Алекс Макдуф - Хозяин Океана

Про себя Хорса усмехнулся: шерсть эта была ему знакома: ворсистая, плотная и теплая, темно-красная в черную крупную клетку — это была шерсть из Темры, от Майлдафа. За занавесками кто-то чем-то шуршал, похоже пергаментами.

«Пергаменты Седек хранил в шкатулке, а склянка с порошком была там же, — подумал Хорса. — Значит, Джоакино понадобилось зелье».

Хорса тронул кхитайца за рукав. Тэн И безмолвно кивнул. Он жестом показал Хорсе чтобы тот распахнул шерстяной полог, дабы кхитаец мог действовать без помех. Проверив наличие кинжала на законном месте — в рукаве, — Хорса одним движением отдернул в сторону и вверх отрез материи, служивший дверью.

Словно желтая молния Тэн И устремился вперед. Хорса сам умел вести рукопашный бой, но он вовсе не был уверен, что бесшумно справится с сильным молодым мужчиной на столь тесном пространстве за несколько мгновений. А Тэн И умел.

Аргосец стоял ко входу спиной, увлеченный поисками вожделенного дурмана. Он даже не успел обернуться, как кхитаец ударил его. Куда — этого Хорса заметить не успел. Джоакино рухнул как подкошенный. Хорсе только оставалось помочь Тэн И подхватить падающее тело.

В закутке стояла кровать, на которой похрапывал Седек, заботливо прикрытый теплым одеялом. Шемит был стар и тощ, и кровь уже не грела его. Даже в полдень ему приходилось пользоваться теплой одеждой. Хуже было то, что на полу с кинжалом в горле в луже густой темной крови лежал в нелепой позе старик-слуга. Маленький круглый столик на резных ножках, инкрустированный слоновой костью, был опрокинут, фарфоровый кувшинчик и изящные глиняные чашки упали на пол и не разбились лишь благодаря толстому ковру. Любимое козье молоко Седека растеклось по ворсу, смешавшись с кровью.

— Кинжал — Джоакино, — невозмутимо заметил Тэн И, когда вместе с Хорсой они водворили аргосца на ложе убитого слуги.

— Похоже. — Хорса оглядел внушительный нож с узким заостряющимся треугольником лезвием, как любили делать аргосцы, На поясе у Джоакино отыскались ножны, на взгляд — а взгляд у Тэн И и Хорсы был наметанный — вполне подходящие именно для этого кинжала.

— Все ясно. Этот юноша выполнил указание месьора и пришел за платой. А месьор спал. Слуга пытался помешать, и молодой месьор убил его.

— Это понятно, — охотно согласился Хорса. — А когда он проснется?

— Кто? — спросил кхитаец, что было вполне резонно, глядя на три распростертых тела.

— Джоакино, — слегка призадумавшись, решил Хорса.

— Сейчас, только надо его чем-то связать. Я, увы, оставил все необходимое в другой одежде, — посетовал кхитаец. — Все эти приемы, бесконечные переодевания…

— И у меня найдется не много полезного, — слегка растерялся Хорса. — Хотя вот! — Он схватил со спинки кровати Седека длинный шерстяной отрез, каким старый шемит обматывал горло В туманную и промозглую погоду.

— А сей материал сдержит усилия этого не самого слабого мужа? — Тэн И с сомнением поглядел на шарф и рельефные бицепсы и сильные кисти Джоакино.

— Несомненно, — отвечал Хорса. — Это же шерсть из Темры. Однажды я набросил этот шарф на шею лошади, которая готова была понести…

— Этот? — изумился кхитаец.

— Тот, что подарила мне графиня, — уточнил Хорса. — И шарф не порвался, даже ни одна петля не растянулась.

— И месьор Хорса остановил лошадь? — с сомнением в голосе вопросил Тэн И.

— Да, но это было не слишком просто, — несколько смущенно, но честно признался Хорса.

— А кто-нибудь был в седле? — осенило вдруг ворчливого кхитайца.

— Графиня Этайн, — ничего не подозревая, отвечал гандер.

— Тогда понятно, — вздохнул кхитаец. — Давай шарф.

— Если он станет сопротивляться, а шарф не выдержит, мне придется сделать то же, что и тебе с той лошадью, но у меня уже не будет шарфа, — предупредил Тэн И, когда кисти Джоакино были крепко связаны.

Он сделал руками какой-то пасс, неуловимым движением коснувшись лица аргосца. Тот мгновенно поднял голову.

Лицо у него было грубоватое, подбородок тяжелый, черты резкие, он больше походил на крестьянина или рыбака, нежели на месьора. Должно быть, его род происходил из коренных аргосцев. Нос у Джоакино был крупный, с заметной горбинкой. Но лоб у связанного был высокий и чистый, а глубоко посаженные под идеально правильными надбровными дугами глаза сияли притягательным сапфировым светом.

Быстро оглядев уголок, Джоакино рванулся вперед. Кинжал Хорсы мгновенно возник близ его горла, и не сильно, но настойчиво уперся острием прямиком в кадык, а Тэн И слабо, но чувствительно стукнул аргосца по коленной чашечке. Джоакино застонал и откинулся обратно

— Что вам нужно? — прошептал он иссохшими полными губами. Как и все аргосцы, он брился, но безалаберный образ жизни отразился на внешнем виде молодого человека: воротник был засален, костюм кое-где продран, а лицо украшала щетина. Вид, прямо сказать, был не слишком дворянский. Единственное, что могло извинить Джоакино, — это пятидневная буря. Тэн И помнилось, что аргосец пару раз появлялся на палубе, когда становилось особенно тяжело и требовалось присутствие возможно большего количества людей. Видимо, его посылал Седек, заботясь таким образом о своей личной безопасности.

И Хорса, и Тэн И умели сносно говорить по-аргосски.

— Ты искал белый порошок, а нашел соль. Так? — спросил Хорса.

Джоакино взглянул на него свирепо и ничего не ответил. Хорса вместо слов слегка надавил на рукоять кинжала. На горле у аргосца появился красный рубец. Он нервно сглотнул.

— Да, — процедил Джоакино.

— Так вот, — продолжал Хорса. — Порошок у меня. — Он вынул из мешочка на поясе склянку, изъятую у Седека. — Ты получишь столько, что тебе хватит на полгода. Если не слишком усердствовать, конечно, — неприязненно усмехнулся гандер.

— Что я должен делать? — без объяснений понял Джоакино. — Только не убить Седека! Тогда я не проживу и эти полгода!

— Нет, этого не нужно, — заверил аргосца Хорса. — Сейчас ты скажешь нам, кому подавал знак из вороньего гнезда. Врать не советую: не получишь ничего, и твою безопасность в дальнейшем я не гарантирую.

— Седек приказал мне подняться на мачту и махать белым шарфом сколь возможно долго.

— Когда он это приказал?

— Утром, перед тем как впал в забытье.

— Он сказал, кому надо давать сигнал? Если ты скажешь это нам, Седек ничего не узнает, потому что мы за ним следим. А тебя он в любое мгновение сотрет в такой же порошок, если что. И никто не захочет тебя нюхать, — ухмыльнулся гандер. — Мы предлагаем тебе сделку. Это ты понимаешь?