Валерий Иващенко - Воин и Маг

И, глядя в изумлённое лицо матери, пояснил.

– Светлые боги меня никогда не примут, а идти в услужение к тёмным и становиться пугалом чернокнижья, вторым Яромором, меня что-то не прельщает.

Баронесса удивлённо покачала головой, отчего её рубиновые серьги кроваво блеснули в свете магического шара.

– Ну знаешь, малыш, – мать даже не заметила, что назвала сына так, как с некоторых пор называла только мысленно, – Умеешь же ты удивить! А откуда же тогда сила твоя? Прости, может я не так выразилась – я в этих делах совсем не разбираюсь. И всё же?

– Мне пока много не надо. Всё, что есть, это только моё. А зная меня, мам, и как я действую, можешь не сомневаться – я найду способ, чтобы не остаться в накладе, и распорядиться своей Силой как надо.

– И вообще, матушка, – сын чуть наклонился и заглянул в её глаза, – Тебя последнее время что-то тревожит. Я же чувствую.

Баронесса Амалия только вздохнула и чуть опустила взор.

– Не знаю, сын мой. Если бы я сама знала...

После завтрака барон пригласил сына в свою комнату для «деликатного разговора». Поднявшись по лестнице мимо стоящих в нишах статуй и доспехов, мимо с детства знакомых портретов то строгих, то смеющихся предков, мужчины зашли в библиотеку. Надо отметить, что баронесса Амалия настояла на «должном», по её словам, образовании детей, да и сама отнюдь не брезговала знаниями. Барон со всей основательностью своей крепкой, солидной манеры вести дела поддержал эту идею, хотя сам предпочитал сведения по военному делу и хозяйственным вопросам.

Прежде, чем начать разговор, барон прошёлся вдоль дубовых лакированных стеллажей, задумчиво ощипал несколько привявших листков с лимонного деревца в кадке у окна, и Valle с удивлением понял, что отец, боящийся гнева только Императора и богов, всё-таки волнуется.

Наконец, барон собрался с духом и решился.

– Послушай, сын мой. Я хотел поговорить с тобой вот о чём. Первое – недавние события в баронстве Дравен, через которое лежал ваш с принцем путь. Второе – загадочная кончина нашего соседа, барона Аль. Ну, и ещё кое-что есть, по мелочам...

Valle загадочно молчал, еле заметно усмехнувшись. Только испросил разрешения закурить. Отец кивнул, нервно прохаживаясь вдоль стены с окнами, в которые несмело заглядывало не по-весеннему хмурое утро. Затем буркнул:

– Амалия поймёт, – и, достав из застеклённого шкафчика свою трубку с длинным чубуком, закурил сам. Баронесса не одобряла этого, да и некоторых других пристрастий своего мужа, но всё-таки главенствующее положение в доме занимал барон. Правда, по иным вопросам последнее и решающее слово доставалось ей, и донье Амалии приходилось довольствоваться этим.

Их сын в это время пускал дым в приоткрытое окно, неспешно наслаждаясь первой утренней трубкой, а затем пожал плечами и осторожно ответил.

– По второму вопросу ничего не скажу – в высшей мере странное дело. Я прочёл донесения оттуда, поговорил с егерями. Магического оружия, которым можно нанести такие удары, в наших краях не сыщешь. А в волков-оборотней, к участию которых склоняется официальная версия, извини – не верю, и всё.

– Я тоже, – кивнул барон, приостановив свой путь туда-сюда и внимательно слушая рассуждения сына.

– Что касается событий в Дравене... – Valle невозмутимо выбил трубку в кадку с растением, – В этом деле участвовали и принц Ян, и донья Эстрелла, и её брат дон Карлос. Поэтому, отец, уж если ты хочешь услышать историю об этом, я настаиваю на их участии в разговоре.

– Что ж, справедливо. А то тут уже легенды растут, и баллады слагают о бесстрашных подвигах.

– Ну тогда уже пусть и матушка послушает, – нежно улыбнулся сын.

– А стоит ли? – нахмурился барон, – Я понимаю, что там не всё так просто и красиво.

– Поверь, отец – мне нечего стыдиться, ни как дворянину, ни как человеку. И ты согласишься с этим, когда узнаешь правду из первых уст.

– Тогда согласен.

Барон покосился на закрытую дверь, а затем, усмехнувшись, тоже выбил трубку под лимонное деревцо.

– Ну хорошо, тогда, раз уж мы тут одни, я хотел узнать вот что. Ты уже вырос, у тебя появились расходы. Тем более, что с выбором твоей невесты мы почти закончили. Я хотел согласовать с тобой, какое содержание тебе назначить, и... – тут барон пожал плечами, – Может быть, ты захочешь жить отдельно? Я могу отписать тебе деревеньку, да построим там маленький дворец или большой дом. Мало ли – у молодого дворянина могут быть свои потребности.

– Я понял, отец.

Valle пальцами осторожно провёл по потёртому корешку на полке. «Поль Герлен. Рондо и романтические баллады» – одна из любимых маменькиных книг...

– Пока не надо. Деньги у меня есть, а если понадобится – ещё добуду. Кладоискательство – это ведь и по некромантской части тоже. Закон запрещает это неумехам, не знающим, какие силы охраняют покой мертвецов. А для меня это просто, как ясный день.

Баронет тоже прошёлся по библиотеке, выглянул в окна, за которыми начал сеяться не по-весеннему мелкий дождик.

– А отселяться, если вы не против, пока не стану. Матушка чем-то встревожена. Что-то чувствует, но не знает что. Жаль, конечно, что она в своё время не стала учиться. Дар у неё хоть слабенький, но есть.

Барон задумчиво покивал головой.

– Хорошо. Насчёт денег смотри сам – не маленький. Будет надо, скажи. А насчёт остаться с нами – мы с баронессой надеялись, что ты именно так и ответишь. Что касается её тревог – да, замечал я. Ты не мог бы что-нибудь предпринять... без особых чёрных дел?

Сын вздохнул.

– Извини, отец – я ещё не настолько хорош. Опыта маловато. А рисковать в таком деле не хочу.

– Разумно, – отец согласился с сыном, – А вообще – чем заняться собираешься? Если боги позволят, я ещё лет пятнадцать-двадцать побаронствую...

– Знаешь, отец... Мне бы лет пять-десять надо, кое-какие идеи разработать, да напрактиковаться. Там и видно будет. А пока – да настругаю вам пару-тройку внуков. Если удастся, соседей пощипать надо. Есть кое-какие идеи, как это сделать аккуратно, да удвоить наши доходы.

Барон с одобрением посмотрел на Valle, с хитрым видом сидящего в мягком кресле.

– Это дело – соседушек поприжать, чтобы боялись, – хохотнул отец, но потом разом посерьёзнел, – А вот как насчёт твоей чёрной магии? Не возьмёт она над тобой верх?

– Не будет этого, – сын встал с кресла и уверенно выдержал пытливый взгляд отца, – Подробности тебе знать не стоит, но, как сказал по подобному поводу Ян, вернее, принц Ян – «Это даже вне обсуждения».

– Я в тебя верю, сын мой, – отец слегка обнял его, – Ну ладно, пошли позовём наших, да поговорим...

К обеду поднялся ветерок с полудня. Он унёс в сторону Царства Света тяжёлые, налитые влагой тучи, и бескрайние просторы небес вновь заблистали солнцем. К вечеру совсем распогодилось, и дворяне всей компанией отправились размять ноги.