Конан и Вольные стрелки - Валерий Федорович Евтушенко

который захлестнул Конана вокруг пояса. К счастью, его рука с мечом была свободной и киммериец, собрав все свои силы, нанес по языку удар, разрубив на две половины. От дикой боли монстр взвыл, убрал обрубок языка и приготовился к прыжку, присев на задние лягушачьи лапы.

От неминуемой смерти Конана спасло только то, что Тургэн успел договорить заклинание вызова элементаля и внезапно на расстоянии меньше локтя от киммерийца пронесся огненный шквал, в центре которого он ясно различил прозрачную багровую фигуру, похожую на человеческую, только раза в три выше. Невыносимый жар опалил Конану бок, его куртка вспыхнула и, чтобы ее загасить он упал на землю и стал по ней кататься. Монстру, в которого ударил огненный смерч, пришлось гораздо хуже. Огненный элементаль обхватил его своими руками и он вспыхнул словно сноп сухой соломы, издал оглушительный рев, а спустя несколько секунд опал на землю хлопьями жирной сажи. Огненный элементаль пронесся дальше, выжигая все на своем пути и тоже пропал.

— Ух! — только и вымолвил Конан, встав на ноги и утирая пот со лба. — Будь прокляты все монстры на свете, вместе с тупыми элементалями! Воистину я был на волосок от смерти!

Он посмотрел на Тургэна, но лицо шамана было непроницаемо. Он лишь пожал плечами и сказал:

— Я предупреждал тебя, что огненный элементаль не умнее этого монстра. Возблагодари своего Крома, что все так хорошо закончилось.

— Кром и пальцем бы не пошевелил, чтобы мне помочь, — буркнул Конан, — но все равно, спасибо ему!

Он спрятал меч в ножны и сказал:

— Пора продолжать путь, мы и так с этой тварью потратили слишком много времени.

* * *

Перевал, к которому они подошли два часа спустя был высотой примерно три тысячи локтей, но наверх вела лишь узкая горная тропа.

— Здесь никто не ходит, поэтому и дороги нет, — объяснил Тургэн, — места эти довольно безлюдные. Хорошо хоть эта козья тропа есть, а то пришлось бы карабкаться по отвесным скалам.

Но как выяснилось позже, взобраться наверх даже по тропе оказалось не просто. Все же, когда солнечный диск стал клониться к западу, они достигли вершины перевала. Отсюда открывался замечательный вид на южный берег Вилайета, а очень далеко слева в туманной дымке просматривались очертания Шанга, до которого было не менее двадцати, а то и тридцати лиг. Справа вдали, тоже очень далеко виднелись какие-то селения, но прямо перед ними за перевалом раскинулось обширное болото, которое предстояло пересечь, прежде чем выйти к морю.

— Справа эту территорию заселяют гирканские племена почти до самой Запоржки, — сказал Тургэн, вглядываясь в даль. — Нам надо быть осторожнее, тут часто бродят отряды туранских воинов и у них с местными жителями постоянно происходят стычки.

— Солнце садится, — буркнул Конан, окинув взглядом плоскую вершину перевала. — Ночевать придется здесь, а тут нет ни кустика. Да и проголодался я, считай, крошки во рту не было за целый день.

Тургэн улыбнулся и произнес нараспев несколько фраз. Мгновение спустя перед ними появился стол, уставленный тарелками с едой, два кубка и несколько кувшинов с различными напитками. Немного в стороне возникли две широкие лавки, застланные шкурами животных.

— А я, признаться, совсем и забыл твоих духах, — сказал повеселевший Конан, присаживаясь к столу. — Что же ты вчера вечером к ним не обратился? А то спали на голой земле.

— Нельзя одновременно пользоваться помощью элементалей и духов предков, — объяснил Тургэн, придвинув к себе тарелку с вареной рыбой. — Не любят они этого. Вчера важнее было использовать возможности элементалей, сегодня нам тут ничто не угрожает. Во всяком случае такое, с чем бы не справился твой меч.

Конан с возросшим уважением посмотрел на своего спутника. В его родной Киммерии шаманов не было, а в соседних Ванхейме, Асгарде и Гиперборее шаманы были совершенно не похожи на Тургэна. Конан несколько раз видел, как они, одетые в звериные шкуры, с разукрашенными краской лицами плясали у костра и били в бубен, но никакого видимого эффекта от этого не было. Конечно, шаманы лечили раненых или больных, но не словами или прикосновениями, а с помощью настоек трав и различными зельями, для чего по его мнению, магия совсем не была нужна. Тургэн же реально повелевал силами стихий и духами предков, что не под силу даже стигийским магам Черного Круга, которые прибегают в своем колдовстве лишь к помощи выходцев из преисподней. Но вряд ли кто из колдунов мог перейти Ильбарс по воде или вызвать огненного элементаля, чтобы уничтожить болотное чудовище.

Утолив голод, они с Тургэном наполнили кубки напитком, напоминающим по вкусу морс. Тургэн, поняв, что Конан сыт, произнес нараспев несколько слов и стол вместе с креслами исчез. Киммериец сладко потянулся и улегся на одну из лавок, подложив руки под голову. Он подумал, что никогда еще ему не приходилось путешествовать с таким комфортом и исполненный чувства благодарности к шаману, незаметно уснул.

Ночь прошла спокойно, проснулись они с первыми лучами солнца и отправились дальше. Спуск с перевала оказался намного удобнее подъема. Дороги, правда, не было и здесь, но широкая, пологая расселина в горной гряде вела почти до самых предгорий. Поэтому спуск у них занял не больше часа и вот уже они оказались на краю болотистой равнины, простирающейся до самого берега Вилайета. Характер местности здесь был иным, чем по берегам Ильбарса: хотя почва была местами влажная, поросшая камышом и осокой, но все же попадались обширные участки совершенно сухой земли, с рощами, кустарниками и одинокими деревьями. Они не прошли и лиги, а им уже попалось два или три быстрых ручья, берущих свое начало где-то в горах.

— Странно, почему тут нет поселений людей? — удивился Конан. — Здесь можно обрабатывать землю и выпасать скот.

— Когда-то, еще совсем недавно, — грустно заметил Тургэн, — вся эта местность была густо заселена, но туранцы постепенно вытеснили местные племена дальше к востоку.

Разговаривая они подошли к проселочной дороге, проходящей с запада на восток. Судя по всему, ездили по ней не часто, следы от колес телег заросли травой.

— Эта дорога проходит от Шанга дальше к востоку и когда-то здесь было оживленное движение, местные племена торговали даже с Аграпуром — пояснил Тургэн, — но сейчас тут можно встретить только туранских солдат. Вон там у дороги я вижу группу деревьев и ручей, сделаем привал.

Конан не возражал, так как солнце уже стояло в зените и пора было отдохнуть. Но едва они подошли к деревьям, как киммериец увидел, что далеко на горизонте показалось облачко пыли. Кто-то скакал