аиша тем временем слушали чуть на отдалении.

– Каким надо быть глупцом, чтобы подвергать свою жизнь такой опасности, – сказал Райан. – Я уже понял, что люди никогда ничего не делают для других, если не выгадывают что-то для себя.

Я мрачно посмотрел на Райана:

– Пожалуйста, давай без предвзятости.

– Шахзаде прав, – коротко отозвался Казем. – Это путешествие дало мне время подумать.