Ковен отверженных - Айви Эшер

своими воспоминаниями и я почувствовала, что обязана сделать то же. Или, может быть, потому, что он прав и мне просто нужно выпустить пар, очиститься от эмоций, вызванных этим кошмаром.

– Как ты думаешь, это что-нибудь значит? – спрашивает Бэкет, соскальзывая по косяку до тех пор, пока его зад не встречается с полом из полированного бетона. Он складывает руки на коленях и терпеливо ждет моего ответа.

Я пожимаю плечами. Устало потираю лицо, пытаясь разобраться с тем, что обо всем этом думаю. Здесь небезопасно. Это давящее чувство нарастало и укреплялось все больше и больше с нападения ламий. Но я не могу понять, что именно оно означает. Мне небезопасно в доме Лахлана? Так я чувствовала изначально, но оттуда я уже уехала. Я не чувствую угрозы от Эноха и его ковена; значит ли это, что мне небезопасно находиться в самом Утешении, среди кастеров, или эту тревогу вызывают во мне старейшины?

– Где у вас спортзал? – спрашиваю я, не обращаясь ни к кому конкретно. Знаю, что он точно есть. Эти ребята слишком подтянутые и хорошо сложенные, чтобы не заниматься на регулярной основе.

– Я покажу, – говорит Энох, вставая с кровати, на которой сидел.

Подаюсь за ним вслед и вдруг осознаю, что одета в одни трусы и майку. Открываю дверь шкафа и достаю из ящика легинсы. Надеваю их и нахожу взглядом спортивный лифчик. Скидываю лямки майки и через голову натягиваю лиф. Убедившись, что он хорошо сидит, натягиваю лямки обратно. Затем поворачиваюсь, чтобы сообразить, в какой из коробок могут лежать мои кроссовки, и вдруг понимаю, что все замерли и пялятся на меня. Как будто они никогда в жизни не видели женскую спину. А я точно знаю, что не показала им ничего другого.

– Что? – раздраженно спрашиваю я.

Почему мне кажется, что я сделала что-то, чего не должна была делать? Энох прочищает горло, и это выводит из транса и всех остальных. Он выходит из комнаты, и мы следуем за ним.

Глава 12

Я захлопываю дверь и прожигаю Сурка взглядом. Затем перехожу через дорогу, увеличивая скорость, чтобы держаться от него подальше.

Незадолго до этого, как только привезли мой джип, я тут же запрыгнула в него с одной мыслью – отгородиться от кастеров, которым слишком сильно открылась за последние двадцать четыре часа.

С утра каждый из них подолгу тренировался со мной в спортзале. Мне хотелось избавиться от ощущения тревоги, но вместо этого я ловила на себе сочувственные взгляды и ощущала тяжелую энергию в воздухе. В попытке отвлечься я задала себе изматывающий темп, но это почти не сработало.

Когда тренировка закончилась и парни ушли привести себя в порядок, я приняла самый быстрый в мире душ, уже придумав план, как на какое-то время от них сбежать. Вид моего мини-танка, въезжающего в ворота, вдохнул в меня новые силы. И все бы ничего, если б пронырливый Сурок не открыл пассажирскую дверь и не юркнул внутрь. Мне за долю секунды пришлось принять решение: либо каким-то образом выпихнуть его из машины – что в перспективе грозило утратой шанса заполучить хоть немного свободного времени, – либо просто принять тот факт, что сегодня со мной будет нянька.

Я подхожу к тату-салону и, не в силах сдержаться, смеюсь при виде названия. На окнах зеленым цветом, совпадающим с цветом лица Фионы-огра, героини популярного мультика, по трафарету выведено: «Я доберусь до тебя, моя милая». Открываю дверь, и мой приход знаменует не стандартный звон колокольчика, а визгливый хохот. Низкий лысый мужчина в подогнанном по фигуре баклажановом костюме бегло окидывает меня взглядом.

– К кому ты записана, дорогая? – спрашивает он.

Его глубокому, мягкому голосу позавидовал бы сам Джеймс Эрл Джонс [7], и это застает меня врасплох. Никогда бы не подумала, что так может звучать почти что карлик. Он тепло улыбается мне, и я отвечаю тем же. Думаю, не ошибусь, если предположу, что я не первая и не последняя, кто удивляется диссонансу роста и голоса.

– Я пришла увидеться с Мэйв, – говорю я, и в этот же самый момент из-за угла выруливает моя розововолосая подруга-оборотень.

– Вин! – восторженно здоровается она, подскакивает ко мне и притягивает в крепкое объятие. – Ты наконец-то решилась на пирсинг сосков?

Мэйв подмигивает мне и лукаво улыбается, когда мы отстраняемся друг от друга. Сдавленный звук за спиной заставляет нас обеих оглянуться, и мы обнаруживаем Сурка, с силой бьющего себя по груди, чтобы прокашляться. Мэйв оценивающе смотрит на него, а затем вопросительно – на меня.

– Нет, пока не решилась, – говорю я. – Но вот Сурок просто умолял о «волшебном кресте». Я подумала, что работка как раз для тебя.

Мэйв ослепительно улыбается и весело качает головой.

– Только я решила, что определила твой кинк-уровень [8], как ты начала швыряться терминами вроде «волшебного креста», – усмехается она.

Я невинно хлопаю ресницами и миленько улыбаюсь.

Мэйв оглядывается на Сурка и подмигивает ему, жестом призывая следовать за ней. Он едва заметно краснеет и делает ровно то, что ему было велено, – чисто маленький послушный щенок.

«Ну-ка, ну-ка, что это тут у нас?» – думаю я, наблюдая за взглядом Сурка, прикованным к заднице Мэйв.

Глаза парня устремляются на ее лицо, когда она оборачивается и приглашает нас войти в небольшую чистую комнатку.

Внутри стоит кресло, похожее на те, что мы видим в кабинетах у стоматологов, и Мэйв предлагает Сурку сесть в него.

– Ну так что, ты хочешь сделать оба прокола сразу или сначала один, а после заживления второй? – спрашивает она, принимая серьезный, профессиональный вид.

Сурок смотрит на меня, ожидая указаний, а я изо всех сил стараюсь сохранить серьезное выражение лица.

– Эмм, а что именно из себя представляет этот «волшебный крест»? – наконец спрашивает парень.

– Я покажу, – милым голосом отвечает Мэйв и подходит к шкафу в углу, чтобы что-то из него достать.

Когда она поворачивается к нам спиной, Сурок, очевидно не слишком довольный тем, что происходит, бросает в мою сторону взгляд. Мои старания не расхохотаться рассыпаются вдребезги, когда Мэйв предстает перед нами, держа в руках ну очень реалистичный муляж нижней части мужского тела – с мускулистой задницей, членом, яйцами и всем остальным. Сурок широко распахивает глаза и замирает, когда она обхватывает член и пронзает головку иголкой. Игла проходит вертикально, потом она добавляет еще одну, теперь уже горизонтально.

– Видишь: «волшебный крест», – объявляет Мэйв, слегка потрясая искусственным фаллосом.

Он выползает из кресла и старается держаться как можно дальше от исколотого муляжа. Прикрывает промежность обеими руками и в панике смотрит на иглы.

– Черт, ни за что…

Мы обе разражаемся истерическим хохотом. Когда смех уже начинает